Фандом: Гарри Поттер. Думаете, хорошо быть средним ребенком в семье? Все внимание — старшему брату, вся ласка — младшей сестренке. А если это семья героя Магической Англии, который к тому же первоклассный аврор? Если все ждут, что ты должен идти по стопам отца? Наш герой, может, и хотел бы этого, но — вот незадача! — он самый обычный юный волшебник, к тому же неуклюжий, что в общении, что в колдовстве. Что будет, когда Наследие найдет его?
Добавить в моё избранное
319 мин, 44 сек 7626
А теперь давайте мы с вами познакомимся… Где же список, он был где-то здесь… Надеюсь, мы с вами станем добрыми друзьями…
— Даже не сомневаюсь. — прошипел с третьей парты голубоглазый. — Ты еще пожалеешь о сегодняшнем дне, Альбус Поттер.
Профессор Флитвик был подслеповат, глуховат и слишком влюблен в свой предмет, чтобы замечать что-либо, творившееся вокруг. Он так и не нашел список, так что ему пришлось поднимать всех по одному и составлять новый. Оказалось, что Крисси на самом деле звали Кристофером Уоллордом, а голубоглазого задиру — Айвором Ренчем. Третий был Оуэн Присколл, и самым примечательным в нем было то, что он пока не произнес ни слова в адрес слизеринцев.
Потраченное на список время позволило еще двум девчонкам с Гриффиндора, Эвелине и Агнес, влететь в класс как раз к началу объяснения темы. Они заняли четвертый стол, вынудив невысокого Чарли сдвинуться на середину — с краю весь обзор ему закрывала короткая, но пышная стрижка Эвелины.
Профессор Флитвик увлеченно рисовал на доске схему пассов, необходимых для Чар Левитации, и не видел, как пропитанные чернилами комочки пергамента летят в спину Альбуса безо всяких заклинаний.
Он не видел, как подцепленная на линейку чернильница — все же между столами был достаточно большой зазор — избавляется от своего содержимого прямо над мантией Малфоя.
Завершив свое выступление у доски, профессор обернулся к классу и с добродушной улыбкой сказал:
— Я раздам вам перья, и вы можете начинать свое первое практическое занятие. Помните: кисть вращается легко и резко. Когда движение получится таким, как должно, вы можете повторить его с заклинанием: Вингардиум Левиоса.
Профессор взмахнул палочкой, и орлиные перья с его стола поднялись в воздух.
— Маловероятно, что у вас получится на первом же занятии, так что не отчаивайтесь. Мы продолжим в следующий раз. Вы как раз напишете эссе о параметрах, ограничивающих применение этого заклинания. Также мы будем изучать влияние массы и размера предмета на структуру заклинания. Но что-то я забегаю вперед, разбору каждого этих обстоятельств будет посвящено отдельное занятие. А теперь можете приступать!
И он, напоследок улыбнувшись, исчез за горой сваленного на столе пергамента.
Первокурсники молча махали палочками все с большим ожесточением. Уже через пять минут начались робкие попытки повторить заклинание. Вскоре все, кроме бросавшей полные осуждения взгляды Дианы, в голос кричали: «Вингардиум Левиоса!» — правда, без особого эффекта.
— Давай по очереди — один делает, другой ищет ошибки. — с усталостью предложил Малфой. Он уже слегка раскраснелся, а светлые пряди липли к вспотевшим вискам. Альбус подозревал, что выглядит не лучше.
— Давай. Ты начинаешь. — согласился Альбус, и они развернулись лицом друг к другу. Перо легло на освободившийся малфоевский стул. Что бы там не говорил профессор Флитвик, а любому здесь хотелось, чтобы заклинание получилось именно сегодня. — Вот, здесь: у тебя палочка указывает в пол, когда ты заканчиваешь пасс. Мой черед: Вингардиум Левиоса!
— Слишком мягко. Может, потому что медленно? Попробуй более отрывисто. Вингардиум Левиоса!
На этот раз перо подпрыгнуло над столом. Хоть какое-то оживление. Альбус потеребил кончик носа. Ну же, сосредоточься! Он поднял палочку и…
— Вингардиум Левиоса! — Малфой гаркнул так, будто был болельщиком на кубке Мира. Сзади что-то глухо хлопнуло.
Альбус обернулся. Позади него обложкой кверху лежал переплетенный в бурую кожу том «Теории Магии». Озадаченный Альбус поднял книгу. От удара у нее перекосило корешок, и некоторые страницы держались теперь на честном слове. Весь курс Чар — вот же тяжелая книженция!
— Мистер Малфой, минус десять баллов Слизрину! Я рад, что у вас получилось, но нельзя же так бездумно использовать свои таланты! — профессор Флитвик выглядел разочарованным. — Вы могли травмировать своих однокурсников! Я был о вас лучшего мнения.
«Теория Магии» символично открылась на главе«Чары Снохождения как преобразование теории некромантии». Альбус пролистал книгу. Так и есть — на форзаце надпись: «А. Ренч».
— Профессор… — поднял руку Альбус.
— Я понял, профессор. — перебил его Малфой. — Сожалею о случившемся.
Взгляд Флитвика слегка потеплел.
— Хорошо, мистер Малфой. Возвращайтесь к занятиям. Вы что-то хотели, мистер Поттер? Все в порядке?
— Э-э-э… Да, все хорошо. Я хотел выйти, но уже передумал. Простите за беспокойство.
За окном сверкнула молния. Почты сегодня точно не будет. С другой стороны, и соблазна пожаловаться отцу — тоже.
