Фандом: Гарри Поттер. Гарри нашел здоровое применение своей вечной тяге к спасению людей в виде маленького покалеченного мальчика. Но это изменение в жизни всколыхнуло в его памяти воспоминания о бывшем учителе. Воспоминания, которые никак не оставляли его мысли. Фик является своего рода сиквелом к «Dudley's Memories». Сюжетно они имеют мало общего, но первую часть рекомендуется прочесть для лучшего понимания происходящего.
Добавить в моё избранное
305 мин, 4 сек 6656
и я… что случилось?
— Просто твоя магия испугалась, — успокоил его Гарри. — С Лили ничего плохого не произошло. Она даже не испугалась.
— Я не серьезно… насчет того, что сказал, — мальчик снова заплакал. — Теперь она меня возненавидит.
Гарри притянул плачущего мальчика к себе.
— Она знает, что ты говорил не серьезно. Все хорошо, завтра ты сможешь перед ней извиниться. Она знает, что ты грустишь из-за своей мамы.
Мальчик проплакал, пока наконец его не сморил сон.
Некоторое время спустя в комнату зашла Джинни, чтобы проведать их.
— Думаю, что останусь здесь, — шепнул Гарри. Тим свернулся клубочком рядом с ним, опустив голову ему на бедро и вцепившись рукой в его рубашку. Пошевелившись, Гарри бы наверняка разбудил его.
Джинни улыбнулась, завидев необычную картину. Она наклонилась, чтобы поцеловать Гарри и погладить прямые светлые волосы Тима. Заметив синяк на лбу ребенка, она достала свою волшебную палочку и произнесла исцеляющее заклинание.
Еще раз поцеловав Гарри, она шепнула:
— Спокойной ночи, любимый. Зови меня, если тебе что-то понадобится.
Гарри снял очки и положил их на прикроватный столик, приготовившись провести здесь ночь.
Еще один сон.
Гарри моргнул. Он сидел, прислонившись спиной к изголовью кровати, в старой комнате Сириуса. Комнате, в которой теперь спали Гарри и Джинни, в той самой комнате, где он спал всегда с тех самых пор, как они с Роном и Гермионой прятались в этом доме от Волдеморта.
Но эта комната принадлежала Сириусу, а не Гарри с Джинни. На стенах висели старые плакаты. А у стены стоял старый письменный стол, на котором рылся Снейп. Комната выглядела точно так же, как в те дни, когда Гарри, Рон и Гермиона использовали этот дома в качестве убежища.
Очевидно, Снейп нашел то, что искал. Он присел на край кровати, держа в руках фотографию. Гарри видел его лишь в профиль, но даже этого ему хватило, чтобы понять, что вид у Снейпа был кошмарный.
Он снова выглядел моложе, где-то лет на двадцать пять. Из-за его расстроенного вида сложно было сказать точнее. Но явно не старше тридцати. Он был моложе Гарри на много лет, но его лицо было искажено болью, а из глаз текли слезы. Но сам Снейп этого, похоже, не замечал.
— Снова пришел? — недоуменно спросил Гарри. Почему, во имя всего святого, они были здесь? — Выглядите ужасно, профессор, — ляпнул он.
— Да ты сам сегодня в зеркало смотрелся, Поттер? — холодно огрызнулся молодой человек. — Я задал тебе вопрос. Когда они отправили тебя назад. Это было наказанием или наградой?
— Когда кто, откуда и куда меня отправил? — спросил все еще сбитый с толку Гарри.
— Когда та неведомая сила отправила тебя назад из Смерти, — Снейп утер глаза тыльной стороной руки и смерил Гарри сердитым взглядом, словно подзуживая спросить, что стало причиной его слез.
— Я… никто не посылал меня обратно… Я… сам захотел вернуться назад… У меня остались незаконченные дела, — заикаясь ответил Гарри.
Снейп оскалился.
— Ну, конечно, в твоем случае все не могло не быть по-другому, Поттер. Конечно же, именно ты мог решать возвращаться ли тебе, — с горечью произнес он. — У всех есть незаконченные дела. У Лили были… — предложение так и осталось незаконченным, когда Снейп замолчал, издав звук, подозрительно похожий на всхлип. Он отвернулся, пытаясь совладать с собой.
— У меня бывали сны, где это случилось, — тихо сказал Гарри, вспомнив странные сновидения, посещавшие его после войны. — Порой моя мама растила меня одна. Порой мой папа умирал, и ты женился на моей маме. Порой ты был моим отцом. Фиби говорила, что это были своего рода сны о сбывшихся желаниях. Даже кошмары. — Гарри замолчал, задумавшись. — Наверное, мне бы было легче, если бы Дурсли не были частью уравнения.
— Неужели они настолько навредили тебе, Поттер? — тихо спросил Снейп. — Неужели детство с этими магглами так сильно травмировало тебя? — он обернулся и встретился с Гарри взглядом. Глаза Снейпа казались непонятным образом глубже, чем помнилось Гарри.
Гарри уставился в его лицо, пытаясь отыскать признаки насмешки. Но выражение на лице Снейпа было сдержанным, а глаза — серьёзными. И сколько бы Гарри ни искал в них сарказма, его там не нашлось.
— Да. Навредили, — честно ответил Гарри. — Ты ведь и сам это знаешь, — сказал он с чуть большим пылом.
