Фандом: Гарри Поттер… Ничто не вечно под Луной… Ни жизнь, ни смерть. Ни Свет, ни Тьма. Ни Любовь, ни Ненависть. Они случайно полюбили. Они не должны были любить, но любили. Они не должны быть вместе, но были… Он — учитель. Она — ученица. Его не любил никто и никогда, потому что он — изгой. Ее не любил никто и никогда, потому что она — изгой. Два таких непохожих сердца встретились. И, казалось бы, все должно встать на свои места. Но…
Добавить в моё избранное
127 мин, 46 сек 11927
«Сейчас два урока Защиты От Темных Искусств подряд. С Гриффиндором. Гермиона… Грейнджер, то есть! Будет со мной сидеть за одной партой… О, ужас! О, сладостная мука! СТОП! ЧТО это Я такое говорю?! Уж не заболел ли?!». Драко подошел к письменному столу и извлек из одного из ящиков термометр. Померил температуру. «36,6. Странно… А почему тогда голова в жару, ноги не держат, сердце стучится где-то в висках? Что такое происходит со мной?». Навязчивый внутренний голос услужливо подсказывал причину этих недомоганий, а Драко не хотел его слушать, а тем более не хотел об этом думать, но… Слушал и думал об этом! Уже не первый день! Не первую неделю!
Гарри Поттер ходил по гостиной Гриффиндора из угла в угол. На часах — шесть утра. Не получив ответа на свое письмо с извинениями, гриффиндорец решил подкараулить Гермиону Грейнджер и поговорить с ней лично. Шесть тридцать. Семь. Семь тридцать. Семь сорок пять… КАК ДОЛГО ТЯНЕТСЯ ВРЕМЯ! Гарри в изнеможении опустился в кресло у камина. Восемь. Вдруг наверху скрипнула дверь и в гостиную спустилась Гермиона. Гарри встал ей навстречу:
— Гермиона, ты получила мое письмо?
Девушка ничего не ответила. Она прошла к камину, зажгла палочкой огонь, достала из кармана мантии лист пергамента, сложенный вдвое и повернулась к Гарри.
— Если ты об этом письме, — Гермиона улыбнулась и бросила письмо в огонь, — то я его, как видишь, получила…
Гарри смотрел, как его письмо вспыхнуло в камине. Огонь медленно пожирает пергамент… Вот свернулись темные листы. Письмо догорело…
Гермиона торжествующе посмотрела на Гарри и направилась к выходу из гостиной.
— Всего самого наилучшего, Гарри!
Гермиона вышла. Гарри остался стоять перед камином.
Позавтракав, Гермиона поднялась в кабинет Защиты От Темных Искусств. Малфой уже пришел. Гермиона села рядом с ним. Малфой осторожно повернулся к ней и неумело улыбнулся:
— Привет! — улыбка у Драко вышла какая-то не вполне нормальная… Улыбка идиота.
— Привет!
Гермиона полезла в сумку за учебником.
— Нет, не может быть! Нет!
— Что случилось? — обеспокоено поинтересовался Малфой.
— Я учебник в спальне забыла, — упавшим голосом проговорила Гермиона.
— Это ничего. У меня учебник есть.
— Я сейчас побегу за учебником! — Гермиона встала.
— Стой, — Драко непроизвольно взял ее за руку, но, смутившись, отпустил, — Сейчас звонок будет. Опоздаешь.
И действительно, прозвенел звонок.
— Ты прав. Заделишься учебником? — Гермиона улыбнулась.
— Конечно!
В класс вошел Люпин. Все утихомирились.
Профессор продиктовал тему урока:
— Сегодня мы вспомним тему «Непростительные заклятия». Итак, кто назовет три основных?
Одновременно взметнулись руки Гермионы и Малфоя.
— Да, мисс Грейнджер?
— Империус. Это заклятие позволяет получить полную управляемость того, на кого наложено.
— Да, правильно, запишите это.
Все заскрипели перьями.
— Еще? Да, мистер Малфой?
— Круциатус. Заклятие боли, — голос Драко дрогнул.
— Да. И, наконец, третье…? Да, Гарри?
— Авада Кедавра. Заклятие Смерти.
Люпин кивнул.
— А теперь откройте страницу триста сорок один. Там вы найдете статью о контр-заклинаниях. И о способах борьбы и сопротивления Непростительным Заклятиям. Прочтите и законспектируйте.
Ученики раскрыли учебники и стали листать их, а, найдя нужную страницу, принялись изучать статью. Люпин сел за стол, достал какие-то бумаги и стал их читать. Потом он осторожно обвел взглядом класс. Да, он любил этих ребят. Каждого по-своему… Взгляд Ремуса остановился на первой парте, за которой сидели Гермиона и Малфой. У них был один учебник на двоих, и они сидели так близко, что волосы их соприкасались. Солнечный свет падал на первые парты. Ремус смотрел на Гермиону, как завороженный. Солнечные лучи как будто запутались в ее каштановых волосах… Как она была красива сейчас! Как сосредоточенно смотрела в учебник, как отпихивала Малфоя, когда тот хотел перевернуть страницу. Как Малфой смотрел на нее… Влюбленными глазами. А Гермиона… Гермиона УЛЫБАЛАСЬ ЕМУ! УЛЫБАЛАСЬ МАЛФОЮ! Ремус еле сдержался, чтобы не зарычать, как зверь. Почему-то его очень задевало такое поведение Гермионы. А Малфой начал его бесить… Из-за чего бы это?
