Фандом: Ориджиналы. 1997 год. Олег Далев бросает учебу в Англии и возвращается домой в Москву, в дом, где жил когда-то. Там остался его друг детства — и еще что-то очень важное.
Добавить в моё избранное
68 мин, 29 сек 10960
Для порядка пару раз стукнув в дверь, Олег ввалился в Женькину комнату. Тот предсказуемо сидел за столом и сосредоточено ковырялся в каких-то схемах.
— Жень, надо поговорить, — торопливо произнес Олег и без приглашения уселся на старую тахту.
Прошла почти минута, прежде чем Женька оторвался от своих схем и соизволил посмотреть на него.
— Я слушаю, — после затянувшейся паузы сказал он.
— Ты считаешь, что я тоже мечтаю завладеть твоей квартирой? — невинно поинтересовался Олег, чуть склонив голову к плечу.
Разглядывать сейчас Женьку было действительно любопытно. Пусть очки и мешали смотреть прямо в глаза, однако Олег уже поймал некую волну, позволяющую ему читать мелкие изменения на Женькином лице. Сейчас было такое впечатление, будто тот действительно на полном серьезе рассматривает подобный вариант.
— Нет, — закончив обработку данных, заявил наконец Женька.
Он не пояснил своего мнения и не спросил, чем вызван такой странный вопрос. Сочтя что на этом все закончено, он хотел было вернуться к работе, но Олег положил свою ладонь на его запястье. Рука у Женьки была холодной и такой тощей, что Олег своей не самой крупной ладонью мог бы сжать ее в тесном кольце.
— Нет, подожди, — пытаясь смягчить впечатление от своего порывистого жеста, попросил Олег. — «Поговорить» — это не просто задать один вопрос и получить один ответ. Это немного больше.
Женька сдержал вздох, однако поджал губы. Выглядел он уже с утра усталым, но это, как Олег успел понял, было для него почти обычным состоянием.
— Значит, ты не считаешь меня захватчиком… злодеем… или просто своим врагом? — уточнил Олег.
На сей раз Женька ответил быстрее и чуть развернутее:
— Нет. Я ведь уже сказал это.
— Отлично, — Олег кивнул, отмечая пройденный этап. — Тогда скажи еще, пожалуйста, почему ты отталкиваешь мою помощь?
— Мне не нужна помощь, — теперь моментально, будто на автомате, выпалил Женька.
«Занятно, — подумал Олег. — У него, похоже, есть наработанные реплики, и зависает он только тогда, когда возникают новые, не продуманные им фразы»…
— Женя, в жизни любого человека случается момент, когда ему…
— Мне не нужна помощь, — Олег вздрогнул, когда его перебили: с образом Женьки это плохо вязалось. — Ты можешь просто оставить меня в покое?
— Не могу, — Олег мягко отпустил доселе сжимаемую руку и передернул плечами.
Новая пауза затянулась, и Женька все же вынужден был спросить:
— Почему?
Олег ответил ему сперва долгим задумчивым взглядом и только потом медленно произнес:
— Мой отец умел дружить. Хочу верить, что и я тоже.
Женька взгляд этот выдержал, хотя губы его совершенно побелели.
— А мой, — очень тихо процедил он сквозь зубы, — был законченным эгоистом.
— Мы всегда можем выбирать, следовать нам примеру отцов или нет, — столь же негромко и с таким же напором, но только без скрытой злости, парировал Олег. — Женя, я…
Он прикрыл глаза, пытаясь нащупать нужную фразу. Сейчас нельзя ошибиться — сапер ошибается только один раз…
— Женя, — повторил Олег, открывая глаза и теперь глядя на друга неотрывно. — Пожалуйста, прости, что я уехал тогда. Прости, что меня не было рядом.
Тот не ответил. Сидел неподвижно, будто восковая статуя, и невидящим взором смотрел прямо перед собой. Однако руки его, лежащие на столе, дрожали, и на горле билась голубая жилка.
«Надеюсь, я не переборщил… — встревоженно подумал Олег. Второй приступ за несколько дней Женьке точно не был нужен.»
— Ты… извиняешься? — наконец как-то очень медленно, будто на заезженной кассете, произнес Женька.
Олег кивнул. Женька машинально повторил его жест, после чего покачал головой.
— Но ты ни в чем не виноват, — констатация факта, однако Женька выглядел до странности растерянным.
— Я уехал…
— Тебя мать забрала.
— Я не звонил…
— Мой опекун телефон отключил.
— Я даже не писал…
— У меня не было ключа от почтового ящика, а он бы мне твое письмо не отдал.
Слова закончились, и они просто продолжали смотреть друг на друга. Олег уже начал думать, что все-таки сделал неверный шаг, который не принесет никакой пользы, только доведет Женьку до чего-нибудь нехорошего, когда тот задумчиво произнес:
— Знаешь, я столько раз мечтал, чтобы передо мною извинились… Отец, мать, сестра… тетки, которые меня не взяли. Он, который всем тут командовал…
Женька прикрыл глаза, его губы едва заметно двигались — Олег не мог прочитать, но догадывался, что там идет перечисление всех, на кого Женьке не повезло нарваться в своей жизни: одноклассники, врачи, преподаватели, офицеры военкомата — весь бесконечный поток людей, от которого он с таким удовольствием скрылся.
