Наследие. Воскрешающий камень

Пролог

В Хогвартсе каждый найдет место себе по душе. Кому-то будет приятно сидеть в тишине библиотеки, где в косых лучах солнца кружится книжная пыль. Кому-то милее хижина лесничего и заросшие грядки рядом — тыквы коварно захватывают территорию, пока хозяин хижины во Франции. Кто-то будет очарован Озером, в котором отражается беломраморный памятник величайшему магу ушедшего столетия. Уверен, даже Гремучая Ива придется кому-то по вкусу…

Однако есть здесь место заброшенное и одинокое. У самого края Запретного Леса, там, где он граничит со скалами, где не ходят даже кентавры, есть каменный круг. Старый, давным-давно забытый кромлех. Изъеденные временем серые плиты заросли мхом и плющом так, что случайно забредший сюда путник удивится густой холодной тени внутри круга, где серого-то почти уже не осталось — даже плиты под ногами затянуты зеленым покровом.

Только здесь не бывает случайных людей. Раз в год, в мае, когда темнеющее небо над Хогвартсом расцвечивается огнями фейерверков, приходит мужчина. На нем неизменная мантия аврора и нелепые маггловские очки. В молчании — даже Люмос у него невербальный — он стоит перед гранитной стелой — это единственное, что не захвачено зеленью в этом круге. Он достает из кармана мантии платок и неловким движением стирает со стелы пыль. На платке и на пальцах аврора остается бурый след, а на камне проявляется надпись: «С. Т. Снейп. 1960 — 1998» — тусклое серебро в глубоких угловатых желобках. Мужчина все так же безмолвно стоит — и в магическом свете он кажется не румяней покойника. Единственное, что отличает его от мертвеца — яркие, ничуть не постаревшие зеленые глаза. В них вспыхивают и гаснут светлые блики — не то невыплаканные слезы, не то отраженные огни фейерверка.

Порой он подолгу не может решиться отнять руку от камня, как будто ощущает под пальцами не ледяной гранит, а нечто живое. Порой садится на корточки и пытается выдернуть редкую осоку и мох у самой стелы. Руки работают, а мысли блуждают где-то далеко. Порой закрывает лицо рукой, словно не хочет, чтобы с губ сорвались какие-то ему одному ведомые слова — а потом на щеках остаются разводы бурой лесной пыли…

Но уходит он всегда не оглядываясь.

Глава 1, в которой совершаются удивительные открытия

Если и есть что-то хуже, чем быть младшим, так это — быть бесхарактерным. Однозначно.

«Хогвартс-экспресс» бодро пыхтел вперед, ветер сносил клубы дыма так, что окна купе, в отличие от прочих, не приходилось зачаровывать от сажи, вагоны приятно потряхивало на стыках рельс — а Альбус шел по коридору, едва не плача от жалости к себе.

Альбус Северус Поттер, одиннадцать лет, из увлечений — чтение книг про героев и путешественников. Внешне — точная копия отца. А в магии — хуже некуда. Да и во многом другом — тоже. На метле Альбус держится как садовый гном — и это еще самое мягкое выражение Джеймса, его старшего брата. Джеймс, похоже, унаследовал все папины таланты. Он гриффиндорец, он дружен со всеми, даже со старшими ребятами; его и профессора любят, хотя он тот еще шалопай. И в квиддиче он хорош, да настолько, что его с этого года примут в команду. Официально примут: еще прошлой весной его заметил капитан и предложил тренироваться тайно, потому что по правилам первокурснику в команду нельзя. Но Джеймс говорит, что декан прекрасно про все знал, просто сделал вид, будто и не подозревает, чтобы ребятам не влетело от директора.

В общем, Альбусу до брата — как до луны пешком. И всей пользы от него — принести сладости, а то Джеймс хотел угостить команду тыквенными котелками, но ведьма с тележкой уже укатила. Потому-то и брел Альбус по коридору, и брести бы ему до первого вагона, вот только…

— Вот же ж мелкий гаденыш! Ты глянь, кусается!

— А ты чего хотел от змееныша? Ха, прикинь, если он еще и ядовитый!

В тамбуре происходило что-то явно несоответствующее хогвартским правилам. Сейчас бы уйти потихоньку, Мерлин с ними, со сладостями. Но один из хулиганов в тамбуре повернулся — и заметил Альбуса. Лицо громилы расцвело в глуповатой ухмылке:

— Глянь, кэп, это же братишка нашего Джейми!

Бежать было безнадежно поздно. Уповая на то, что дрожащие коленки не так уж заметны под купленными мамой «на вырост» брюками, Альбус вышел в тамбур. Приятель громилы — рыжеватый парень в джинсах и красной толстовке — оттолкнул кого-то и развернулся к Поттеру. Редкие усики, нагло прищуренные голубые глаза, золотой лев на груди.

— Вы же Дэвид Скир? — пискнул Альбус. Глубоко вдохнул и попытался придать голосу джеймсовы интонации: — Тот самый капитан Скир?

Голубоглазый самодовольно оскалился:

— Ты не ошибся, малыш! Что у тебя за дело?

«Я просто мимо проходил, могу я уйти?» — так и вертелось на языке.«Я никому не скажу, что вы тут избивали кого-то! Я пойду, ладно?» Глупая идея, лучше вообще не заострять на этом внимание.

— Меня Джеймс послал…