Фандом: Гарри Поттер. Проходят годы и десятилетия, но история не меняется, а любовь не теряет своей силы.
Добавить в моё избранное
508 мин, 35 сек 19541
Я был не так внимателен к тебе, как он, или недостаточно сильно любил тебя? Тебе было со мной плохо, неинтересно, я был отвратителен тебе? Знаешь, а я ведь почти поверил в то, что не нужен тебе, пока снова не встретил тебя в Хогвартсе. Ты бежала за мной, хотела поговорить, ведь так? Ты даже не представляешь, скольких усилий мне стоило проигнорировать тебя, не обернуться, не забрать с собой… И все равно я не могу понять, что же тебя сломало? Почему ты так поступила, если я был для тебя всем? Почему отказалась от всего, что у тебя было?
Темный Лорд замолчал, его глаза блеснули в полутьме, в них отразился огонек почти догоревшей свечи, и на какой-то миг мне показалось, что в его зрачках вспыхнуло адское пламя.
— Я… — прошептала я, но тут же осеклась. Что я могла сказать в свое оправдание? Да и не было смысла оправдываться, ведь он был тысячу раз прав, а я была виновата настолько сильно, что вряд ли смогла бы за всю жизнь искупить эту вину.
— Ты себе не представляешь, как я тебя ненавижу, — прошептал Темный Лорд, вновь наклонившись ко мне и уткнувшись лицом в мою шею. — Я бы отдал все, только чтобы никогда не знать тебя и жить спокойно, но я не могу. Я даже хотел убить тебя — честное слово, каждый раз, когда мы оставались с тобой наедине, я боролся с желанием произнести Смертельное проклятье или зацеловать тебя до смерти. Когда я исчез из Хогвартса, я еще надеялся, что ты передумаешь, что сбежишь от Лестрейнджа, придешь ко мне, но ты этого не сделала. Я напрасно ждал тебя годами, вздрагивая от каждого звука, надеясь, что это твои шаги или твой стук в дверь. Но ты не приходила… И я начал искать средство забыть тебя — зелья, глупые заклинания, черная магия — но ничего не помогало. И даже когда я стал дробить душу на части, разбил ее на семь проклятых частей, ты все равно приходила ко мне во снах, в самых мучительных кошмарах… А потом началась война — я не мог просто сидеть сложа руки, нужно было действовать, продолжать жить, прятаться за кровью других людей, только чтобы лишний раз не вспоминать о тебе. Знаешь, у меня даже получилось — я убивал, научился получать удовольствие от чужих страданий и считал, что это поможет мне стать еще жестче, чем я есть.
Он снова замолчал, и я почувствовала легкое прикосновение его губ к своей щеке. Потом он вновь резко отстранился и продолжил:
— А потом все рухнуло в один день — на собрании появилась ты. Ты себе не представляешь, чего мне стоил один тот вечер в твоем присутствии. Я вызвал тебя к себе, хотел покончить со всем этим раз и навсегда, никто бы даже не удивился, если бы я убил тебя — ты проникла на тайное собрание, на которое тебя никто не звал. Но вместо того, чтобы убить тебя, я только привязал тебя к себе сильнее, чем когда-либо. В какой-то момент я почти показал свою слабость, почти простил тебя, но все-таки смог пересилить себя. И после этого начался настоящий ад — ты была всегда и везде, я не мог не слышать твоих мыслей и не мог не чувствовать, как отчаянно ты меня хочешь. На одном из занятий я уже было сдался, и если бы не пришел твой муж, то… Ты себе не представляешь, как тяжело сдерживать все то, что накопилось внутри за эти годы, и жить с этим. И почему это происходит? Ведь, судя по всем моим подсчетам, по всем книгам, по магии, у меня не должно быть души — а когда ты рядом, я чувствую столько, сколько не может почувствовать кто-либо другой? Почему ты сводишь меня с ума?
Он замолчал и вдруг резко выпрямился и сел в кровати ко мне спиной. К тому времени свеча уже догорела, и потому я смогла разглядеть лишь смутный облик Темного Лорда — склонившуюся голову, опустившиеся плечи. Сейчас он казался как никогда уставшим и несчастным. А ведь я такая дура! Как я могла так поступить с ним? Ведь, если бы не моя глупость, то он не страдал бы, не стал бы Волдемортом, не было бы никакой войны. Конечно, трудно было поверить, что поводом для этой войны стала именно я…
Было невыносимо наблюдать за тем, как он неподвижно сидит, как тяжело дышит… Я медленно подобралась к нему сзади и легонько обняла, положив подбородок на плечо.
— Наверное, мне не хватит и жизни, чтобы искупить всю свою вину и добиться твоего прощения, — прошептала я ему на ухо. — И доказать, что никогда не переставала любить тебя, а со временем это чувство только усилилось…
Он коснулся моей руки, и это движение придало мне сил и уверенности.