— А извиняешься почему-то ты…
— Жень, надо поговорить, — торопливо произнес Олег и без приглашения уселся на старую тахту.
Прошла почти минута, прежде чем Женька оторвался от своих схем и соизволил посмотреть на него.
— Я слушаю, — после затянувшейся паузы сказал он.
— Ты считаешь, что я тоже мечтаю завладеть твоей квартирой? — невинно поинтересовался Олег, чуть склонив голову к плечу.
Разглядывать сейчас Женьку было действительно любопытно. Пусть очки и мешали смотреть прямо в глаза, однако Олег уже поймал некую волну, позволяющую ему читать мелкие изменения на Женькином лице. Сейчас было такое впечатление, будто тот действительно на полном серьезе рассматривает подобный вариант.
— Нет, — закончив обработку данных, заявил наконец Женька.
Он не пояснил своего мнения и не спросил, чем вызван такой странный вопрос. Сочтя что на этом все закончено, он хотел было вернуться к работе, но Олег положил свою ладонь на его запястье. Рука у Женьки была холодной и такой тощей, что Олег своей не самой крупной ладонью мог бы сжать ее в тесном кольце.
— Нет, подожди, — пытаясь смягчить впечатление от своего порывистого жеста, попросил Олег. — «Поговорить» — это не просто задать один вопрос и получить один ответ. Это немного больше.
Женька сдержал вздох, однако поджал губы. Выглядел он уже с утра усталым, но это, как Олег успел понял, было для него почти обычным состоянием.
— Значит, ты не считаешь меня захватчиком… злодеем… или просто своим врагом? — уточнил Олег.
На сей раз Женька ответил быстрее и чуть развернутее:
— Нет. Я ведь уже сказал это.
— Отлично, — Олег кивнул, отмечая пройденный этап. — Тогда скажи еще, пожалуйста, почему ты отталкиваешь мою помощь?
— Мне не нужна помощь, — теперь моментально, будто на автомате, выпалил Женька.
«Занятно, — подумал Олег. — У него, похоже, есть наработанные реплики, и зависает он только тогда, когда возникают новые, не продуманные им фразы»…
— Женя, в жизни любого человека случается момент, когда ему…
— Мне не нужна помощь, — Олег вздрогнул, когда его перебили: с образом Женьки это плохо вязалось. — Ты можешь просто оставить меня в покое?
— Не могу, — Олег мягко отпустил доселе сжимаемую руку и передернул плечами.
Новая пауза затянулась, и Женька все же вынужден был спросить:
— Почему?
Олег ответил ему сперва долгим задумчивым взглядом и только потом медленно произнес:
— Мой отец умел дружить. Хочу верить, что и я тоже.
Женька взгляд этот выдержал, хотя губы его совершенно побелели.
— А мой, — очень тихо процедил он сквозь зубы, — был законченным эгоистом.
— Мы всегда можем выбирать, следовать нам примеру отцов или нет, — столь же негромко и с таким же напором, но только без скрытой злости, парировал Олег. — Женя, я…
Он прикрыл глаза, пытаясь нащупать нужную фразу. Сейчас нельзя ошибиться — сапер ошибается только один раз…
— Женя, — повторил Олег, открывая глаза и теперь глядя на друга неотрывно. — Пожалуйста, прости, что я уехал тогда. Прости, что меня не было рядом.
Тот не ответил. Сидел неподвижно, будто восковая статуя, и невидящим взором смотрел прямо перед собой. Однако руки его, лежащие на столе, дрожали, и на горле билась голубая жилка.
«Надеюсь, я не переборщил… — встревоженно подумал Олег. Второй приступ за несколько дней Женьке точно не был нужен.»
— Ты… извиняешься? — наконец как-то очень медленно, будто на заезженной кассете, произнес Женька.
Олег кивнул. Женька машинально повторил его жест, после чего покачал головой.
— Но ты ни в чем не виноват, — констатация факта, однако Женька выглядел до странности растерянным.
— Я уехал…
— Тебя мать забрала.
— Я не звонил…
— Мой опекун телефон отключил.
— Я даже не писал…
— У меня не было ключа от почтового ящика, а он бы мне твое письмо не отдал.
Слова закончились, и они просто продолжали смотреть друг на друга. Олег уже начал думать, что все-таки сделал неверный шаг, который не принесет никакой пользы, только доведет Женьку до чего-нибудь нехорошего, когда тот задумчиво произнес:
— Знаешь, я столько раз мечтал, чтобы передо мною извинились… Отец, мать, сестра… тетки, которые меня не взяли. Он, который всем тут командовал…
Женька прикрыл глаза, его губы едва заметно двигались — Олег не мог прочитать, но догадывался, что там идет перечисление всех, на кого Женьке не повезло нарваться в своей жизни: одноклассники, врачи, преподаватели, офицеры военкомата — весь бесконечный поток людей, от которого он с таким удовольствием скрылся.
— А извиняешься почему-то ты…
Страница 13 из 20