Выражение на лице Снейпа не изменилось, и он ничего не ответил. И Гарри продолжил:
— За эти годы я не раз думал и о том проклятом пророчестве. Порой я спрашиваю себя, не означало ли «Отметит как равного», что меня обрекли на подобное детство. Как думаешь, знал ли Дамблдор? О том, что он сделал?
— Просто твоя магия испугалась, — успокоил его Гарри. — С Лили ничего плохого не произошло. Она даже не испугалась.
— Я не серьезно… насчет того, что сказал, — мальчик снова заплакал. — Теперь она меня возненавидит.
Гарри притянул плачущего мальчика к себе.
— Она знает, что ты говорил не серьезно. Все хорошо, завтра ты сможешь перед ней извиниться. Она знает, что ты грустишь из-за своей мамы.
Мальчик проплакал, пока наконец его не сморил сон.
Некоторое время спустя в комнату зашла Джинни, чтобы проведать их.
— Думаю, что останусь здесь, — шепнул Гарри. Тим свернулся клубочком рядом с ним, опустив голову ему на бедро и вцепившись рукой в его рубашку. Пошевелившись, Гарри бы наверняка разбудил его.
Джинни улыбнулась, завидев необычную картину. Она наклонилась, чтобы поцеловать Гарри и погладить прямые светлые волосы Тима. Заметив синяк на лбу ребенка, она достала свою волшебную палочку и произнесла исцеляющее заклинание.
Еще раз поцеловав Гарри, она шепнула:
— Спокойной ночи, любимый. Зови меня, если тебе что-то понадобится.
Гарри снял очки и положил их на прикроватный столик, приготовившись провести здесь ночь.
Глава 17
— Скажите, мистер Поттер, когда они отправили вас обратно, это было наградой или наказанием? — раздался отстраненный и надломленный голос Снейпа.Еще один сон.
Гарри моргнул. Он сидел, прислонившись спиной к изголовью кровати, в старой комнате Сириуса. Комнате, в которой теперь спали Гарри и Джинни, в той самой комнате, где он спал всегда с тех самых пор, как они с Роном и Гермионой прятались в этом доме от Волдеморта.
Но эта комната принадлежала Сириусу, а не Гарри с Джинни. На стенах висели старые плакаты. А у стены стоял старый письменный стол, на котором рылся Снейп. Комната выглядела точно так же, как в те дни, когда Гарри, Рон и Гермиона использовали этот дома в качестве убежища.
Очевидно, Снейп нашел то, что искал. Он присел на край кровати, держа в руках фотографию. Гарри видел его лишь в профиль, но даже этого ему хватило, чтобы понять, что вид у Снейпа был кошмарный.
Он снова выглядел моложе, где-то лет на двадцать пять. Из-за его расстроенного вида сложно было сказать точнее. Но явно не старше тридцати. Он был моложе Гарри на много лет, но его лицо было искажено болью, а из глаз текли слезы. Но сам Снейп этого, похоже, не замечал.
— Снова пришел? — недоуменно спросил Гарри. Почему, во имя всего святого, они были здесь? — Выглядите ужасно, профессор, — ляпнул он.
— Да ты сам сегодня в зеркало смотрелся, Поттер? — холодно огрызнулся молодой человек. — Я задал тебе вопрос. Когда они отправили тебя назад. Это было наказанием или наградой?
— Когда кто, откуда и куда меня отправил? — спросил все еще сбитый с толку Гарри.
— Когда та неведомая сила отправила тебя назад из Смерти, — Снейп утер глаза тыльной стороной руки и смерил Гарри сердитым взглядом, словно подзуживая спросить, что стало причиной его слез.
— Я… никто не посылал меня обратно… Я… сам захотел вернуться назад… У меня остались незаконченные дела, — заикаясь ответил Гарри.
Снейп оскалился.
— Ну, конечно, в твоем случае все не могло не быть по-другому, Поттер. Конечно же, именно ты мог решать возвращаться ли тебе, — с горечью произнес он. — У всех есть незаконченные дела. У Лили были… — предложение так и осталось незаконченным, когда Снейп замолчал, издав звук, подозрительно похожий на всхлип. Он отвернулся, пытаясь совладать с собой.
— У меня бывали сны, где это случилось, — тихо сказал Гарри, вспомнив странные сновидения, посещавшие его после войны. — Порой моя мама растила меня одна. Порой мой папа умирал, и ты женился на моей маме. Порой ты был моим отцом. Фиби говорила, что это были своего рода сны о сбывшихся желаниях. Даже кошмары. — Гарри замолчал, задумавшись. — Наверное, мне бы было легче, если бы Дурсли не были частью уравнения.
— Неужели они настолько навредили тебе, Поттер? — тихо спросил Снейп. — Неужели детство с этими магглами так сильно травмировало тебя? — он обернулся и встретился с Гарри взглядом. Глаза Снейпа казались непонятным образом глубже, чем помнилось Гарри.
Гарри уставился в его лицо, пытаясь отыскать признаки насмешки. Но выражение на лице Снейпа было сдержанным, а глаза — серьёзными. И сколько бы Гарри ни искал в них сарказма, его там не нашлось.
— Да. Навредили, — честно ответил Гарри. — Ты ведь и сам это знаешь, — сказал он с чуть большим пылом.
Выражение на лице Снейпа не изменилось, и он ничего не ответил. И Гарри продолжил:
— За эти годы я не раз думал и о том проклятом пророчестве. Порой я спрашиваю себя, не означало ли «Отметит как равного», что меня обрекли на подобное детство. Как думаешь, знал ли Дамблдор? О том, что он сделал?
Страница 38 из 86
