Фандом: Гарри Поттер. «Я почему вредный был? Потому что у меня велосипеда не было!»© Но это история совсем не про вредного почтальона и даже не про велосипед.
Добавить в моё избранное
7 мин, 17 сек 13467
— Вот вырастешь и будешь делать все, что захочешь, — ругала мама маленького Северуса. — А до тех пор не может быть и речи!
Мама была непреклонна, уговоры и слезы на нее не действовали. Северус, конечно, не привык канючить, но тут дело такое.
«Скорее бы уже вырасти!» — думал заплаканный мальчик, подтягивая штанишки с заплаткой на коленке. И с папой бесполезно разговаривать на эту тему, это Северус успел крепко усвоить; проще было вырасти.
— Вот поедешь в Хогвартс и будешь делать все, что захочешь, — услышал привычную формулу из маминых уст одиннадцатилетний Северус. Отец издевательски захохотал. Мальчик кинул злой взгляд в его сторону и выбежал из дома, хлопнув дверью.
— Сев, я считаю, мама права, ты же сам рассказывал про Хогвартс… Северус Снейп! Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю! — рыжеволосая девчушка топнула ножкой и попыталась нахмурить брови для пущей убедительности, но мешалась сильно отросшая челка, на которую приходилось интенсивно дуть.
«И она туда же!» — обреченно думал Северус. Девочка что-то тараторила, размахивая руками, но он ее не слушал. Кажется, первый раз в жизни он был разочарован в своей подруге. — Ты же понимаешь, что это несерьезно? — тонкие губы чопорного Люциуса Малфоя искривились в насмешливой улыбке. Северусу захотелось по-простому — по-маггловски — засветить фонарь«под глазом этого напыщенного павлина, благо уже имелся довольно впечатляющий опыт» зажигания фонарей«с гриффиндорской четверкой. С переменным успехом. Честно говоря, чаще успех был на стороне Мародеров, что несказанно бесило Северуса.»
— Вот найдешь работу — будешь делать все, что захочешь! — декан Слизерина теперь часто вспоминал эту фразу. Эйвери, пожалуй, был самым интеллигентным из этой компании еще не до конца оперившихся «упиванцев». Снейп ухмыльнулся. Он уже довольно глубоко декан и преподаватель, а воз и ныне там.
— Северус, мальчик мой, но как это отразится на образе грозного, я бы даже сказал, неприятного преподавателя? — по-отечески произнес Дамблдор. Его глаза смотрели участливо-участливо.
С директором бесполезно было спорить. Это профессор Снейп успел накрепко усвоить за столько лет, проще было выйти на пенсию. Северус стряхнул невидимую пылинку с безупречно черной мантии. Недобрый огонек вспыхнул в его глазах. Он гордо вышел из директорского кабинета, но не удержался напоследок: громко хлопнул дверью.
«И вот я наконец вырос, окончил школу, нашел работу. И? Я просто хочу завести котенка. Почему я не могу его завести? Теперь просто потому, что это не вписывается в имидж», — нерадостно размышлял Северус.
Быстрые шаги рассекали темное пространство коридоров, черные полы мантии предупреждающе колыхались при ходьбе — профессор Снейп вышел пройтись перед сном, попутно сняв пару десятков баллов с нарушителей. Сегодня он был погружен в тяжкие думы о том, почему он вынужден сидеть в четырех стенах с кучей оболтусов и не может даже завести отдушину — котенка. Треклятый Альбус был прав, а это огорчало.
Хотя бы Филчу спасибо. Невыносимая, бледная, «да хоть бы голову свою помыл уже наконец!» слизеринская летучая мышь всегда старалась подкармливать чем-нибудь вкусненьким миссис Норрис. Только она и ее песенки скрашивали ночные дежурства профессора Снейпа. Мерзкий злобный упырь искренне улыбался, когда кошачья спинка выгибалась от его поглаживаний. Миссис Норрис любила зельевара, а окружающим казалось, что она жмется к нему потому, что от него пахло специфическими зельями.
Правда, с каждым годом Северусу Снейпу становилось все больше и больше не до кошек.
Вообще-то, довольно трудно вспомнить, когда именно он появился в первый раз. Кот как кот: обычный, соседский, черный, упитанный. В дворике Снейпа ошивалось много кошек, в частности потому, что среди посадок лекарственных растений росла в том числе и кошачья мята. Но одним летним днем Джули загнала Уголька на его забор.
Джули — соседская то ли такса, то ли дворняга, вытянутое непонятно что на маленьких ножках. Уголек — тот самый черный упитанный кот. Уилсоны — семья, которая живет напротив через дорогу. Они напоминали Северусу Уизли: их было почти так же много, все огненно-рыжие — «ирландцы, наверное», — и они были довольно шумными. Это были хозяева Джули и Уголька.
Кот невозмутимо умывался на столбике, не обращая ни малейшего внимания на лай презренной собаки. Он снисходительно посмотрел в сторону этого лающего недоразумения, прислушался и с громким «плюх!» спрыгнул вниз, за другую сторону забора, вальяжно отправившись в сторону человеческого жилища.
Северусу нравилось летом держать дверь открытой. Он вешал в дверной проем прозрачную занавеску, поэтому коту не составило никакого труда проникнуть в его дом. Точнее, это было даже не проникновение: он просто пришел, пришел как к себе домой.
