Кошки-мышки

Образ Глории требовал.

Гермиона сидела за столом, подперев щеку рукой, и, словно зачарованная, наблюдала за четкими взмахами пера. На плотном листе один за другим возникали очертания помещений министерского Архива. Это был не совсем план, слишком уж художественно Снейп вырисовывал детали, но и не просто рисунок, поскольку масштабы выдерживались безукоризненно.

Впрочем, не только схема Архива интересовала девушку. От важных раздумий о точности плана ее постоянно отвлекали уверенные движения красивых рук, крепко сжатые губы, небрежный жест, которым Мастер Зелий отбрасывал со лба прядь волос, морщинка, появляющаяся между бровями, когда что-то не совсем получалось… Гермиона подавила вздох.

— Не знала, что вы так хорошо рисуете.

Снейп на секунду остановился и кинул на нее быстрый взгляд.

— Да много ли вы вообще обо мне знаете, мисс Грин, — спокойно сказал он и снова склонился над пергаментом, — только то, что прочитали в газетах.

Гермиона с ужасом сообразила, что Глория-то с бывшим слизеринским деканом знакома всего несколько дней. Это же надо было такое ляпнуть. Хорошо хоть Снейп сам подсказал ей выход.

— Из газет много информации не почерпнешь, это верно, — с деланым равнодушием заявила она, — но я ведь и на Дрянн-аллее кое-кого поспрашивала. Скажем прямо, меня сочли сумасшедшей, когда я сказала, что намереваюсь к вам обратиться.

— О да, меня там любят, — Мастер Зелий полюбовался своим рисунком и небрежно махнул пером в сторону девушки. — Посмотрите, все ли верно, я мог что-то упустить.

Гермиона разглядывала план помещений довольно долго. Три комнаты: большая зала, где хранится основной архив, маленькая зала, где все уже подготовлено к встрече с журналистами, и служебное помещение, в котором планируется сделать что-то вроде читального зала, но пока там хранятся огромные кипы старых подшивок, бланков и тому подобного мусора, вывезти который у служителей все не хватает времени.

— Вот этот стеллаж должен быть подлиннее остальных, — наконец сказала она, — столик чуть ближе к выходу, а стульев не три, а четыре, один вам был не виден, он здесь стоит, — девушка указала на план.

— Уверены? — Снейп вновь взялся за перо.

— Да.

— Хорошо… — Он дорисовал еще дин стул, удлинил стеллаж, а столик просто подтолкнул кончиком пера ближе к выходу.

— Как вы это делаете? — не удержалась Гермиона.

— Что?

— Двигаете нарисованные предметы.

Мастер Зелий улыбнулся, в его черных глазах заплясали искорки.

— Пусть это останется загадкой. Вы слишком хорошо разбираетесь в магии, мисс Грин, поэтому мне приятно, когда я что-то знаю лучше вас.

Его голос звучал тепло и проникновенно… даже слишком проникновенно. Девушка вдруг вспомнила, кто он такой, и слегка отодвинулась.

— У вас есть план? В смысле, не такой, на бумаге, а план, как нам действовать.

— Да, — сухо ответил Снейп, видимо, задетый тем, что она отстранилась, — Можете идти отдыхать. Жду вас послезавтра вечером, в пять часов, в холле Министерства Магии.

— Как послезавтра! — ужаснулась Гермиона. — Через два дня Темный Архив отдадут журналистам!

— Мы заберем его накануне открытия, — по-прежнему без эмоций сказал Мастер Зелий, сворачивая пергамент в трубочку. — Я все подготовлю. А пока — вон отсюда. Вы мне будете только мешать.

— Но… — прошептала вконец растерявшаяся девушка.

— Я же сказал — вон! — отрезал Снейп.

Гермиона, вновь почувствовавшая себя школьницей, покорно направилась к выходу.

— И мисс Грин… — Она с надеждой обернулась, но Мастер Зелий даже не смотрел в ее сторону. — Не опаздывайте.

Девушка вспыхнула и, чтобы удержаться от резкого ответа, быстро аппарировала.

Глава 7. Осталась восемнадцать часов

Гермиона в панике посмотрела на часы. Уже четыре! А ей ведь надо еще успеть загримироваться под Глорию. Это все Рон! Надо же было ему заявиться именно сегодня.

Конечно, в глубине души она понимала, что сама виновата, — так закрутилась, что даже не пришла на блистательно выигранный его командой полуфинал. Понятное дело, ей помешали очень и очень важные дела, но Рон же об этом не знает — в целях безопасности они с Гарри не посвящали в проблемы с Темным Архивом даже его. Вот он и чувствует себя обиженным и покинутым.

Чтобы его выставить, пришлось не только клятвенно пообещать прийти на завтрашний финал, но и согласиться принять участие в семейном обеде, устраиваемом Молли Уизли. Обычно Гермиона как могла отлынивала от таких почти официальных мероприятий. На этих обедах у нее возникало ощущение, словно обручальное кольцо, которое она носила с самого выпускного, сразу начинало давить и оттягивать руку. На помолвку-то она согласилась, было даже удобно официально числиться невестой — появился хороший повод отшивать остальных претендентов.