— Я была такой глупой, такой наивной, ребенком, который еще ничего не смыслит в жизни… — продолжала я. — Я слишком любила тебя. Эти чувства оказались настолько сильными для меня, что я испугалась их и просто не выдержала. Наверное, так любить — это слишком много для одного человека… Если бы я только могла вернуться в прошлое, хоть что-то изменить… Я всю жизнь надеялась, что вот-вот произойдет чудо, что я снова проснусь юной и смогу все исправить, что все опять станет на свои места… Но это было невозможно…
Темный Лорд замолчал, его глаза блеснули в полутьме, в них отразился огонек почти догоревшей свечи, и на какой-то миг мне показалось, что в его зрачках вспыхнуло адское пламя.
— Я… — прошептала я, но тут же осеклась. Что я могла сказать в свое оправдание? Да и не было смысла оправдываться, ведь он был тысячу раз прав, а я была виновата настолько сильно, что вряд ли смогла бы за всю жизнь искупить эту вину.
— Ты себе не представляешь, как я тебя ненавижу, — прошептал Темный Лорд, вновь наклонившись ко мне и уткнувшись лицом в мою шею. — Я бы отдал все, только чтобы никогда не знать тебя и жить спокойно, но я не могу. Я даже хотел убить тебя — честное слово, каждый раз, когда мы оставались с тобой наедине, я боролся с желанием произнести Смертельное проклятье или зацеловать тебя до смерти. Когда я исчез из Хогвартса, я еще надеялся, что ты передумаешь, что сбежишь от Лестрейнджа, придешь ко мне, но ты этого не сделала. Я напрасно ждал тебя годами, вздрагивая от каждого звука, надеясь, что это твои шаги или твой стук в дверь. Но ты не приходила… И я начал искать средство забыть тебя — зелья, глупые заклинания, черная магия — но ничего не помогало. И даже когда я стал дробить душу на части, разбил ее на семь проклятых частей, ты все равно приходила ко мне во снах, в самых мучительных кошмарах… А потом началась война — я не мог просто сидеть сложа руки, нужно было действовать, продолжать жить, прятаться за кровью других людей, только чтобы лишний раз не вспоминать о тебе. Знаешь, у меня даже получилось — я убивал, научился получать удовольствие от чужих страданий и считал, что это поможет мне стать еще жестче, чем я есть.
Он снова замолчал, и я почувствовала легкое прикосновение его губ к своей щеке. Потом он вновь резко отстранился и продолжил:
— А потом все рухнуло в один день — на собрании появилась ты. Ты себе не представляешь, чего мне стоил один тот вечер в твоем присутствии. Я вызвал тебя к себе, хотел покончить со всем этим раз и навсегда, никто бы даже не удивился, если бы я убил тебя — ты проникла на тайное собрание, на которое тебя никто не звал. Но вместо того, чтобы убить тебя, я только привязал тебя к себе сильнее, чем когда-либо. В какой-то момент я почти показал свою слабость, почти простил тебя, но все-таки смог пересилить себя. И после этого начался настоящий ад — ты была всегда и везде, я не мог не слышать твоих мыслей и не мог не чувствовать, как отчаянно ты меня хочешь. На одном из занятий я уже было сдался, и если бы не пришел твой муж, то… Ты себе не представляешь, как тяжело сдерживать все то, что накопилось внутри за эти годы, и жить с этим. И почему это происходит? Ведь, судя по всем моим подсчетам, по всем книгам, по магии, у меня не должно быть души — а когда ты рядом, я чувствую столько, сколько не может почувствовать кто-либо другой? Почему ты сводишь меня с ума?
Он замолчал и вдруг резко выпрямился и сел в кровати ко мне спиной. К тому времени свеча уже догорела, и потому я смогла разглядеть лишь смутный облик Темного Лорда — склонившуюся голову, опустившиеся плечи. Сейчас он казался как никогда уставшим и несчастным. А ведь я такая дура! Как я могла так поступить с ним? Ведь, если бы не моя глупость, то он не страдал бы, не стал бы Волдемортом, не было бы никакой войны. Конечно, трудно было поверить, что поводом для этой войны стала именно я…
Было невыносимо наблюдать за тем, как он неподвижно сидит, как тяжело дышит… Я медленно подобралась к нему сзади и легонько обняла, положив подбородок на плечо.
— Наверное, мне не хватит и жизни, чтобы искупить всю свою вину и добиться твоего прощения, — прошептала я ему на ухо. — И доказать, что никогда не переставала любить тебя, а со временем это чувство только усилилось…
Он коснулся моей руки, и это движение придало мне сил и уверенности.
— Я была такой глупой, такой наивной, ребенком, который еще ничего не смыслит в жизни… — продолжала я. — Я слишком любила тебя. Эти чувства оказались настолько сильными для меня, что я испугалась их и просто не выдержала. Наверное, так любить — это слишком много для одного человека… Если бы я только могла вернуться в прошлое, хоть что-то изменить… Я всю жизнь надеялась, что вот-вот произойдет чудо, что я снова проснусь юной и смогу все исправить, что все опять станет на свои места… Но это было невозможно…
Страница 58 из 133
