Фандом: Гарри Поттер. Проходят годы и десятилетия, но история не меняется, а любовь не теряет своей силы.
Добавить в моё избранное
508 мин, 35 сек 19358
После этого он вскочил из-за стола и побежал переодеваться, оставив меня в недоумении смотреть на запуганного до смерти эльфа, к которому в нашем доме прежде никогда не применяли насилия.
Вздохнув, я посмотрела на сестру. А что, если она права? И вдруг Рудольфус действительно не ходит ни в какое Министерство, а просто-напросто учувствует в рейдах Темного Лорда? Но почему он тогда ничего не сказал мне? Ведь прежде у нас не было секретов! Или он считал, что я буду против его выбора? Но это же глупо! Я всегда поддерживала его и…
— О чем ты задумалась, Белла? — прошептала Нарцисса. — Ты веришь мне?
В ее голосе звучало столько надежды! Я ободряюще улыбнулась.
— Возможно, ты права, Цисс…
— И?
— Думаю, что сегодня смогу все выяснить, — уверенно произнесла я. — Руди не сможет не сказать мне правду.
— Ты уверена, что сможешь его расспросить? — недоверчиво прищурилась Нарцисса.
В ответ я лишь широко улыбнулась. Своего мужа я знала лучше, чем кого-либо другого, и могла добиться от него почти всего.
— А что мне делать сейчас? — опять задала вопрос Цисси.
— А сейчас тебе нужно успокоиться, выпить чаю и ждать Люциуса. А потом, когда он появится, просто веди себя, как ни в чем не бывало, и жди в ближайшие дни от меня весточку с новостями.
Я не переставала улыбаться, глядя на сестру, и она просто не смогла сдержать ответную улыбку. У меня же внезапно поднялось настроение — наконец-то моя жизнь становится хоть немного интереснее!
И со двора нескромный вяз
В окно стучался без ответа
Вблизи от нас, вблизи от нас.
На стул высокий сев небрежно,
Она сплетала пальцы рук,
И легкий трепет ножки нежной
Я видел вдруг, я видел вдруг«…»
(А. Рембо, «Первый вечер»)
Я плохо помнила, когда в последний раз видела цветные сны. Возможно, это было несколько лет назад, а, возможно, еще в школе. Но в моей памяти на всю жизнь остались те кошмары, которые меня мучили по ночам, когда я еще была пятнадцатилетней девушкой. Было трудно забыть те ужасные красные глаза, шипящий голос, зовущий меня во тьму, и вечный холод каких-то темниц. В какой-то прекрасный момент эти сны просто-напросто ушли от меня, как, впрочем, и все другие. С тех пор по ночам меня мучила бессонница, или перед глазами маячили какие-то размытые тени непонятных очертаний. До чего же было странно в ту ночь увидеть такой яркий и необычный сон!
После ухода Нарциссы я весь день раздумывала, как бы мне расспросить мужа, планировала разговор и свои действия. Под вечер, около десяти часов, я приняла ванну, надела один из своих самых красивых комплектов белья и отправилась в спальню дожидаться мужа. Некоторое время я стояла перед зеркалом, удивленно рассматривая себя и вспоминая, когда же в последний раз представала в таком виде. Наверное, где-то полгода назад. Пускай это прозвучит довольно странно, но в последние шесть месяцев у нас с Рудольфусом не было никаких отношений, не считая приветственных и прощальных поцелуев каждый день. Руди приходил домой слишком уставшим, и у него едва хватало сил добраться до кровати, не говоря уже о том, чтобы заниматься со мной любовью. Я же не сильно настаивала, так как в последние годы могла спокойно жить без секса.
Сегодняшний вечер должен был стать непохожим на другие, так как у меня был к мужу разговор, на который его нужно было натолкнуть. И тот способ, который я подобрала, действовал на таких мужчин, как Руди, почти безотказно.
Рассмотрев себя в зеркале, я потушила все свечи, оставив гореть лишь одну тусклую лампадку на прикроватной тумбочке, и залезла под одеяло, принявшись ждать Руди. Он должен был появиться с минуты на минуту. В постели были тепло, а кровать казалась такой мягкой, я и не заметила, как провалилась в сон.
… Где-то в небе слышался щебет птиц, мои волосы трепал легкий ветерок, приносивший терпкий запах полыни. Я вдыхала его полной грудью и улыбалась, этот аромат кружил голову, и я почему-то чувствовала себя самой счастливой в мире. Медленно ступала по вересковому полю, всматривалась в клубы пурпурных цветов, подсвечиваемых лучами заходящего солнца. Кажется, на мне было легкое хлопковое платье, а в волосах атласная лента. И вдруг сзади я услышала тихий голос, и он показался таким знакомым, но я никак не могла понять, где же могла его слышать. Он был таким родным, и я бы отдала все, что у меня было, лишь за то, чтобы он звучал всегда. Кажется, он повторял мое имя… «Беллатрикс… Белла… Беллс»…. Я резко обернулась, чтобы увидеть того, кто должен был стоять позади меня, но… Там оказалась пустота. Мне вдруг стало больно и страшно. И в тот же миг на небе начали сгущаться тучи, пока оно не стало почти черным; поднялся ветер и стал терзать заросли вереска, снова послышался голос, только не нежный и бархатистый, а шипящий и ужасный.
