Фандом: Изумрудный город. Нужно пройти Дорогой ВЖК, чтобы желание исполнилось, но это только условность. На самом деле у каждого свой путь.
Добавить в моё избранное
135 мин, 16 сек 17760
Энни ахнула и повисла у него на руке, но смертоносный луч уже вырвался из дула пистолета и ударил медведю в лоб. Запахло палёным. Медведь прошёл ещё несколько шагов и повалился головой вперёд, похожий на мешок, набитый соломой. Только теперь Энни узнала его.
— Топотун! — закричала она и, поднырнув генералу под локоть, подбежала к медведю. Это в самом деле был Топотун, она узнала его по длинному шву, который проходил по шее и животу. Во лбу у Топотуна была большая дыра, из которой сыпались опилки.
— Это ещё что такое? — с изумлением спросил генерал, стоя над Энни и продолжая целиться в медведя на всякий случай.
— Вы его убили! — закричала Энни.
— Убил? Ну, если мягкую куклу можно убить… — протянул Баан-Ну с нескрываемым интересом. Энни поняла, что попалась и что сейчас её ждут объяснения.
Баан-Ну присел, потрогал дыру и отнял у Энни кинжал. Шов поддался тут же, видимо, нитки за годы прогнили, а Урфин забывал зашить Топотуна снова. Огромная гора влажных свалявшихся опилок вывалилась на землю, и Энни отпрянула от отвращения: в ней копошились маленькие белые черви.
— Опилки, — сказал Баан-Ну. — Так, значит, я был прав? Значит, Беллиору в самом деле населяют чудовища? Небелковая жизнь?
— Какая? — устало переспросила Энни. Топотуна было ужасно жаль.
— Неважно, — отмахнулся генерал. Энни случайно посмотрела ему в глаза и не смогла больше отвести взгляд: видимо, в состоянии потрясения Баан-Ну себя не контролировал и хотел только, чтобы она рассказала всю правду. — Значит, те стражи во дворце, что я видел, тоже неживые? То-то они показались мне похожими на кукол! Но они двигались и смотрели, и этот, как ты его называешь, Топотун, тоже двигался! Более того, ты с ним говорила. Не отрицай, это не было попыткой успокоить зверя звуками голоса! Ты спрашивала его имя! Куклы умеют ещё и говорить? Я видел Тонконюха, но он живой зверь… Да что на этой планете вообще происходит?!
К счастью, пока говорил, он то и дело смотрел на Топотуна, и Энни смогла собраться, всё же прямого приказа ей Баан-Ну не отдавал, да и гипноз сознательно не применял. Она опомнилась, вспомнив, с кем имеет дело.
— Я понятия не имею, что здесь происходит! — сказала она, глядя на опилки с копошащимися червями. Лучше было смотреть туда, чем на генерала. — Куклы не умирают, вы правильно сказали, а тут он упал и не двигается. Никакой осени тут быть не должно, это страна вечного лета…
Чтобы не рисковать, она поднялась и обошла вокруг Топотуна. Генерал поднялся тоже, ни на минуту не выпуская её из поля зрения.
— Ты проговорилась, — сказал он. — Это страна вечного лета, но такого не бывает, ось Беллиоры наклонена. Это волшебная страна, так ведь? Заповедник, куда попали все ваши сказки? Где движутся куклы? То-то Страшила показался мне таким странным, он ведь тоже кукла? Смотри мне в глаза! — рявкнул он, но Энни ещё хватило сил, чтобы отвернуться.
— Это волшебная страна, — признала она. — И оставьте ваши замашки, вы уже видели, как она реагирует на ваше колдовство. Но если хотите неприятностей — колдуйте на здоровье, пока оно у вас есть.
— Говори ещё! — потребовал генерал, и Энни, хотя не видела его взгляда, послушалась. Ей хотелось увидеть его страх и недоумение.
— Да, здесь оживают куклы, здесь говорят звери и птицы. А теперь из-за вас сюда пришла осень, животные одичали, куклы падают без признаков жизни… Как Топотун. Те, кого вы видели в Изумрудном городе, это правитель Фиолетовой страны и правительница Розовой. Они удачно сыграли свои роли, потому что настоящего Страшилу вы бы не испугались… Довольны?
Она обернулась. Баан-Ну стоял, бессильно опустив пистолет.
— И что, по-твоему, теперь делать? — нахмурившись, спросил он.
— То, что делали раньше, — искать Ильсора и спасать его, если он в беде, — сказала Энни. — Волшебная страна уже не безопасна. А потом мы доложим о происходящем в столицу.
— Тогда идём, — решился Баан-Ну. — Поговорим по дороге.
Зрение фокусировалось медленно. Вокруг плыл белесый непрозрачный туман, за которым скрывался какой-то источник света. Ар-Лою он понравился, и понравилось лежать непонятно где, пока туман его скрывает. Он моргнул, и свет стал ярче. Туман расступился, пропуская Ригана. Техник Ар-Лоя был совсем на себя не похож: встрёпанный, растерянный, с приоткрытым от удивления ртом и алой кляксой на комбинезоне, в которой, даже будучи почти без сознания, Ар-Лой опознал орден Двойной звезды. Ар-Лой опустил глаза и проследил взглядом широкий ремень, который обхватывал Ригана за пояс и на котором держалась тяжёлая кобура.
