Фандом: Ориджиналы. Этот вопрос мучает всех. Куда они пропадают? И зачем покидают нас?
Добавить в моё избранное
6 мин, 55 сек 12583
— Брат, братишка! — закричал он, как только качка утихла. Еще пару минут назад Левый был рядом, так же барахтался в воде и верещал то ли от восторга, то ли от страха, стоило вращению усилиться. Но потом все разом пришло в движение еще более быстрое, чем раньше, мир вокруг задрожал, завибрировал, и Левый куда-то испарился.
— Брат?! Левый, дырку тебе на пятку, куда ты делся?
Правый огляделся, протолкнулся вперед.
— Ле-е-евы-ы-ый!
— И не надо так кричать! — шикнули на него откуда-то сзади.
— Простите? — Правый обернулся. На него смотрел, гневно сцепив уголки, цветастый пододеяльник.
— Вы мешаете сосредоточиться! — пододеяльник потянулся, скрутился жгутом, снова развернулся. — Сейчас начнется бой.
Он подобрался, надулся, и Правому пришлось отступить, вжимаясь в другие вещи.
— Вы бы к нему не подходили, — шепнули тихо. — Он на все нитки того… поехавший.
Правый заинтересованно прислушался.
— Говорят, — продолжал голос, — этот Вцветочек проигрывает все пододеяльные бои. Как ни старается, а раз за разом оказывается внутри более сильного соперника. Вот и тренируется на всякой мелочи. Ох, не повезло наволочкам, он, хоть и неудачник, все же покрупнее будет.
Правый присмотрелся и увидел, как пододеяльник, раздувая прорезь, наступает на две дрожащие наволочки из своего же комплекта.
— Я бы на вашем месте бежал. Сейчас он разберется с наволочками и примется за остальных. Носки — его любимое развлечение.
Пододеяльник как раз затолкал в себя первую наволочку и, злобно хохоча, оглянулся посмотреть, какой эффект производит его сила.
Правый ойкнул и поспешил скрыться. Он протиснулся мимо полотенец, пары футболок. Ему показалось, что впереди мелькнула резинка со знакомым узором из голубых ромбиков, и Правый, голося изо всех сил: «Ле-е-евый!», метнулся следом, но что-то не пускало его.
— Молодой человек, куда же вы так спешите? — Прямо над пяткой Правого узлом завязалась капроновая красотка. Она игриво покачивала кружевной резинкой и поглаживала Правого кончиком носка. — Может, познакомимся?
— П-простите, — Правый оробел — ему еще не случалось сталкиваться с ними — бельевыми распутницами, и в другой раз он бы непременно завязал с ней более тесные отношения, чтобы узнать, правда ли они такие нежные и гладкие, как рассказывали пацаны. Но нужно было искать Левого, этот несмышленыш всегда влипал в неприятности, наступал в разлитый по полу компот или убегал под хозяйскую кровать. — Мне нужно искать брата!
— О, брата! — Еще одна капроновая петля обернулась вокруг Правого. — Я бы познакомилась и с ним, люблю большие компании!
Правый завозился, пытаясь ослабить ее хватку, весь сжался и только чудом выскочил.
— Ну куда же вы? — завопила Чулочек, свиваясь в огорченные кольца, но Правый уже несся прочь, высматривая среди попутчиков по цветной стирке Левого.
Хихикая, пробежала мимо компания трусов (Сердечко, Коврачу и Приличные — узнал подружек Правый) под предводительством незнакомых кислотно-зеленых шортиков, шарахнулся в сторону хлопковый топ. Правый растерянно оглядывался по сторонам.
— Пс-с! Эй, синий!
— Это вы мне? — удивился Правый, крутясь во все стороны и не понимая, кто же его окликнул.
— Тебе-тебе. Иди сюда! — Правый не спешил, и хозяин голоса выглянул из какого-то укромного уголка барабана. Это был ярко-красный носок.
— Вы не видели моего брата? Он выглядит как я, только левый, — начал Правый, но носок резко оборвал его.
— Забудь о брате, мой брат тоже однажды пропал, но это уже не важно. Ты подходишь!
— Для чего? — опешил Правый.
— Для бельевой революции! Я спрячусь здесь до белой стирки и уж тогда покажу этим напыщенным блузкам и рубашкам, кто главный!
— А я-то тут при чем? — Правый осторожно попятился назад, подозревая в Красном обычного бельевого сумасшедшего.
— Ты такой же, как я, — горячо зашептал Красный. — Ты тоже яркий! Вместе мы покрасим куда больше рубашек! Нет дискриминации по цветовому признаку! Да здравствуют равенство и братство!
Правый еще немного отступил, но Красный не унимался:
— Это «высшее общество» прогнило до утка и основы! Ты знал, что скатерти там через одну сидят на отбеливателе? А эти кружевные лифчики, которые даже в машинку приходят в отдельных чехлах? Видите ли, им нельзя соприкасаться с простыми смертными! Ух, развратницы! — носок сплюнул, но как-то весь еще больше заалел, и Правый подумал, что этот революционер и сам бы с удовольствием забрался в чехол к кружевному лифчику. Да и кто бы не забрался… Эх!
