Старший брат

Я хочу испытать другие чувства, прежде чем решиться на близость.

— Надеюсь, что пройдет не менее десяти лет.

— Я восхищаюсь Гермионой — как она терпит твои глупости?

Рон покраснел и почесал затылок, не зная, что ответить.

— Я знаю, что ты меня любишь, что ты желаешь мне только добра, но я знаю, что делаю и чего я хочу. Я хочу быть с Гарри. Он заботится обо мне, защищает меня, прежде всего — он уважает меня.

— Вот теперь мне кажется, что мне стоит перестать тебя так опекать.

— Я только надеюсь, что у тебя никогда не будет дочери.

Рон в ответ на эти слова недоверчиво поднял брови.

— Это еще почему?

— Потому что ты сестру готов привязать к себе цепями. А что было бы, будь я твоей дочерью, даже представлять не хочу.

— Мне надо научиться выдержке.

— Зато ты будешь замечательным отцом.

— Думаешь?

— Не думаю, я знаю.

— Скажи это Гермионе. Она даже Крукшанкса со мной не оставляет. Боится, что он этого не переживет.

Джинни снова рассмеялась. Если ее будущая невестка чего-то опасалась, то точно неспроста.

— Она передумает. Она не всерьез это говорила.

Рон пожал плечами и взглянул на настенные часы.

— Тебе лучше поторопиться, а то опоздаешь на свидание с Гарри.

Джинни вздохнула с облегчением, обрадованная, что брат наконец признал ее право быть вместе с его лучшим другом.

— Мне еще нужно купить подарок. Составишь мне компанию? Ты знаешь Гарри лучше, чем я, и поможешь мне выбрать по-настоящему нужную вещь.

— Я бы с удовольствием, но обещал отцу помочь с починкой часов с кукушкой.

— Это займет не больше часа. Ничего не случится, если ты немного задержишься.

— Ты точно уверена, что хочешь этого? Тебе придется некоторое время выносить общество одного дурака.

— Абсолютно, — улыбнулась Джинни. — Потому что ты мой самый любимый дурак.

Они уже вышли на улицу, а Рон все думал о том, как повзрослела Джинни.

Он был горд тем, что он ее брат.