Heartthrob — Биение сердца

Глава 1. Наперстянка

Зелёный хвостатый шамшуг вытянул свою продолговатую, заострённую мордочку и принюхался. Помедлив возле зарослей змеиного горца, где пряталась самка, он отвернулся и пополз в сторону растущей у ивняка наперстянки, неторопливо перебирая по кочкам шестью тонкими лохматыми лапками.

— Видишь, я же говорила, — прошептала Луна.

Рольф сосредоточенно прищурился. Хвостатая шамшуга, сидящая среди стеблей змеиного горца, выгнулась и тихо зашипела, но шамшуг, не обращая на неё внимания, продолжил движение в противоположную сторону.

— Всё дело в наперстянке, — добавила Луна. — А ещё, кажется, у него слабый слух. Зато обоняние хорошее.

— Но не настолько, чтобы учуять самку, — вполголоса ответил Рольф, крадясь вслед за Луной по окружности в сторону цветущих зарослей и стараясь не упускать шамшуга из виду. Заклинание, которое они успели наложить на поляну, не позволяло шамшугам выходить за её пределы и скрывало присутствие людей. Рольф, раньше встречавший этих зверьков только на картинках в «Большой Британской энциклопедии редких видов», внутренне ликовал: незаметно поймать двух шамшуг в естественную ловушку в лесу было невероятной удачей.

Самка, чуть более крупная и не такая ярко-зелёная, как самец, решительно поползла к ивовому кусту, где заросли наперстянки были самыми густыми. Её серая в пятнышках спинка мелькала в низкой траве, гладкие лапки проворно двигались по мшистым кочкам.

— Она идёт не за ним, а по короткому пути к наперстянке, — заметил Рольф. — Как будто у них там место встречи.

Стараясь не пересекать линию магического барьера, они с Луной обогнули поляну и сели на траву возле ивы.

— Хорошо, что наперстянка растёт с краю, — сказала Луна, надевая увеличивающие очки, — всё будет отлично видно.

— У шамшуг брачный период как раз в июне, — Рольф достал колдокамеру. — Так что у нас есть шанс.

Они с надеждой переглянулись и сосредоточились на наблюдениях.

Первоначальной целью их совместной, шестой за лето, однодневной экспедиции было изучение мест обитания валлийских лукотрусов, но те словно вздумали играть в прятки. Полдня Рольф и Луна безрезультатно бродили в поисках нужного участка леса. Усталые и продрогшие, они как раз собирались перекусить, с горя насобирать цветов гремучего ириса и вернуться в лабораторию, как вдруг им подвернулись хвостатые шамшуги. Рольф был горд собой. Из-за небольших размеров и зелёного окраса шамшуг было не так-то просто заметить в траве, но у него был зоркий, наметанный взгляд натуралиста, не первый год изучающего диких животных в естественной среде. Заметив на кочке маленького, юркого самца, Рольф подал Луне знак не шевелиться. Она восторженно открыла рот, приметив ещё и самочку, а потом быстро достала палочку и помогла ему поставить барьер, очертив зону наблюдения. Такие чары обычно держались около получаса — достаточно, чтобы понаблюдать за зверьками, не спугнув их.

Шамшуги были редким, малоизученным видом, и их зелёный помёт помогал излечивать множество болезней. Застать их в лесу, в паре, да ещё в брачный период… Рольф надеялся, что сможет снять уникальное видео. Он включил камеру, навел её на поляну и сразу же взял крупным планом самца, радуясь, что редкая трава почти не мешает обзору.

Зверьки встретились возле зарослей лиловой наперстянки. Завидев самочку, шамшуг вдруг замер и поднял вверх свой зелёный, как у ящерицы, хвост, который был гораздо длиннее его тела. Самка приблизилась вплотную и повторила его движение. Несколько секунд зверьки стояли, как знаки вопроса, принюхиваясь друг к другу, а затем шамшуг резко дёрнул хвостом, сгибая стебли наперстянки и опуская до земли яркие соцветия. Засунув длинный носик в середину цветка, пятнистая шамшуга принялась лакомиться пыльцой, а как только её мордочка показалась снаружи, шамшуг наклонился, высунул длинный красный язык и стал её сосредоточенно облизывать. Повторив этот странный ритуал несколько раз, зверьки забавно потерлись друг о друга мордочками, а затем самочка вдруг упала на землю и стала кататься по цветам.

Стараясь не двигать камерой, Рольф бросил быстрый взгляд на улыбающуюся Луну и снова сосредоточился на шамшугах. Сквозь объектив ему было хорошо видно, как зелёновато-пятнистое тело самочки становится розовым от цветочной пыльцы.

Хорошенько извалявшись в пыльце, самочка улеглась на спину лапками кверху, а самец подошёл к ней вплотную и принюхался. Его чёрные, как бусинки, глазки ярко блестели, и на мгновение Рольфу показалось, что шамшуг смотрит прямо в камеру. Впрочем, это была всего лишь иллюзия. «Давай, родной», — мысленно подсказал ему Рольф, и зверёк высунул длинный красный язык, который тут же заскользил по животу самочки, собирая с него пыльцу. Язык двигался очень быстро, забираясь под крошечные гладкие ушки и длинные лапки шамшуги. Она закрыла глаза-бусинки и замерла, лишь изредка подрагивая всем телом.