Вздохнув, я посмотрела на сестру. А что, если она права? И вдруг Рудольфус действительно не ходит ни в какое Министерство, а просто-напросто учувствует в рейдах Темного Лорда? Но почему он тогда ничего не сказал мне? Ведь прежде у нас не было секретов! Или он считал, что я буду против его выбора? Но это же глупо! Я всегда поддерживала его и…
— О чем ты задумалась, Белла? — прошептала Нарцисса. — Ты веришь мне?
В ее голосе звучало столько надежды! Я ободряюще улыбнулась.
— Возможно, ты права, Цисс…
— И?
— Думаю, что сегодня смогу все выяснить, — уверенно произнесла я. — Руди не сможет не сказать мне правду.
— Ты уверена, что сможешь его расспросить? — недоверчиво прищурилась Нарцисса.
В ответ я лишь широко улыбнулась. Своего мужа я знала лучше, чем кого-либо другого, и могла добиться от него почти всего.
— А что мне делать сейчас? — опять задала вопрос Цисси.
— А сейчас тебе нужно успокоиться, выпить чаю и ждать Люциуса. А потом, когда он появится, просто веди себя, как ни в чем не бывало, и жди в ближайшие дни от меня весточку с новостями.
Я не переставала улыбаться, глядя на сестру, и она просто не смогла сдержать ответную улыбку. У меня же внезапно поднялось настроение — наконец-то моя жизнь становится хоть немного интереснее!
Глава 2. Открывая карты
«Она была полураздета,»И со двора нескромный вяз
В окно стучался без ответа
Вблизи от нас, вблизи от нас.
На стул высокий сев небрежно,
Она сплетала пальцы рук,
И легкий трепет ножки нежной
Я видел вдруг, я видел вдруг«…»
(А. Рембо, «Первый вечер»)
Я плохо помнила, когда в последний раз видела цветные сны. Возможно, это было несколько лет назад, а, возможно, еще в школе. Но в моей памяти на всю жизнь остались те кошмары, которые меня мучили по ночам, когда я еще была пятнадцатилетней девушкой. Было трудно забыть те ужасные красные глаза, шипящий голос, зовущий меня во тьму, и вечный холод каких-то темниц. В какой-то прекрасный момент эти сны просто-напросто ушли от меня, как, впрочем, и все другие. С тех пор по ночам меня мучила бессонница, или перед глазами маячили какие-то размытые тени непонятных очертаний. До чего же было странно в ту ночь увидеть такой яркий и необычный сон!
После ухода Нарциссы я весь день раздумывала, как бы мне расспросить мужа, планировала разговор и свои действия. Под вечер, около десяти часов, я приняла ванну, надела один из своих самых красивых комплектов белья и отправилась в спальню дожидаться мужа. Некоторое время я стояла перед зеркалом, удивленно рассматривая себя и вспоминая, когда же в последний раз представала в таком виде. Наверное, где-то полгода назад. Пускай это прозвучит довольно странно, но в последние шесть месяцев у нас с Рудольфусом не было никаких отношений, не считая приветственных и прощальных поцелуев каждый день. Руди приходил домой слишком уставшим, и у него едва хватало сил добраться до кровати, не говоря уже о том, чтобы заниматься со мной любовью. Я же не сильно настаивала, так как в последние годы могла спокойно жить без секса.
Сегодняшний вечер должен был стать непохожим на другие, так как у меня был к мужу разговор, на который его нужно было натолкнуть. И тот способ, который я подобрала, действовал на таких мужчин, как Руди, почти безотказно.
Рассмотрев себя в зеркале, я потушила все свечи, оставив гореть лишь одну тусклую лампадку на прикроватной тумбочке, и залезла под одеяло, принявшись ждать Руди. Он должен был появиться с минуты на минуту. В постели были тепло, а кровать казалась такой мягкой, я и не заметила, как провалилась в сон.
… Где-то в небе слышался щебет птиц, мои волосы трепал легкий ветерок, приносивший терпкий запах полыни. Я вдыхала его полной грудью и улыбалась, этот аромат кружил голову, и я почему-то чувствовала себя самой счастливой в мире. Медленно ступала по вересковому полю, всматривалась в клубы пурпурных цветов, подсвечиваемых лучами заходящего солнца. Кажется, на мне было легкое хлопковое платье, а в волосах атласная лента. И вдруг сзади я услышала тихий голос, и он показался таким знакомым, но я никак не могла понять, где же могла его слышать. Он был таким родным, и я бы отдала все, что у меня было, лишь за то, чтобы он звучал всегда. Кажется, он повторял мое имя… «Беллатрикс… Белла… Беллс»…. Я резко обернулась, чтобы увидеть того, кто должен был стоять позади меня, но… Там оказалась пустота. Мне вдруг стало больно и страшно. И в тот же миг на небе начали сгущаться тучи, пока оно не стало почти черным; поднялся ветер и стал терзать заросли вереска, снова послышался голос, только не нежный и бархатистый, а шипящий и ужасный.
Страница 4 из 133
