Максимальная боль

Затем с помощью нехитрых заклинаний нашёл тайный ход, который располагался в шкафу. Открыв шкаф, я увидел короткий коридор. Кончался он дверью лифта.

Собирать доказательства стало бессмысленно. Я так давно миновал точку невозвращения, что не помнил, как она выглядит.

ГЛАВА 5: ВО ЧРЕВЕ ЛОНДОНА

Старенький служебный лифт, громыхая, опустился в недра отеля Лоу.

Двери с натужным дребезжанием открылись, и я оказался в большом служебном помещении, которое по чистоте примерно соответствовало отелю. Прямо напротив лифта стояли тесным рядком пять стиральных машин, одна из которых тряслась, как ненормальная, выполняя своё предназначение. Чуть в стороне от машин расположились несколько корзин для белья, в которых лежали бесформенными грудами нуждающиеся в стирке вещи. Из труб под потолком капала вода, на полу собрались мутные лужицы.

Я свернул налево и увидел два стеллажа, заставленных какими-то коробками. За стеллажами стоял стол, за которым сидели трое охранников в помятых мантиях. На столе стояла бутылка чего-то, содержимое этой бутылки троица периодически разливала по стаканам. На тумбочке рядом со столом расположилось старое радио.

Я присел, прячась за стеллажом, и на корточках подобрался поближе к пьянствующим. Они вели какой-то задушевный разговор, который то и дело прерывался тяжкими вздохами и прочими проявлениями чувств.

Лично разбираться с ними мне не хотелось. В голове тут же созрел простенький план.

Направив палочку на второй стеллаж, я прошептал:

— Ваддивази!

Стеллаж со страшным грохотом рухнул на недоумевающих пьяниц. Предпринять они ничего не успели — спасибо алкоголю за заторможенную реакцию несчастных охранников.

Я подошёл к ним и проверил, есть ли живые. Один бедолага пытался выбраться из-под стеллажа, но я оглушил его.

Из радио между тем доносилось:

— Чрезвычайное положение в связи с метеоусловиями остаётся в силе на территории Большого Лондона: град, сопровождаемый обильным снегопадом, продолжается. Многие дороги уже перекрыты, жителям рекомендуется оставаться дома. Метель свирепствует в Лондоне уже третий день, и конца ей пока не предвидится.

Нас начало заваливать снегом с самого начала расследования, и всё говорило о том, что снега будет ещё более чем достаточно. Однако, заснеженный город был на моей стороне. Он уменьшал вероятность того, что под руку мне попадут невинные волшебники или, что ещё хуже, маглы.

Дверь, располагавшаяся напротив стеллажей, рывком открылась, и в меня тут же полетел до боли знакомый зелёный луч. Если бы нападавший был чуть точнее, то мне пришлось бы несладко. Но удача всё ещё не покинула меня — радио, которое приняло на себя смертельное заклинание, мгновенно затихло и зашипело, откуда-то пошёл едкий чёрный дым. Нападавший тут же юркнул обратно, но я успел запустить в ответ Петрификус. Неизвестно, куда я попал (Петрификус влетел в закрывающуюся дверь), но я услышал ругательства и взрыв. А потом всё затихло.

Чуть приоткрыв дверь, я аккуратно заглянул внутрь. Помещение было завалено деревянными ящиками, у стены стояли ещё два стеллажа. На полу лежало обугленное тело, я рядом с ним — остатки взорвавшегося газового баллона. Да, изобретения маглов нас до добра не доведут…

В комнате было две двери. Одна из них оказалась заперта, вторая — забаррикадирована маленькими ящиками. Ликвидировав препятствие, я медленно открыл дверь.

Вновь коридор. На этот раз совсем короткий. В конце коридора стоял очередной охранник. По его лицу было видно, что сейчас он готов делать всё что угодно, но только не охранять. Я поспешил избавить его от этой необходимости. Всего лишь два слова, «Петрификус Тоталус», положили конец его страданиям, хотя бы на какой-то срок.

Коридор привёл меня в бойлерную. Об этом свидетельствовал огромный нагревательный агрегат, стоявший в середине комнаты. В паре метров от бойлера лежал мертвец, привязанный к стулу. Орудием убийства послужила бейсбольная бита — она лежала здесь же, в луже крови рядом с магловской газетой, раскрытой на странице комиксов про Капитана Бейсбольную Биту.

Какой неэстетичный способ убийства.

Слева от бойлера я увидел железную лестницу. Она вела к двери с табличкой «Кухня». Я слышал, как за дверью разговаривали о чём-то охранники.

Само собой, произошла стычка. Короткая, но яростная.

Оттащив троих оглушённых, мне вновь пришлось подниматься по лестнице. Толкнув деревянную дверь, я очутился в просторном холле. На стене справа висел телефон. У стены напротив двери стоял диван, а рядом с ним — журнальный столик и четыре кресла. На диване, к моему удивлению, лежал журнал для взрослых. Со страниц мне улыбались и подмигивали полуобнажённые девушки вроде Джейн.

Над одной из дверей, которые располагались в конце холла, я увидел яркую вывеску «Бар». Мракоборческое чутьё подсказывало, что мне нужно именно туда.