Правый кивнул и, воспользовавшись тем, что Красный явно замечтался о лифчиках, по-тихому смылся. Обитатели барабана подтягивались к выходу. Скоро машинка откроется, и их понесут сушиться.
— Брат?! Левый, дырку тебе на пятку, куда ты делся?
Правый огляделся, протолкнулся вперед.
— Ле-е-евы-ы-ый!
— И не надо так кричать! — шикнули на него откуда-то сзади.
— Простите? — Правый обернулся. На него смотрел, гневно сцепив уголки, цветастый пододеяльник.
— Вы мешаете сосредоточиться! — пододеяльник потянулся, скрутился жгутом, снова развернулся. — Сейчас начнется бой.
Он подобрался, надулся, и Правому пришлось отступить, вжимаясь в другие вещи.
— Вы бы к нему не подходили, — шепнули тихо. — Он на все нитки того… поехавший.
Правый заинтересованно прислушался.
— Говорят, — продолжал голос, — этот Вцветочек проигрывает все пододеяльные бои. Как ни старается, а раз за разом оказывается внутри более сильного соперника. Вот и тренируется на всякой мелочи. Ох, не повезло наволочкам, он, хоть и неудачник, все же покрупнее будет.
Правый присмотрелся и увидел, как пододеяльник, раздувая прорезь, наступает на две дрожащие наволочки из своего же комплекта.
— Я бы на вашем месте бежал. Сейчас он разберется с наволочками и примется за остальных. Носки — его любимое развлечение.
Пододеяльник как раз затолкал в себя первую наволочку и, злобно хохоча, оглянулся посмотреть, какой эффект производит его сила.
Правый ойкнул и поспешил скрыться. Он протиснулся мимо полотенец, пары футболок. Ему показалось, что впереди мелькнула резинка со знакомым узором из голубых ромбиков, и Правый, голося изо всех сил: «Ле-е-евый!», метнулся следом, но что-то не пускало его.
— Молодой человек, куда же вы так спешите? — Прямо над пяткой Правого узлом завязалась капроновая красотка. Она игриво покачивала кружевной резинкой и поглаживала Правого кончиком носка. — Может, познакомимся?
— П-простите, — Правый оробел — ему еще не случалось сталкиваться с ними — бельевыми распутницами, и в другой раз он бы непременно завязал с ней более тесные отношения, чтобы узнать, правда ли они такие нежные и гладкие, как рассказывали пацаны. Но нужно было искать Левого, этот несмышленыш всегда влипал в неприятности, наступал в разлитый по полу компот или убегал под хозяйскую кровать. — Мне нужно искать брата!
— О, брата! — Еще одна капроновая петля обернулась вокруг Правого. — Я бы познакомилась и с ним, люблю большие компании!
Правый завозился, пытаясь ослабить ее хватку, весь сжался и только чудом выскочил.
— Ну куда же вы? — завопила Чулочек, свиваясь в огорченные кольца, но Правый уже несся прочь, высматривая среди попутчиков по цветной стирке Левого.
Хихикая, пробежала мимо компания трусов (Сердечко, Коврачу и Приличные — узнал подружек Правый) под предводительством незнакомых кислотно-зеленых шортиков, шарахнулся в сторону хлопковый топ. Правый растерянно оглядывался по сторонам.
— Пс-с! Эй, синий!
— Это вы мне? — удивился Правый, крутясь во все стороны и не понимая, кто же его окликнул.
— Тебе-тебе. Иди сюда! — Правый не спешил, и хозяин голоса выглянул из какого-то укромного уголка барабана. Это был ярко-красный носок.
— Вы не видели моего брата? Он выглядит как я, только левый, — начал Правый, но носок резко оборвал его.
— Забудь о брате, мой брат тоже однажды пропал, но это уже не важно. Ты подходишь!
— Для чего? — опешил Правый.
— Для бельевой революции! Я спрячусь здесь до белой стирки и уж тогда покажу этим напыщенным блузкам и рубашкам, кто главный!
— А я-то тут при чем? — Правый осторожно попятился назад, подозревая в Красном обычного бельевого сумасшедшего.
— Ты такой же, как я, — горячо зашептал Красный. — Ты тоже яркий! Вместе мы покрасим куда больше рубашек! Нет дискриминации по цветовому признаку! Да здравствуют равенство и братство!
Правый еще немного отступил, но Красный не унимался:
— Это «высшее общество» прогнило до утка и основы! Ты знал, что скатерти там через одну сидят на отбеливателе? А эти кружевные лифчики, которые даже в машинку приходят в отдельных чехлах? Видите ли, им нельзя соприкасаться с простыми смертными! Ух, развратницы! — носок сплюнул, но как-то весь еще больше заалел, и Правый подумал, что этот революционер и сам бы с удовольствием забрался в чехол к кружевному лифчику. Да и кто бы не забрался… Эх!
Правый кивнул и, воспользовавшись тем, что Красный явно замечтался о лифчиках, по-тихому смылся. Обитатели барабана подтягивались к выходу. Скоро машинка откроется, и их понесут сушиться.
Страница 1 из 2
