Фандом: Ориджиналы. Наставник изо всех сил старался отвадить Сольвейг от карьеры охотника на монстров. Возможно, он бы преуспел, если бы эта карьера была именно целью, а не средством осуществления другой наивной детской мечты.
Добавить в моё избранное
158 мин, 26 сек 3077
Дышать холодным воздухом было приятно. Духота палатки, в которой их команда спала в полном составе, казалось, застряла в легких, и теперь вырывалась наружу мутными облачками пара. Сольвейг бежала всё быстрее, прочь от лагеря, в сторону горного ручья, о котором она узнала вчера от Урд. Если она добежит туда, немного там отдохнет, а потом вернется обратно, Пагрин, скорее всего, поверит в её добросовестность.
Когда Сольвейг вернулась, Пагрин позволил ей перекусить, а потом потащил в сторону отвесной скалы, где теперь появилось уже несколько мишеней, и многие обстреливали новоприобретённое оружие. Здесь же были Урд и Фирмин. Сольвейг в глубине души ликовала — наконец-то Пагрин научит её чему-то ещё, кроме таскания на себе неподъёмной экипировки.
— Эй, смотрите!
Все обернулись на окрик и проследили взглядом в том направлении, куда указывал один из охотников. Из-за дальней горы на северо-западе вылетело нечто блестящее и неторопливое, в тусклых зимних лучах более всего похожее на огромное бледное яйцо.
— Небесная машина, — констатировал кто-то неподалёку от Сольвейг. — Интересно, кто это?
«Яйцо» приближалось неторопливо и величественно, все охотники оторвались от своих тренировок и таращились на него, как загипнотизированные.
— Варианта, по сути, два, — сказал Пагрин. — Из тех, кто мог заинтересоваться охотой на дракона, и у кого есть такая штука, это могут быть Стрилл, Мьют и Раш. Мьют уже здесь…
— Значит, Стрилл, — сказал охотник, чья самодельная мишень была рядом с мишенью Пагрина. — Раш официально всех уведомили, чтобы на них не рассчитывали.
— С чего бы? — удивленно спросила Урд. — На всех прошлых драконах они были, насколько я знаю.
— И в этот раз будут, хоть и не официально, — сказал Пагрин. — Пусть они и не хотят почему-то засылать своих представителей, запрещать своим наёмникам веселиться они не станут.
Небесная машина приблизилась достаточно, чтобы можно было рассмотреть под огромным белым куполом кабинку, которая казалась крошечной. У Сольвейг перехватило дыхание. Она никогда не летала на такой штуке, и не могла вообразить, как она вообще удерживается в воздухе. Она была огромной, внутри купола мог бы поместиться, наверное, весь Игерон, и ещё осталось бы место. По мере приближения к лагерю небесная машина замедлялась. Двигалась она абсолютно бесшумно, её можно было бы принять за огромное облако, ставшее по какой-то причине материальным. Это было настоящее чудо, покорённая стихия. Машина пролетела ещё немного, заметно снизившись над открытым свободным пространством примерно в миле от лагеря.
— Эй, Соль, ты куда собралась? — окликнул её Пагрин. — Ты не забыла о тренировке?
— Я хочу посмотреть, — заявила она, послабляя тетиву арбалета и спешно запихивая его в чехол.
— Какого чёрта? Ты вчера мне все уши прожужжала о том, что тебе надо потренироваться! И что теперь?!
— Я скоро вернусь, — пообещала Сольвейг, даже не глядя на своего наставника. Она опасалась, что если отведёт взгляд от небесной машины, та вдруг растает, исчезнет вместе с теми, кого привезла. — Честно, Пагрин, мне надо… я хочу посмотреть!
Охотники, наблюдавшие за их маленькой сценой, начинали посмеиваться, и не только потому, что Сольвейг была женщиной, но ещё и потому, что вела себя сейчас, как ребенок. Она и сама понимала, как это глупо должно выглядеть со стороны, но ничего не могла с собой поделать. Ради этого момента она напросилась охотиться на дракона.
— Ты что вообразила, девчонка?! — начал разоряться Пагрин. — Ты что, сильно самостоятельная стала, что сама себе назначаешь тренировки?! Я трачу на тебя время, я поменял свои планы…
— Извини! — перебила Сольвейг, усилием воли отворачиваясь от небесной машины и глядя на своего наставника. Таким злым она его давно не видела, а злиться он умел лучше многих. — Слушай, я…
Она покачала головой, потому что у неё не было ни времени, ни правильных слов. Из машины уже выбросили верёвочную лестницу, по которой спускались двое, чтобы помочь аккуратно приземлить машину. Сольвейг сорвалась места и побежала. Она не знала, сколько времени понадобится на то, чтобы опустить облако на землю, но когда оттуда начнут выходить прибывшие, она не собиралась пропустить ни одного.
Она бежала, и сердце её выскакивало из груди. У неё в голове проносились странные мысли — о том, что она не мылась уже несколько дней, о том, что она никогда не видела небесную машину вблизи, и о том, что если кто-то прочтёт надпись на её именном жетоне, её высмеют и заставят вернуться в Этер…
Яйцо едва заметно покачивалось под порывами ветра, но уже не могло улететь, сдерживаемое несколькими дюжинами канатов. Кабина, казавшаяся крошечной по сравнению с куполом, была около ста футов в длину, и через дверь в передней её части уже начали выходить люди.
