О пользе авантюр

Глава 1

«Как теперь это доказать? Слизерин жил тысячу лет назад. Всё может быть». Слова Гермионы эхом отдавались у меня в голове даже спустя неделю, когда я пытался сделать домашнюю работу по Травологии. В полном одиночестве, несмотря на забитую по вечернему времени гостиную. Однокурсники старались обходить выбранный мной стол, благо это было несложно, так как забился я в самый угол. Хотя, казалось бы, откуда углы в круглой башне? Дела были хуже некуда: именно тогда, когда по Хогвартсу разгуливал непонятный наследник Салазара Слизерина, мне понадобилось пошипеть на весь Большой Зал. Ну не везунчик ли, а? Со всех сторон я чувствовал напряжённые взгляды, но стоило поднять глаза, как студенты настолько синхронно опускали головы, что по гостиной проносился ощутимый ветерок. Я из чувства мелкого пакостничества занял самый большой из свободных столов. Софакультетники теснились за более мелкими, несвязно ругаясь под нос, но подойти не решались. В очередной раз у кого-то что-то упало, и девичий голос прервал затянувшуюся тишину:

— Нет, я не могу так работать. Эми, подай, пожалуйста, перо. Оно возле твоей ноги. Спасибо! — одновременно с этим девочка собирала со стола свои свитки. Закончив, она решительно зашагала в мою сторону, а я наконец смог разглядеть, кто это у нас самая смелая. Выяснилось, что третьекурсница Кэти Белл, охотница команды по квиддичу.

— Гарри, шрам не треснет целый стол занимать? — выкладывая на стол учебные принадлежности, поинтересовалась Кэти. По её решительному лицу было понятно, что вне зависимости от моего ответа уходить она не собирается. Подвинув стул ближе, Кэти уселась, с удовольствием разводя руки в стороны. Я молча улыбнулся, придвигая свою чернильницу, чтобы освободить ей место. Тишина вновь накрыла гостиную, только теперь часть взглядов была устремлена на Кэти. Добрые однокурсники уже мысленно её окаменили и теперь думали, чем из её вещей можно будет пользоваться, покуда их хозяйка будет лежать статуей в Больничном Крыле. Кэти поминутно передёргивала плечами, чувствуя столь пристальное внимание к себе, но терпела — сказывались игры в квиддич. Я же старательно делал домашнее задание, пряча улыбку, и ждал.

— Гарри, ты же Травологию делаешь? Дай, пожалуйста, учебник, мне кое-что проверить надо, — Кэти требовательно на меня посмотрела. Я молча покосился на её «Пособие по Практическим Чарам» за третий курс, но требуемую книжку передал.

— Спасибо, — она явно наугад открыла учебник и попыталась сделать вид, что читает, сверяясь со своими записями.

— Не за что. Кэти, а ты не боишься сидеть за одним столом с «Ужасным Наследником Салазара Слизерина»? — я постарался максимально похоже повторить интонацию страха, с которым это произносилось, с обидой покосившись на сидящих в гостиной студентов. Именно их неверие и страх задевали меня больше всего.

— Извини, Гарри, но не тянешь ты как-то на Наследника, — она чуть побледнела, но в глаза мне посмотрела твёрдо. — Типаж не тот, милый слишком, — на хранившем ещё бледность лице порозовевшие щёки выделились особенно ярко, и я, не удержавшись, улыбнулся, кивком поблагодарив за оказанную столь вовремя поддержку. Вернувшаяся из библиотеки Гермиона и не пойми откуда взявшийся Рон застали гостиную в значительном меньшем напряжении, чем перед уходом, и меня, весело смеявшимся вместе с Кэти. Впервые за эту неделю.

Именно поддержка Кэти, а не моих друзей, заставила меня взбодриться и перестать депрессировать на тему моего гипотетического прародителя. В том, что Рон с Гермионой всегда будут на моей стороне, я не сомневался, другое же дело — посторонний, в принципе, человек. Впрочем, посторонней Кэти перестала быть как-то очень незаметно, сначала подсаживаясь за наш обычно пустующий столик по вечерам, чтобы вместе сделать уроки, потом начав ходить с нами на завтраки и обеды, где мы стали разговаривать на более отвлечённые темы. Каждый из нас нашёл в ней что-то близкое для себя. Рон до хрипоты спорил с Кэти о квиддиче, Гермиона, поначалу странно на неё косившаяся, вскоре увлечённо обсуждала с ней программу третьего и, кажется, даже четвёртого курса. Мне же просто было приятно общаться с человеком, имеющим столь разносторонние вкусы и предпочитающего думать своей головой. Особенно когда этот человек был ещё и очень симпатичным, в чём я мог признаться только себе и только ночью, так как при подобных мыслях щёки начинали гореть. К тому же, вопреки ожиданиям Рона и к вящему удовольствию Гермионы, Кэти не давала нам списывать, хотя конспекты за прошлый год у неё определённо остались. Но мне было как-то стыдно просить её помощи, и я налегал на учёбу, чему обе мои подруги были только рады.

Мы много разговаривали даже на тренировках, что привело к достаточно курьёзному случаю, заставившему меня сравниться цветом с собственной спортивной мантией. После двух с половиной часов полётов и фигур высшего пилотажа мы всей командой возвращались в раздевалку.