— Гарри! — позвал Рон, — Ты полпера откусил уже! Ты чего? Не завтракал что ли?
Гарри с трудом оторвал взгляд, полный ненависти от Малфоя и Гермионы.
— А? Что?
— Гарри, — серьезно начал Рон, — Что случилось?
— А ты посмотри! — Гарри кивнул на парту Малфоя и Гермионы.
Рон посмотрел.
— Гарри, ты разве не понимаешь?
— Чего я не понимаю?
— Гермиона так ведет себя… С Малфоем… Потому что хочет, чтобы ты ревновал!
Гарри Поттер ходил по гостиной Гриффиндора из угла в угол. На часах — шесть утра. Не получив ответа на свое письмо с извинениями, гриффиндорец решил подкараулить Гермиону Грейнджер и поговорить с ней лично. Шесть тридцать. Семь. Семь тридцать. Семь сорок пять… КАК ДОЛГО ТЯНЕТСЯ ВРЕМЯ! Гарри в изнеможении опустился в кресло у камина. Восемь. Вдруг наверху скрипнула дверь и в гостиную спустилась Гермиона. Гарри встал ей навстречу:
— Гермиона, ты получила мое письмо?
Девушка ничего не ответила. Она прошла к камину, зажгла палочкой огонь, достала из кармана мантии лист пергамента, сложенный вдвое и повернулась к Гарри.
— Если ты об этом письме, — Гермиона улыбнулась и бросила письмо в огонь, — то я его, как видишь, получила…
Гарри смотрел, как его письмо вспыхнуло в камине. Огонь медленно пожирает пергамент… Вот свернулись темные листы. Письмо догорело…
Гермиона торжествующе посмотрела на Гарри и направилась к выходу из гостиной.
— Всего самого наилучшего, Гарри!
Гермиона вышла. Гарри остался стоять перед камином.
Позавтракав, Гермиона поднялась в кабинет Защиты От Темных Искусств. Малфой уже пришел. Гермиона села рядом с ним. Малфой осторожно повернулся к ней и неумело улыбнулся:
— Привет! — улыбка у Драко вышла какая-то не вполне нормальная… Улыбка идиота.
— Привет!
Гермиона полезла в сумку за учебником.
— Нет, не может быть! Нет!
— Что случилось? — обеспокоено поинтересовался Малфой.
— Я учебник в спальне забыла, — упавшим голосом проговорила Гермиона.
— Это ничего. У меня учебник есть.
— Я сейчас побегу за учебником! — Гермиона встала.
— Стой, — Драко непроизвольно взял ее за руку, но, смутившись, отпустил, — Сейчас звонок будет. Опоздаешь.
И действительно, прозвенел звонок.
— Ты прав. Заделишься учебником? — Гермиона улыбнулась.
— Конечно!
В класс вошел Люпин. Все утихомирились.
Профессор продиктовал тему урока:
— Сегодня мы вспомним тему «Непростительные заклятия». Итак, кто назовет три основных?
Одновременно взметнулись руки Гермионы и Малфоя.
— Да, мисс Грейнджер?
— Империус. Это заклятие позволяет получить полную управляемость того, на кого наложено.
— Да, правильно, запишите это.
Все заскрипели перьями.
— Еще? Да, мистер Малфой?
— Круциатус. Заклятие боли, — голос Драко дрогнул.
— Да. И, наконец, третье…? Да, Гарри?
— Авада Кедавра. Заклятие Смерти.
Люпин кивнул.
— А теперь откройте страницу триста сорок один. Там вы найдете статью о контр-заклинаниях. И о способах борьбы и сопротивления Непростительным Заклятиям. Прочтите и законспектируйте.
Ученики раскрыли учебники и стали листать их, а, найдя нужную страницу, принялись изучать статью. Люпин сел за стол, достал какие-то бумаги и стал их читать. Потом он осторожно обвел взглядом класс. Да, он любил этих ребят. Каждого по-своему… Взгляд Ремуса остановился на первой парте, за которой сидели Гермиона и Малфой. У них был один учебник на двоих, и они сидели так близко, что волосы их соприкасались. Солнечный свет падал на первые парты. Ремус смотрел на Гермиону, как завороженный. Солнечные лучи как будто запутались в ее каштановых волосах… Как она была красива сейчас! Как сосредоточенно смотрела в учебник, как отпихивала Малфоя, когда тот хотел перевернуть страницу. Как Малфой смотрел на нее… Влюбленными глазами. А Гермиона… Гермиона УЛЫБАЛАСЬ ЕМУ! УЛЫБАЛАСЬ МАЛФОЮ! Ремус еле сдержался, чтобы не зарычать, как зверь. Почему-то его очень задевало такое поведение Гермионы. А Малфой начал его бесить… Из-за чего бы это?
— Гарри! — позвал Рон, — Ты полпера откусил уже! Ты чего? Не завтракал что ли?
Гарри с трудом оторвал взгляд, полный ненависти от Малфоя и Гермионы.
— А? Что?
— Гарри, — серьезно начал Рон, — Что случилось?
— А ты посмотри! — Гарри кивнул на парту Малфоя и Гермионы.
Рон посмотрел.
— Гарри, ты разве не понимаешь?
— Чего я не понимаю?
— Гермиона так ведет себя… С Малфоем… Потому что хочет, чтобы ты ревновал!
Страница 10 из 38