Сольвейг подобралась поближе, стараясь не привлекать внимание раньше времени.
Когда Сольвейг вернулась, Пагрин позволил ей перекусить, а потом потащил в сторону отвесной скалы, где теперь появилось уже несколько мишеней, и многие обстреливали новоприобретённое оружие. Здесь же были Урд и Фирмин. Сольвейг в глубине души ликовала — наконец-то Пагрин научит её чему-то ещё, кроме таскания на себе неподъёмной экипировки.
— Эй, смотрите!
Все обернулись на окрик и проследили взглядом в том направлении, куда указывал один из охотников. Из-за дальней горы на северо-западе вылетело нечто блестящее и неторопливое, в тусклых зимних лучах более всего похожее на огромное бледное яйцо.
— Небесная машина, — констатировал кто-то неподалёку от Сольвейг. — Интересно, кто это?
«Яйцо» приближалось неторопливо и величественно, все охотники оторвались от своих тренировок и таращились на него, как загипнотизированные.
— Варианта, по сути, два, — сказал Пагрин. — Из тех, кто мог заинтересоваться охотой на дракона, и у кого есть такая штука, это могут быть Стрилл, Мьют и Раш. Мьют уже здесь…
— Значит, Стрилл, — сказал охотник, чья самодельная мишень была рядом с мишенью Пагрина. — Раш официально всех уведомили, чтобы на них не рассчитывали.
— С чего бы? — удивленно спросила Урд. — На всех прошлых драконах они были, насколько я знаю.
— И в этот раз будут, хоть и не официально, — сказал Пагрин. — Пусть они и не хотят почему-то засылать своих представителей, запрещать своим наёмникам веселиться они не станут.
Небесная машина приблизилась достаточно, чтобы можно было рассмотреть под огромным белым куполом кабинку, которая казалась крошечной. У Сольвейг перехватило дыхание. Она никогда не летала на такой штуке, и не могла вообразить, как она вообще удерживается в воздухе. Она была огромной, внутри купола мог бы поместиться, наверное, весь Игерон, и ещё осталось бы место. По мере приближения к лагерю небесная машина замедлялась. Двигалась она абсолютно бесшумно, её можно было бы принять за огромное облако, ставшее по какой-то причине материальным. Это было настоящее чудо, покорённая стихия. Машина пролетела ещё немного, заметно снизившись над открытым свободным пространством примерно в миле от лагеря.
— Эй, Соль, ты куда собралась? — окликнул её Пагрин. — Ты не забыла о тренировке?
— Я хочу посмотреть, — заявила она, послабляя тетиву арбалета и спешно запихивая его в чехол.
— Какого чёрта? Ты вчера мне все уши прожужжала о том, что тебе надо потренироваться! И что теперь?!
— Я скоро вернусь, — пообещала Сольвейг, даже не глядя на своего наставника. Она опасалась, что если отведёт взгляд от небесной машины, та вдруг растает, исчезнет вместе с теми, кого привезла. — Честно, Пагрин, мне надо… я хочу посмотреть!
Охотники, наблюдавшие за их маленькой сценой, начинали посмеиваться, и не только потому, что Сольвейг была женщиной, но ещё и потому, что вела себя сейчас, как ребенок. Она и сама понимала, как это глупо должно выглядеть со стороны, но ничего не могла с собой поделать. Ради этого момента она напросилась охотиться на дракона.
— Ты что вообразила, девчонка?! — начал разоряться Пагрин. — Ты что, сильно самостоятельная стала, что сама себе назначаешь тренировки?! Я трачу на тебя время, я поменял свои планы…
— Извини! — перебила Сольвейг, усилием воли отворачиваясь от небесной машины и глядя на своего наставника. Таким злым она его давно не видела, а злиться он умел лучше многих. — Слушай, я…
Она покачала головой, потому что у неё не было ни времени, ни правильных слов. Из машины уже выбросили верёвочную лестницу, по которой спускались двое, чтобы помочь аккуратно приземлить машину. Сольвейг сорвалась места и побежала. Она не знала, сколько времени понадобится на то, чтобы опустить облако на землю, но когда оттуда начнут выходить прибывшие, она не собиралась пропустить ни одного.
Она бежала, и сердце её выскакивало из груди. У неё в голове проносились странные мысли — о том, что она не мылась уже несколько дней, о том, что она никогда не видела небесную машину вблизи, и о том, что если кто-то прочтёт надпись на её именном жетоне, её высмеют и заставят вернуться в Этер…
Яйцо едва заметно покачивалось под порывами ветра, но уже не могло улететь, сдерживаемое несколькими дюжинами канатов. Кабина, казавшаяся крошечной по сравнению с куполом, была около ста футов в длину, и через дверь в передней её части уже начали выходить люди.
Сольвейг подобралась поближе, стараясь не привлекать внимание раньше времени.
Страница 9 из 44
