Фандом: Ориджиналы. Продолжение приключений бравой троицы с Аста Лючии. Боевой крейсер не очень хорошо выполняет спасательные функции, но иногда приходится — особенно когда под ударом родина одного из лучших военных врачей корабля.
Добавить в моё избранное
86 мин, 9 сек 4983
Грохот его голоса покатился над площадью, по улицам, заставляя людей поворачиваться.
Бесконечное море лиц, сощуренные от холода глаза.
— Мы примем всех. — Сат вышел в «бутылочное горлышко», встав прямо напротив толпы.
Бейс похолодел — один, безоружен…
— Мы примем всех, — повторил Сат уверенно и громко. — Матери семейств, пожалуйста, контролируйте очередность. Отцы семейств, обеспечьте свои семьи горячим супом, ибо сказано: тот должен идти, кто может идти, нет стыда в том. Все попадут на корабль. Не бойтесь.
Он опустил мегафон в оглушительной тишине.
Бейс шагнул к нему, вставая рядом, поддерживая, помогая — как обычно. И все-таки ему потребовалось куда больше храбрости, чтобы сделать эти несколько шагов, чем за всю его жизнь. Кибы или нет, эта толпа была гораздо опаснее. И все-таки он стоял рядом и старался выглядеть не таким перепуганным, каким был на самом деле.
«Я не герой, — стучало у него в висках. — Я не герой. Мне страшно до усрачки. Но Сату должно быть гораздо страшнее стоять там одному».
— Мы врачи, — кашлянул он и повторил в мегафон, вновь ощущая липкий ужас — год он отработал спасателем и ушел, когда прямо у пирса перед ним утонул парень. То же чувство сейчас липким комом крутило желудок. — Мы врачи! Вы можете облегчить нам работу: утеплитесь, уходите для сна в убежище, не жалейте обогреватели, берегите свои и соседние семьи, мы примем всех по порядку, кроме обманщиков, кто пытается пролезть вперед по головам. Они отправятся в конец очереди.
Руку словно жгло огнем, но Бейс знал, что это от сдавливания, а не от заражения. Ну, и психологическое тоже примешивалось…
И все же салийцы стояли молча, не двигаясь с места, и было совсем не ясно, то ли они слышали и приняли эти слова, то ли им все равно, и сейчас толпа двинется вперед и сметет тонкую цепочку охраны, пойдет на штурм… Отчаявшихся людей винить было нельзя, но момент все длился и длился, и в воздухе, казалось, звенело от возрастающего напряжения.
Это должно было как-то разрешиться. И когда вспыхнул на скорую руку смонтированный экран над входом в медцентр, признаться, Бейс ожидал увидеть Сару, Мэла, кого угодно… Но не Тима. Между тем именно святоша Тим, злобный и бесполезный священник, сейчас обращался к своим соотечественникам — и его слушали.
Он говорил на местном диалекте, смысл рассыпался между красивых старинных слов: облачения, чествования, должения — но толпа не просто слушала, угрюмо напружинившись, она внимала.
— Пошли потихоньку, — шепнул Сат. — Они будут молиться, а нам работать пора. И как я сам не догадался…
Бейс уловил знакомый отблеск блондинистых кудрей за плечом вещающего Тима — в плохом разрешении, свет тоже был явно не студийный, но эту растрепанную копну волос он только сегодня видел на подушке. Умничка Мэл…
Действительно, можно было выдохнуть и продолжать чертов прием чертовых салийцев, сортируя их на три неравные группы — здоровых, зараженных киб-инфекцией и представляющих опасность иного рода. Кажется, сегодня ночью ему будут сниться кошмары, решил он, оглядев синячище на запястье. Опять отделался практически испугом… как бы третий раз не стал роковым. Впрочем, эти мысли тоже довольно быстро потонули в монотонном потоке лиц и данных с экранов.
Тим говорил и говорил, часами, притормаживая только для глотка воды. Работа под такое сопровождение пошла куда быстрее.
На корабле царил хорошо организованный хаос. Все метались туда-обратно, и Лие не пришлось так уж сильно скрываться, чтобы попасть с четвертой палубы, где располагались жилые отсеки, на первую, в ангар стыковки орбитального лифта.
Что хуже, оттуда никого не выпускали. Она обошла посты несколько раз — жиденький поток соотечественников тек внутрь, но выходящие с корабля солдаты проходили другим путем, демонстрируя на КПП свои документы.
— Что, обратно хочешь? — поинтересовался кто-то из-за спины глухим, хриплым прокуренным голосом, и Лиа аж подпрыгнула.
— Н-ну… типа того. — Лиа была одета в комбинезон из каюты этого наложника брата, и надеялась, что все-таки сойдет за какую-нибудь стажерку или подмастерье, или кто там бывает на корабле — в конце концов, здесь до хрена народа… Но этой маскировки не хватило. — У меня там… кое-что осталось. Кое-кто.
— Ты тогда не там мониторишь. Надо на экраны смотреть, там фамилии появляются, — заметило… существо. Лиа мучительно пыталась сообразить, какого оно пола — то ли молодой парнишка, то ли очень брутальная девушка… Да пойди разбери этих местных!
— Его не будет на мониторах, — Лиа отвела взгляд, стесняясь пялиться, — иначе он был бы с нами. Что-то случилось, я уверена.
