Snape's Memories

Есть много вещей, которые я бы хотел с тобой обсудить, но это…

— Неловко, — подсказал Гарри.

Дадли кивнул, теперь уже облегченно улыбнувшись.

— Да. Как думаешь, мы могли бы устраивать совместные сеансы… время от времени? — Дадли покраснел. — Я просто даже не уверен, с чего нам стоит начать. Понимаешь?

Гарри понимал.

— Думаю, я смогу уговорить Фиби на это. Она маглорожденная. Училась в американском университете во время войны. Я у нее спрошу в следующую нашу встречу.

— Спасибо, — сказал Дадли. — О, и еще кое-что. — Дадли взял папку с кухонной столешницы. — После того, как папа умер, а у мамы обнаружили рак, мне пришлось помогать ей с финансами. Она, как оказалось, была очень хорошо обеспечена.

Гарри знал, что Дурсли были состоятельны, хотя и постоянно жаловались, какой обузой для них был Гарри.

Дадли протянул ему папку с очень пристыженным видом.

— Как оказалось, причиной тому во многом был ты. Они получали тысячу фунтов ежемесячно с какого-то счета под названием «Трастовый фонд Поттеров».

Гарри вздохнул. Не то чтобы он и сам до этого не догадывался, хотя тысяча фунтов была гораздо большей суммой, чем он представлял себе.

— Ну, они многое потратили, — продолжил Дадли. — Но им хватило… я даже не знаю… откровенной наглости, чтобы положить половину от этой суммы на трастовый фонд для меня, — он покачал головой.

Гарри открыл папку. Там содержались данные, уходящие корнями в девяностые.

— Я так и не отыскал в себе сил воспользоваться этими деньгами, — продолжил Дадли. — Да и не чтобы мне это было нужно. Когда мама умерла, мне выплатили большие суммы по страховке… так что… они просто лежали на счету.

До Гарри наконец дошло, что пытался сделать Дадли.

— Мне это не нужно, — быстро сказал он. — Правда, все нормально.

— Я вижу, что тебе это не нужно, но я не могу использовать эти деньги, — ответил Дадли. — Просто чувствую, что они предназначены для чего-то иного.

Гарри с минуту молчал, пытаясь понять, о какой сумме галлеонов шла речь. Он остановился на отметке «много». В его голову пришла интересная идея.

— А знаешь, — тихо сказал он, — многие бедные студенты пользуются фондами Хогвартса, чтобы купить себе форму и необходимые вещи, но, конечно, денег там всегда не хватает. Возможно, нам стоит отдать эти деньги под стипендии?

Дадли усмехнулся.

— А можно мы назовем это «Стипендией Вернона и Петунии Дурслей для юных волшебников»?

Глава 21

Гарри опустился на стул с подлокотниками в своем кабинете, осматривая свою раненную руку со смесью раздражения и досады. Час был поздний, но Джинни настояла, чтобы они позвали кого-нибудь на помощь. Ясно было, что ни одно из известных ей целительских заклинаний тут помочь не могло. Джинни беспокоилась настолько, что вместо того, чтобы послать сову, она отправила с посланием патронуса. После этого она ушла укладывать детей, заверив тех, что с Гарри не случилось ничего, что нельзя было поправить.

Гарри подумывал о том, чтобы отправиться в Мунго, но, если забыть о вопросах безопасности и нежелании объяснять, чем он занимался, ему просто было стыдно из-за случившегося.

— Проклятая штуковина, — мрачно буркнул он. Обезболивающее, которое дала ему Джинни, к счастью, немного притупило боль.

Передняя дверь открылась и закрылась. Кто-то тихо заговорил с Кричером. Гарри вдруг понял, что не знает, за кем именно послала Джинни.

Гарри услышал на лестнице шаги, и в дверь его кабинета кто-то тихо постучал.

— Войдите, — процедил он.

Дверь медленно отворилась, и в проеме показалось обеспокоенное лицо Луны Лавгуд.

— Гарри? — медленно сказала она. — Джинни мне сказал, что у тебя произошел несчастный случай с волшебной палочкой?

Выглядела она так, словно прибежала к ним прямиком из своей мастерской. Вместо мантии на ней были джинсы и старая растянутая футболка «Странных сестричек», а на ее бедрах висел кожаный фартук с карманами, из которых торчали инструменты. Ее серебристые волосы были забраны в конский хвост на макушке.

Вместо ответа он поднял свою покрытую волдырями руку, стиснув зубы от все еще довольно ощутимой боли. Рука слишком опухла, и он не мог сжать пальцы, а кожа ладони, казалось, покрылась белыми и серыми влажными нарывами.

Светлые брови Луны взлетели вверх.

— О, Мерлин. Это твоя палочка сделала? Она взорвалась? — она зашла в кабинет, осторожно шагая между свитков пергаментов и стопок книг, разбросанных по комнате.

Гарри покачал головой.

— Нет, это была не моя палочка, — ответил он. — Профессора Снейпа. Проклятая штуковина была зачарована.

Луна, как и обычно, усваивала информацию рывками. В мгновение ока она опустилась на колени перед ним и, взяв его за запястье, внимательно осмотрела его ладонь.