— Привет, — сказал Ар-Лой, не уверенный в реальности происходящего. Раз так, можно было говорить всё, что хотелось. — Какой ты…
— Он очнулся! — радостно заорал Риган, оборачиваясь куда-то в сторону. — Мой полковник, ура!
Туман раздёрнулся в стороны и пропал, как будто испугавшись вопля.
— Топотун! — закричала она и, поднырнув генералу под локоть, подбежала к медведю. Это в самом деле был Топотун, она узнала его по длинному шву, который проходил по шее и животу. Во лбу у Топотуна была большая дыра, из которой сыпались опилки.
— Это ещё что такое? — с изумлением спросил генерал, стоя над Энни и продолжая целиться в медведя на всякий случай.
— Вы его убили! — закричала Энни.
— Убил? Ну, если мягкую куклу можно убить… — протянул Баан-Ну с нескрываемым интересом. Энни поняла, что попалась и что сейчас её ждут объяснения.
Баан-Ну присел, потрогал дыру и отнял у Энни кинжал. Шов поддался тут же, видимо, нитки за годы прогнили, а Урфин забывал зашить Топотуна снова. Огромная гора влажных свалявшихся опилок вывалилась на землю, и Энни отпрянула от отвращения: в ней копошились маленькие белые черви.
— Опилки, — сказал Баан-Ну. — Так, значит, я был прав? Значит, Беллиору в самом деле населяют чудовища? Небелковая жизнь?
— Какая? — устало переспросила Энни. Топотуна было ужасно жаль.
— Неважно, — отмахнулся генерал. Энни случайно посмотрела ему в глаза и не смогла больше отвести взгляд: видимо, в состоянии потрясения Баан-Ну себя не контролировал и хотел только, чтобы она рассказала всю правду. — Значит, те стражи во дворце, что я видел, тоже неживые? То-то они показались мне похожими на кукол! Но они двигались и смотрели, и этот, как ты его называешь, Топотун, тоже двигался! Более того, ты с ним говорила. Не отрицай, это не было попыткой успокоить зверя звуками голоса! Ты спрашивала его имя! Куклы умеют ещё и говорить? Я видел Тонконюха, но он живой зверь… Да что на этой планете вообще происходит?!
К счастью, пока говорил, он то и дело смотрел на Топотуна, и Энни смогла собраться, всё же прямого приказа ей Баан-Ну не отдавал, да и гипноз сознательно не применял. Она опомнилась, вспомнив, с кем имеет дело.
— Я понятия не имею, что здесь происходит! — сказала она, глядя на опилки с копошащимися червями. Лучше было смотреть туда, чем на генерала. — Куклы не умирают, вы правильно сказали, а тут он упал и не двигается. Никакой осени тут быть не должно, это страна вечного лета…
Чтобы не рисковать, она поднялась и обошла вокруг Топотуна. Генерал поднялся тоже, ни на минуту не выпуская её из поля зрения.
— Ты проговорилась, — сказал он. — Это страна вечного лета, но такого не бывает, ось Беллиоры наклонена. Это волшебная страна, так ведь? Заповедник, куда попали все ваши сказки? Где движутся куклы? То-то Страшила показался мне таким странным, он ведь тоже кукла? Смотри мне в глаза! — рявкнул он, но Энни ещё хватило сил, чтобы отвернуться.
— Это волшебная страна, — признала она. — И оставьте ваши замашки, вы уже видели, как она реагирует на ваше колдовство. Но если хотите неприятностей — колдуйте на здоровье, пока оно у вас есть.
— Говори ещё! — потребовал генерал, и Энни, хотя не видела его взгляда, послушалась. Ей хотелось увидеть его страх и недоумение.
— Да, здесь оживают куклы, здесь говорят звери и птицы. А теперь из-за вас сюда пришла осень, животные одичали, куклы падают без признаков жизни… Как Топотун. Те, кого вы видели в Изумрудном городе, это правитель Фиолетовой страны и правительница Розовой. Они удачно сыграли свои роли, потому что настоящего Страшилу вы бы не испугались… Довольны?
Она обернулась. Баан-Ну стоял, бессильно опустив пистолет.
— И что, по-твоему, теперь делать? — нахмурившись, спросил он.
— То, что делали раньше, — искать Ильсора и спасать его, если он в беде, — сказала Энни. — Волшебная страна уже не безопасна. А потом мы доложим о происходящем в столицу.
— Тогда идём, — решился Баан-Ну. — Поговорим по дороге.
Зрение фокусировалось медленно. Вокруг плыл белесый непрозрачный туман, за которым скрывался какой-то источник света. Ар-Лою он понравился, и понравилось лежать непонятно где, пока туман его скрывает. Он моргнул, и свет стал ярче. Туман расступился, пропуская Ригана. Техник Ар-Лоя был совсем на себя не похож: встрёпанный, растерянный, с приоткрытым от удивления ртом и алой кляксой на комбинезоне, в которой, даже будучи почти без сознания, Ар-Лой опознал орден Двойной звезды. Ар-Лой опустил глаза и проследил взглядом широкий ремень, который обхватывал Ригана за пояс и на котором держалась тяжёлая кобура.
— Привет, — сказал Ар-Лой, не уверенный в реальности происходящего. Раз так, можно было говорить всё, что хотелось. — Какой ты…
— Он очнулся! — радостно заорал Риган, оборачиваясь куда-то в сторону. — Мой полковник, ура!
Туман раздёрнулся в стороны и пропал, как будто испугавшись вопля.
Страница 15 из 38
