Прошлое прошлому

Она надеялась доходить до сорока недель. Но самым главным было то, что в таком случае, она вряд ли сможет присутствовать на выборах нового Хокаге. Джирайя не разделял ее опасений, постоянно напоминая Цунаде о том, что здоровье ее и их ребенка важнее всего.

— Я знаю, знаю. Просто немного переживаю. Вдруг изберут Данзо, и он развяжет войну.

— Не думай об этом. Найдутся и те, кто будут против. Сейчас важнее купить кроватку и вещи для нашего сына.

— Между прочим, Шизуне ехала сюда именно за этим, — проворчала Цунаде.

В последние дни она становилась все раздражительнее.

Почти полдня они потратили на выбор кроватки. Заказав доставку и расплатившись, Цунаде попросилась домой:

— Я так устала. Пускай Шизуне сама посмотрит одежду.

— Есть магазины по пути. Ты точно хочешь прямо домой?

На уверенный кивок Джирайя тихо вздохнул:

— Игрушки тоже Шизуне смотреть будет?

— Ты хотел бы заняться этим сам?

— Представь себе.

— Хорошо, только доведи меня сначала до дома.

Время шло быстро. Цунаде ненадолго выходила погулять вместе с Джирайей или Шизуне, но в основном, сидела дома. Покупками для малыша занималась Шизуне, так что вскоре кроватка стояла застеленная бельем, на котором были рассажены мягкие игрушки. По совместному решению Цунаде и Джирайи кроватку поставили прямо напротив их спальной кровати. Хотя Джирайя некоторое время колебался, бормоча, что так им будет не очень удобно заводить второго ребенка. Цунаде едва сдержалась, чтобы не стукнуть его. Неделя пролетела на одном дыхании, и вскоре ей снова пришлось идти в госпиталь.

Ночью Цунаде почувствовала знакомые неприятные ощущения. То, что это были родовые схватки, она поняла далеко не сразу и только утром тихо сказала:

— Джирайя, кажется, я рожаю.

В больничных коридорах было прохладно и немноголюдно. Цунаде ждала своей очереди, сидя на неудобной скамейке.

— Ты в порядке? — спросил Джирайя, видя как Цунаде ерзает.

— Подобные вопросы мне уже мозоли на ушах натерли. В полном! Просто… Кажется, у меня снова начинается.

Живот будто окаменел, и ей стало труднее дышать. Чтобы как-то прогнать это ощущение, Цунаде поднялась со скамьи. Прохаживаясь по коридору, она почувствовала облегчение.

— Все хорошо, прошло, — выдохнула она.

Из кабинета вышла молоденькая девушка, и Цунаде зашла следующей. Сначала иренин заполнял какие-то бумаги, спрашивал Цунаде о состоянии, а потом все повторилось. Осмотрев ее, доктор спросил:

— И долго уже?

— С ночи.

— Вас кто-нибудь ждет в коридоре?

— Да, мой… муж, — Цунаде запнулась, ведь фактически они еще не были женаты.

— Хорошо, я передам ему, чтобы он взял ваши вещи, а вам бы в палату. Не волнуйтесь, все очень хорошо. Совсем скоро вы станете мамой. Я позову медсестру, она проводит вас и объяснит, что нужно делать.

Шизуне помогала Джирайе собирать вещи.

— Давай-ка поторопимся? — попросил он, переминаясь с ноги на ногу.

— Это ни к чему, Джирайя-сама. У нас еще есть время.

Только в больнице, ожидая, когда все закончится, он осознал, насколько Шизуне была права. Детские вещи и вещи Цунаде давно были переданы врачам, но в них пока не было необходимости. Весь день Джирайя нервно ходил по коридорам больницы. За сегодня он, казалось, поседел больше, чем за всю свою жизнь. И вот, наконец, вечером ему передали, что у него мальчик. Два килограмма девятьсот восемьдесят грамм и пятьдесят сантиметров. Это был самый счастливый момент в жизни Джирайи, ведь только что у него родился сын!

После трехдневного пребывания в больнице Цунаде была рада вернуться домой, где все уже было готово к их приезду. Детские игрушки и мебель казались такими большими по сравнению с Мичиру, что Цунаде каждый раз, глядя на него, ощущала невероятный прилив нежности и желания защитить крошку любой ценой. В поведении Джирайи читались те же мотивы и, несмотря на то, что пока он не решался брать сына на руки, Цунаде была уверена, что Джирайя будет отличным папой.

Мичиру был почти точной копией отца — тот же овал лица, разрез глаз и форма носа, и это только усиливало любовь Цунаде к Джирайе. Первые недели она была настолько переполнена любовью к Мичиру, Джирайе, к самой жизни, что и думать забыла о том, что когда-то давно, наверное, в другой жизни, еще имело для нее значение. Поэтому когда Какаши появился на пороге ее дома, она была, мягко говоря, удивлена.

— Поздравляю с рождением сына, Цунаде-сама, — улыбаясь, сказал он.

— Спасибо, зайдешь?

— Нет, я всего на пару минут. Я только хотел уточнить, мне продолжать выполнять обязанности вашего заместителя или вы сами займетесь делами деревни? Просто, если первое, то нужно составить новый приказ. Тот, первый, скоро утратит свою силу, ведь вы уже родили ребенка.