Snape's Memories

— Сиди тут, — сказал она, опуская рядом стопку книг. — Не возражаешь, если я устрою Тима тут с тобой? — тихо спросила она. — Он тоже должен отдыхать, но совсем не хочет оставаться один.

— Не могу его в этом винить, — Гарри гадал, сколько же пройдет времени до тех пор, когда Тим сможет оставаться один. Хотя это не имело значения. — Приводи его сюда, мы составим компанию друг другу.

Молли улыбнулась, а затем окинула диван критичным взглядом и расширила его настолько, чтобы на нем с легкостью уместился и Гарри, и Тим. После этого она призвала еще несколько подушек и одеял.

— Я делала так раньше, когда мальчики болели, — сказала она. — Усаживала их в гостиной, чтобы наблюдать за ними. Если б я предоставила их самим себе, они бы перевернули весь вверх дном в ту же самую минуту, как почувствовали бы себя лучше.

Она тщательно подоткнула одеяло вокруг Гарри.

— Тим, милый, — крикнула она вниз по лестнице. — Может быть, ты поднимешься посидеть вместе с Гарри? Тебе тоже нужно отдыхать.

Устроив мальчика, Молли сказала:

— Так, если вам что-то понадобиться, просто дайте мне знать. Я только что отправила Кричера кое за чем.

— Спасибо, Молли, — благодарно сказал Гарри, удивившись тому, как сильно он устал, просто лишь спустившись и поднявшись по лестнице. Целители предупреждали, что потребуется пара недель, чтобы к нему вернулись силы. Вырастить заново легкое это вам не кости срастить. Ему строго-настрого наказали оставаться в кровати в течение двух дней, пока к ним не зайдет целитель, чтобы провести осмотр. Ему и правда не стоило уходить дальше ванной, располагавшейся в паре шагов от кровати.

Спустя минуту он откинулся на подушку, лениво наблюдая за тем, как рисует Тим, пока мальчик не почувствовал его взгляд и не посмотрел на него.

— Мистер Поттер? — спросил он.

Гарри про себя вздохнул, они снова вернулись к «мистеру Поттеру», хотя он надеялся, что скоро это изменится.

— Ничего. Просто интересно стало, что ты там рисуешь.

Тим зарделся, отчего больше обычного стал походить на ангелочка. Гарри внезапно понял, что за ту неделю, что он толком не видела ребенка, мальчик успел набрать вес. Ему приятно было это видеть.

— Если ты не хочешь мне показывать, то я пойму, — Гарри и сам крайне неохотно показывал взрослым свои творения. Если учителям что-то нравилось и они хвалили его в присутствии Дурслей, тетя Петуния потом отчитывала его за «показушничество». Ему хватало ума, чтобы не показывать своей «семье» что-то, чем он гордился. Одним из его самых неприятных воспоминаний был случай, когда в последнем классе начальной школы его учительница отправила написанную им историю домой. К ней она приложила записку, в которой написала Дурслям, как сильно ей понравилось учить Гарри и похвалила его за«творческую натуру». Это был один из тех случаев, мнение о которых у Дадли и Гарри совпадали.

Тим традиционно пожал плечами.

— Я просто рисовал то, что мне снилось прошлой ночью, — тихо сказал он. Чуть подумав, он повернул рисунок к нему. Гарри с радостью отметил, что в небе на рисунке весело светило солнце. Желтый шар висел высоко в голубом небе, и лицо у него было улыбающимся.

На земле стояли три фигуры. Одна была большой, улыбающейся, с черными волосами, зелеными глазами и очками, а другая поменьше, волосы у нее были светлыми, а глаза голубыми. А рядом с ними возвышалась черная фигура, охватывавшая огромными черными крыльями фигуру, как догадывался Гарри, Тима. Гарри рад был, что у этого создания было лицо, а иначе его можно было бы принять за дементора. Создание улыбалось доброй улыбкой, но было совершенно черным.

— Расскажешь мне о своем рисунке? — таков был его стандартный вопрос с тех самых пор, как Ал расстроился из-за его невинного вопроса о том, что же было изображено на его рисунке.

Тим показал пальцем.

— Это я.

Гарри серьезно кивнул.

— Это вы, — Тим посмотрел на него, чтобы проверить, следил ли Гарри за его рассказом. — А это мой ангел, — указал он на черную фигуру. — У него черные крылья и одежда, потому что он должен быть суровым. Он заботится обо мне, когда все плохо и больше некому этого сделать.

Гарри кивнул. Не было ничего удивительного в том, что мальчик создал для себя защитника. И у Лили, и у Альбуса были воображаемые друзья, хотя у них для этого причин особо не было.

— И что же мы делаем?

— Мы просто проводим время вместе.

— И я тоже с вами? — улыбаясь, спросил Гарри.

Мальчик застенчиво улыбнулся, но все же кивнул.

Еще немного повосхищавшись рисунком, Тим отложил его в сторону и принялся рисовать другую картинку.

Гарри про себя пожалел, что ребенок не взялся за вязанье. Было бы куда проще разговорить Тима на другие вопросы, вертевшиеся в голове у Гарри, если бы ему не нужно было смотреть мальчику в глаза.