— Типа, будущий супруг, или что? — И голос тоже не давал никаких подсказок. Хриплый, как будто приходилось много кричать… — Брось его к черту, девочка. Если парню приспичило героически погибнуть, он это все равно сделает, как его ни спасай.
Бесконечное море лиц, сощуренные от холода глаза.
— Мы примем всех. — Сат вышел в «бутылочное горлышко», встав прямо напротив толпы.
Бейс похолодел — один, безоружен…
— Мы примем всех, — повторил Сат уверенно и громко. — Матери семейств, пожалуйста, контролируйте очередность. Отцы семейств, обеспечьте свои семьи горячим супом, ибо сказано: тот должен идти, кто может идти, нет стыда в том. Все попадут на корабль. Не бойтесь.
Он опустил мегафон в оглушительной тишине.
Бейс шагнул к нему, вставая рядом, поддерживая, помогая — как обычно. И все-таки ему потребовалось куда больше храбрости, чтобы сделать эти несколько шагов, чем за всю его жизнь. Кибы или нет, эта толпа была гораздо опаснее. И все-таки он стоял рядом и старался выглядеть не таким перепуганным, каким был на самом деле.
«Я не герой, — стучало у него в висках. — Я не герой. Мне страшно до усрачки. Но Сату должно быть гораздо страшнее стоять там одному».
— Мы врачи, — кашлянул он и повторил в мегафон, вновь ощущая липкий ужас — год он отработал спасателем и ушел, когда прямо у пирса перед ним утонул парень. То же чувство сейчас липким комом крутило желудок. — Мы врачи! Вы можете облегчить нам работу: утеплитесь, уходите для сна в убежище, не жалейте обогреватели, берегите свои и соседние семьи, мы примем всех по порядку, кроме обманщиков, кто пытается пролезть вперед по головам. Они отправятся в конец очереди.
Руку словно жгло огнем, но Бейс знал, что это от сдавливания, а не от заражения. Ну, и психологическое тоже примешивалось…
И все же салийцы стояли молча, не двигаясь с места, и было совсем не ясно, то ли они слышали и приняли эти слова, то ли им все равно, и сейчас толпа двинется вперед и сметет тонкую цепочку охраны, пойдет на штурм… Отчаявшихся людей винить было нельзя, но момент все длился и длился, и в воздухе, казалось, звенело от возрастающего напряжения.
Это должно было как-то разрешиться. И когда вспыхнул на скорую руку смонтированный экран над входом в медцентр, признаться, Бейс ожидал увидеть Сару, Мэла, кого угодно… Но не Тима. Между тем именно святоша Тим, злобный и бесполезный священник, сейчас обращался к своим соотечественникам — и его слушали.
Он говорил на местном диалекте, смысл рассыпался между красивых старинных слов: облачения, чествования, должения — но толпа не просто слушала, угрюмо напружинившись, она внимала.
— Пошли потихоньку, — шепнул Сат. — Они будут молиться, а нам работать пора. И как я сам не догадался…
Бейс уловил знакомый отблеск блондинистых кудрей за плечом вещающего Тима — в плохом разрешении, свет тоже был явно не студийный, но эту растрепанную копну волос он только сегодня видел на подушке. Умничка Мэл…
Действительно, можно было выдохнуть и продолжать чертов прием чертовых салийцев, сортируя их на три неравные группы — здоровых, зараженных киб-инфекцией и представляющих опасность иного рода. Кажется, сегодня ночью ему будут сниться кошмары, решил он, оглядев синячище на запястье. Опять отделался практически испугом… как бы третий раз не стал роковым. Впрочем, эти мысли тоже довольно быстро потонули в монотонном потоке лиц и данных с экранов.
Тим говорил и говорил, часами, притормаживая только для глотка воды. Работа под такое сопровождение пошла куда быстрее.
На корабле царил хорошо организованный хаос. Все метались туда-обратно, и Лие не пришлось так уж сильно скрываться, чтобы попасть с четвертой палубы, где располагались жилые отсеки, на первую, в ангар стыковки орбитального лифта.
Что хуже, оттуда никого не выпускали. Она обошла посты несколько раз — жиденький поток соотечественников тек внутрь, но выходящие с корабля солдаты проходили другим путем, демонстрируя на КПП свои документы.
— Что, обратно хочешь? — поинтересовался кто-то из-за спины глухим, хриплым прокуренным голосом, и Лиа аж подпрыгнула.
— Н-ну… типа того. — Лиа была одета в комбинезон из каюты этого наложника брата, и надеялась, что все-таки сойдет за какую-нибудь стажерку или подмастерье, или кто там бывает на корабле — в конце концов, здесь до хрена народа… Но этой маскировки не хватило. — У меня там… кое-что осталось. Кое-кто.
— Ты тогда не там мониторишь. Надо на экраны смотреть, там фамилии появляются, — заметило… существо. Лиа мучительно пыталась сообразить, какого оно пола — то ли молодой парнишка, то ли очень брутальная девушка… Да пойди разбери этих местных!
— Его не будет на мониторах, — Лиа отвела взгляд, стесняясь пялиться, — иначе он был бы с нами. Что-то случилось, я уверена.
— Типа, будущий супруг, или что? — И голос тоже не давал никаких подсказок. Хриплый, как будто приходилось много кричать… — Брось его к черту, девочка. Если парню приспичило героически погибнуть, он это все равно сделает, как его ни спасай.
Страница 9 из 24
