The Lost Time

Но кто-то же должен первым протянуть руку. Если не ты, то кто? Будто ты Костю не знаешь. Вспомни, как он открещивался от ваших отношений, пока ты не дожал его. Думаешь, сейчас будет иначе?

— Сер, а сам-то? — хмуро смотрю на него из-под отросшей челки.

— А я и не сбегаю. Хотя… тут с какой стороны посмотреть… Мне нужно время подумать, а Владу… Я очень его люблю, веришь? И хочу дать ему шанс выбрать свой собственный путь. Сейчас он может спокойно решать, не оглядываясь на меня.

— А что будет, когда он решит? — что-то мне не нравится его эта мрачная покорность.

— Если я все еще буду нужен ему, если он меня не разлюбил, то я пойду за ним.

— А если… — не хочу произносить это вслух, но Серый понимает меня и так.

— Тогда я уйду. Не буду мешать ему строить свою жизнь.

— Серый, ты же не собираешься… — от этой мысли внутри все холодеет.

— Что?

— Ну… не знаю… застрелиться там, или повеситься…

— Что?! — Серега недоуменно смотрит на меня, а потом фыркает, весело, как в детстве. — Нет, конечно. Самоубийство — самый бессмысленный и эгоистичный поступок, на который способен человек. Ну, убьешь ты себя, и что? Что-то изменится? Может быть, только тебе от этого никакого толку, потому что тебя не существует больше. А родственники и друзья страдают. Знаешь, как говорят: ты понимаешь, что все поправимо, когда уже сделал шаг с крыши и летишь в низ. Я лучше буду учиться на своих ошибках и исправлять их, чем совершу подобную глупость.

— Ты говоришь, как человек, который много об этом думал.

— Так я и думал. Раньше, когда Влад лежал в реанимации. Всю ночь думал. И решил, что если он умрет, то мне лучше будет уйти вместе с ним, а потом опомнился и перестал хоронить его и себя заживо. У меня есть мать, друзья, Влад, я не хочу причинять им боль. Егор, запомни, пожалуйста, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее понапрасну. Вы и так потеряли уже шесть лет. Не упусти остальное.

— Думаешь, после всего у нас что-нибудь выйдет? Он меня и слушать не захотел.

— Прости, пожалуйста, за некорректный вопрос: а ты как с ним разговаривал?

— В смысле?

— Зная твою манеру сразу наезжать…

— Вообще-то у меня есть на это все права.

— Ну вот, о чем я и говорил.

— Слушай, Серый, прекрати читать нотации, у меня завтра встреча с ним, так что я не хочу лишний раз мотать себе нервы.

— Мистер Беккет не может вас сейчас принять, — с сильным акцентом сообщает мне секретарша.

— То есть как? Он же сам мне встречу назначил, — не понимаю я такой организации труда.

— Мистеру Беккету пришлось срочно уехать. Он просил передать свои извинения за доставленные неудобства. Я вам сообщу, когда он вернется

— Сам узнаю. — бурчу под нос. Кота он своего не бросит, придет покормить. — Я пойду. До свидания.

— Удачного дня!

Да уж… Опупеть каким он удачным будет. Придется опять возвращаться в редакцию и терпеть ворчание Миши. Типа это я виноват, что мы не укладываемся в график.

Ну, так и есть. Миша устроил мне выволочку, так что сейчас я зол как черт. На ком бы сорвать раздражение? Серому просто повезло, что он к матери в гости уехал, а то бы попался под горячую руку. Ну, Бакаев, ты мне за эту подлянку ответишь! Не скрыться тебе от меня, голубчик.

К дому я подъезжаю уже в хорошем настроении. Звонила Лорка, рассказывала, что Вера пошла в танцевальный кружок и ей там, вроде бы, нравится.

Обожаю свою племяшку. Лорка ее мне даже давать боится, потому что я сразу же начинаю мелкую баловать. Мда, что же будет, когда еще и племянник родится?

Константин

Возвращаюсь домой в первом часу ночи — дел сегодня было невпроворот, и ведь, казалось бы, все уже оговорено и подписано, но как всегда — исполнение оставляет желать лучшего. Пришлось вмешаться.

Вымотался… Сейчас мне хочется две вещи: курить и спать. Да, Эрин не устает мне напоминать, что сигареты — зло, да я и сам это знаю, но разве бросишь с такой-то жизнью и работой?

Переодеваюсь в пижамные штаны и выхожу на балкон покурить.

Есть огромное желание оставить все на Брента и взять себе пару дней выходных, но нельзя. Он итак сделал мне одолжение, приехав сюда, а если я начну сгружать на него свою работу, то это будет уже наглостью. Ничего, осталось потерпеть всего немного.

Черт, чем ближе день открытия, тем тяжелее у меня на душе. Я словно возвращаюсь на шесть с половиной лет назад — в тот день, когда погибла мама. John's ведь тогда так и не был открыт: проект сначала заморозили, а потом свернули. И теперь, буквально через два месяца, магазин наконец-то будет открыт. Все повторяется с тем только различием, что он будет располагаться в Петербурге, а не, как планировалось изначально, в Москве.

Оставляю окурок в пепельнице и вдыхаю ночной воздух, он так хорошо пахнет…