Снейп как раз разделывал рыбу к обеду. Случайно повернув голову, он обнаружил у себя на кухне соседского кота.
Мама была непреклонна, уговоры и слезы на нее не действовали. Северус, конечно, не привык канючить, но тут дело такое.
«Скорее бы уже вырасти!» — думал заплаканный мальчик, подтягивая штанишки с заплаткой на коленке. И с папой бесполезно разговаривать на эту тему, это Северус успел крепко усвоить; проще было вырасти.
— Вот поедешь в Хогвартс и будешь делать все, что захочешь, — услышал привычную формулу из маминых уст одиннадцатилетний Северус. Отец издевательски захохотал. Мальчик кинул злой взгляд в его сторону и выбежал из дома, хлопнув дверью.
— Сев, я считаю, мама права, ты же сам рассказывал про Хогвартс… Северус Снейп! Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю! — рыжеволосая девчушка топнула ножкой и попыталась нахмурить брови для пущей убедительности, но мешалась сильно отросшая челка, на которую приходилось интенсивно дуть.
«И она туда же!» — обреченно думал Северус. Девочка что-то тараторила, размахивая руками, но он ее не слушал. Кажется, первый раз в жизни он был разочарован в своей подруге. — Ты же понимаешь, что это несерьезно? — тонкие губы чопорного Люциуса Малфоя искривились в насмешливой улыбке. Северусу захотелось по-простому — по-маггловски — засветить фонарь«под глазом этого напыщенного павлина, благо уже имелся довольно впечатляющий опыт» зажигания фонарей«с гриффиндорской четверкой. С переменным успехом. Честно говоря, чаще успех был на стороне Мародеров, что несказанно бесило Северуса.»
— Вот найдешь работу — будешь делать все, что захочешь! — декан Слизерина теперь часто вспоминал эту фразу. Эйвери, пожалуй, был самым интеллигентным из этой компании еще не до конца оперившихся «упиванцев». Снейп ухмыльнулся. Он уже довольно глубоко декан и преподаватель, а воз и ныне там.
— Северус, мальчик мой, но как это отразится на образе грозного, я бы даже сказал, неприятного преподавателя? — по-отечески произнес Дамблдор. Его глаза смотрели участливо-участливо.
С директором бесполезно было спорить. Это профессор Снейп успел накрепко усвоить за столько лет, проще было выйти на пенсию. Северус стряхнул невидимую пылинку с безупречно черной мантии. Недобрый огонек вспыхнул в его глазах. Он гордо вышел из директорского кабинета, но не удержался напоследок: громко хлопнул дверью.
«И вот я наконец вырос, окончил школу, нашел работу. И? Я просто хочу завести котенка. Почему я не могу его завести? Теперь просто потому, что это не вписывается в имидж», — нерадостно размышлял Северус.
Быстрые шаги рассекали темное пространство коридоров, черные полы мантии предупреждающе колыхались при ходьбе — профессор Снейп вышел пройтись перед сном, попутно сняв пару десятков баллов с нарушителей. Сегодня он был погружен в тяжкие думы о том, почему он вынужден сидеть в четырех стенах с кучей оболтусов и не может даже завести отдушину — котенка. Треклятый Альбус был прав, а это огорчало.
Хотя бы Филчу спасибо. Невыносимая, бледная, «да хоть бы голову свою помыл уже наконец!» слизеринская летучая мышь всегда старалась подкармливать чем-нибудь вкусненьким миссис Норрис. Только она и ее песенки скрашивали ночные дежурства профессора Снейпа. Мерзкий злобный упырь искренне улыбался, когда кошачья спинка выгибалась от его поглаживаний. Миссис Норрис любила зельевара, а окружающим казалось, что она жмется к нему потому, что от него пахло специфическими зельями.
Правда, с каждым годом Северусу Снейпу становилось все больше и больше не до кошек.
Вообще-то, довольно трудно вспомнить, когда именно он появился в первый раз. Кот как кот: обычный, соседский, черный, упитанный. В дворике Снейпа ошивалось много кошек, в частности потому, что среди посадок лекарственных растений росла в том числе и кошачья мята. Но одним летним днем Джули загнала Уголька на его забор.
Джули — соседская то ли такса, то ли дворняга, вытянутое непонятно что на маленьких ножках. Уголек — тот самый черный упитанный кот. Уилсоны — семья, которая живет напротив через дорогу. Они напоминали Северусу Уизли: их было почти так же много, все огненно-рыжие — «ирландцы, наверное», — и они были довольно шумными. Это были хозяева Джули и Уголька.
Кот невозмутимо умывался на столбике, не обращая ни малейшего внимания на лай презренной собаки. Он снисходительно посмотрел в сторону этого лающего недоразумения, прислушался и с громким «плюх!» спрыгнул вниз, за другую сторону забора, вальяжно отправившись в сторону человеческого жилища.
Северусу нравилось летом держать дверь открытой. Он вешал в дверной проем прозрачную занавеску, поэтому коту не составило никакого труда проникнуть в его дом. Точнее, это было даже не проникновение: он просто пришел, пришел как к себе домой.
Снейп как раз разделывал рыбу к обеду. Случайно повернув голову, он обнаружил у себя на кухне соседского кота.
Страница 1 из 3
