Прошлое прошлому

— В том, на котором три дня назад вы поставили печать «Просмотрено».

— Черт! Ты в курсе подробностей?

— Не особо, знаю только, что он из Корня и, кажется, в сговоре с советниками. Его обнаружили не сразу. Похоже, у него был доступ к архивам, раз он сумел оставаться незамеченным в течение трех дней. Что он ищет, пока непонятно, но вряд ли это что-то не направлено против вас, Цунаде-сама.

— Какие меры предприняты?

— Пока никаких. АНБУ ждали от вас распоряжений. До этого момента они наблюдали за ним и по возможности старались ограничить его доступ к важной информации, а также пытались понять, о чем именно он собирает сведения.

— Это дало результаты?

— Не знаю, — пожал плечами Какаши. — Я не уполномочен просматривать отчеты. Цунаде-сама?

Какаши остановился и перехватил ее за руку:

— Вы бы не налегали на рамен.

— Чтооооо?

Сбитая с толку таким количеством новостей, Цунаде не сразу поняла, что он имеет в виду, но когда это случилось, она рассердилась не на шутку:

— Что ты себе позволяешь?!

— Идемте, нам нужно поговорить. Выпьем по чашечке чаю? — настойчиво предложил Какаши и, не отпуская руки Цунаде, потянул ее за собой.

Желая кое в чем убедиться, Цунаде мягко возразила, позволяя Какаши вести ее:

— Зная меня, вы не хотите предложить мне саке?

Какаши слегка повернул голову, чтобы краем глаза видеть ее, и тихо ответил:

— Не в вашем положении, Хокаге-сама.

Глава 7

В Резиденции Шизуне объявилась только к вечеру — судя по ее усталому виду, тренировка была не из легких.

— Как все прошло? — не поднимая головы от бумаг, спросила Цунаде.

— Неплохо. Сакура получила пару царапин, но это не опасно.

— Хорошо.

Шизуне тяжело опустилась на стул и прикрыла глаза, а семенившая следом Тон-тон прилегла у ног хозяйки. Вопреки ожиданиям, Пятая больше не проронила ни слова. С ее стороны доносился только шелест бумаги и скрип письменных принадлежностей. Заинтересованная, чем вызвано такое трудолюбие, Шизуне приоткрыла глаза:

— Что вы делаете?

— Подготавливаю бумаги о нашем с тобой отпуске.

— Уже? — спросила Шизуне севшим от удивления голосом.

— Лучше сделать все раньше, чем не успеть, а потом возвращаться ради одной подписи.

— От вас ли я это слышу? — добродушно усмехнулась Шизуне. — И над каким именно документом вы работаете сейчас?

— Над приказом о бессрочном отпуске, — охотно пояснила Цунаде и, заметив удивленный взгляд Шизуне, добавила: — По состоянию здоровья. Отпуск до момента выздоровления и получения справки.

— Может, лучше декрет?

— Нет. Чем меньше людей об этом знает, тем лучше. Пусть уж лучше думают, что я приболела.

— В чем-то вы правы, — Шизуне поправила юбку и взяла на колени Тон-тон. — В крайнем случае, все необходимые справки можно будет позже донести задним числом. Меня вот еще что интересует — если вы уже готовите нужные бумаги, значит, и временно исполняющего обязанности Хокаге вы тоже нашли?

— Так и есть. Я введу в совет еще двух джонинов. Таким образом, у меня станет не двое, а четверо советников, один из которых сможет временно взять на себя выполнение моих обязанностей.

— Один из них Шикаку?

— Совершенно верно. Именно он займет это кресло во время моего отсутствия. Вторым будет Какаши.

— И вы думаете, советники пойдут на это?

— Почему нет? Они вправе принимать участие в выборе следующего Хокаге, так почему Хокаге не может сделать то же самого по отношению к Совету?

— Я не думаю, что это будет просто, Цунаде-сама. Вы говорили с Шикаку и Какаши?

— Пока только с Какаши, но скоро Шикаку тоже будет в курсе, — уголки губ Цунаде немного приподнялись.

— Не нравится мне эта затея с Советом.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер, — Цунаде пожала плечами и вернулась к документу: — Подожди, мне немного осталось. Сейчас закончу и пойдем.

— Как скажете, — выдохнула Шизуне.

Она слушала скрип ручки по бумаге, думая о том, как Цунаде собирается провернуть все это за оставшуюся неделю, по факту — за четыре рабочих дня.

— Не волнуйся, Шизуне, все сложится наилучшим образом, — тихо сказала Цунаде, словно угадывая ее мысли. — Ну, все. Я закончила. Идем?

Вечерняя Коноха только наполнялась людьми. Ребята, вернувшись из Академии и доделав уроки, выбегали на улицы играть; покончившие с работой молодые люди спешили на свидания в кино и кафе. Кто-то торопился с работы домой, а кто-то только выходил из дома. Но это все были преимущественно гражданские, люди, занятые торговлей, строительством и прочими мирными делами. Работа шиноби не начиналась в восемь утра и не заканчивалась в пять вечера. Шиноби жили от миссии до миссии, которые порой могли длиться годами.