— Ты слишком мягко поворачиваешь палочку. — прозвучал голос Малфоя как ни в чем не бывало. — Смотри сюда. Я покажу в замедленном темпе.
Альбусу пришлось-таки отвлечься на Малфоя. Он и впрямь начал выделывать пассы палочкой. Спокойно. Уверенно.
— Даже не сомневаюсь. — прошипел с третьей парты голубоглазый. — Ты еще пожалеешь о сегодняшнем дне, Альбус Поттер.
Профессор Флитвик был подслеповат, глуховат и слишком влюблен в свой предмет, чтобы замечать что-либо, творившееся вокруг. Он так и не нашел список, так что ему пришлось поднимать всех по одному и составлять новый. Оказалось, что Крисси на самом деле звали Кристофером Уоллордом, а голубоглазого задиру — Айвором Ренчем. Третий был Оуэн Присколл, и самым примечательным в нем было то, что он пока не произнес ни слова в адрес слизеринцев.
Потраченное на список время позволило еще двум девчонкам с Гриффиндора, Эвелине и Агнес, влететь в класс как раз к началу объяснения темы. Они заняли четвертый стол, вынудив невысокого Чарли сдвинуться на середину — с краю весь обзор ему закрывала короткая, но пышная стрижка Эвелины.
Профессор Флитвик увлеченно рисовал на доске схему пассов, необходимых для Чар Левитации, и не видел, как пропитанные чернилами комочки пергамента летят в спину Альбуса безо всяких заклинаний.
Он не видел, как подцепленная на линейку чернильница — все же между столами был достаточно большой зазор — избавляется от своего содержимого прямо над мантией Малфоя.
Завершив свое выступление у доски, профессор обернулся к классу и с добродушной улыбкой сказал:
— Я раздам вам перья, и вы можете начинать свое первое практическое занятие. Помните: кисть вращается легко и резко. Когда движение получится таким, как должно, вы можете повторить его с заклинанием: Вингардиум Левиоса.
Профессор взмахнул палочкой, и орлиные перья с его стола поднялись в воздух.
— Маловероятно, что у вас получится на первом же занятии, так что не отчаивайтесь. Мы продолжим в следующий раз. Вы как раз напишете эссе о параметрах, ограничивающих применение этого заклинания. Также мы будем изучать влияние массы и размера предмета на структуру заклинания. Но что-то я забегаю вперед, разбору каждого этих обстоятельств будет посвящено отдельное занятие. А теперь можете приступать!
И он, напоследок улыбнувшись, исчез за горой сваленного на столе пергамента.
Первокурсники молча махали палочками все с большим ожесточением. Уже через пять минут начались робкие попытки повторить заклинание. Вскоре все, кроме бросавшей полные осуждения взгляды Дианы, в голос кричали: «Вингардиум Левиоса!» — правда, без особого эффекта.
— Давай по очереди — один делает, другой ищет ошибки. — с усталостью предложил Малфой. Он уже слегка раскраснелся, а светлые пряди липли к вспотевшим вискам. Альбус подозревал, что выглядит не лучше.
— Давай. Ты начинаешь. — согласился Альбус, и они развернулись лицом друг к другу. Перо легло на освободившийся малфоевский стул. Что бы там не говорил профессор Флитвик, а любому здесь хотелось, чтобы заклинание получилось именно сегодня. — Вот, здесь: у тебя палочка указывает в пол, когда ты заканчиваешь пасс. Мой черед: Вингардиум Левиоса!
— Слишком мягко. Может, потому что медленно? Попробуй более отрывисто. Вингардиум Левиоса!
На этот раз перо подпрыгнуло над столом. Хоть какое-то оживление. Альбус потеребил кончик носа. Ну же, сосредоточься! Он поднял палочку и…
— Вингардиум Левиоса! — Малфой гаркнул так, будто был болельщиком на кубке Мира. Сзади что-то глухо хлопнуло.
Альбус обернулся. Позади него обложкой кверху лежал переплетенный в бурую кожу том «Теории Магии». Озадаченный Альбус поднял книгу. От удара у нее перекосило корешок, и некоторые страницы держались теперь на честном слове. Весь курс Чар — вот же тяжелая книженция!
— Мистер Малфой, минус десять баллов Слизрину! Я рад, что у вас получилось, но нельзя же так бездумно использовать свои таланты! — профессор Флитвик выглядел разочарованным. — Вы могли травмировать своих однокурсников! Я был о вас лучшего мнения.
«Теория Магии» символично открылась на главе«Чары Снохождения как преобразование теории некромантии». Альбус пролистал книгу. Так и есть — на форзаце надпись: «А. Ренч».
— Профессор… — поднял руку Альбус.
— Я понял, профессор. — перебил его Малфой. — Сожалею о случившемся.
Взгляд Флитвика слегка потеплел.
— Хорошо, мистер Малфой. Возвращайтесь к занятиям. Вы что-то хотели, мистер Поттер? Все в порядке?
— Э-э-э… Да, все хорошо. Я хотел выйти, но уже передумал. Простите за беспокойство.
За окном сверкнула молния. Почты сегодня точно не будет. С другой стороны, и соблазна пожаловаться отцу — тоже.
— Ты слишком мягко поворачиваешь палочку. — прозвучал голос Малфоя как ни в чем не бывало. — Смотри сюда. Я покажу в замедленном темпе.
Альбусу пришлось-таки отвлечься на Малфоя. Он и впрямь начал выделывать пассы палочкой. Спокойно. Уверенно.
Страница 13 из 92
