Фандом: Гарри Поттер… Ничто не вечно под Луной… Ни жизнь, ни смерть. Ни Свет, ни Тьма. Ни Любовь, ни Ненависть. Они случайно полюбили. Они не должны были любить, но любили. Они не должны быть вместе, но были… Он — учитель. Она — ученица. Его не любил никто и никогда, потому что он — изгой. Ее не любил никто и никогда, потому что она — изгой. Два таких непохожих сердца встретились. И, казалось бы, все должно встать на свои места. Но…
Добавить в моё избранное
127 мин, 46 сек 11950
Гарри готов убить Малфоя! А почему? Неужели он влюблен в Гермиону?! Ха! Бермудский Треугольник получается… Точнее даже Любовный Бермудский Треугольник»…
Северус Снейп сидел в своем кабинете и думал. Нет, не о Гермионе Грейнджер, а о Драко Малфое. Он видел, что они сидят вместе, болтают непринужденно, что вообще не поддается здравому осмыслению. Вроде, они всегда врагами были.
«Не может же быть, чтобы он встречался с Грейнджер! С этой грязнокровкой?! Неужели он к ней бегал вчера?! Надо немедленно написать его отцу. А то этот мальчишка еще не то сотворит»…
Мастер зелий встал из-за стола.
— Я отойду. Чтоб в классе была тишина. Хоть один звук… Ответственные за дисциплину: у Слизерина — Драко Малфой, у Гриффиндора — Поттер.
Снейп, как всегда, эффектно взмахнул мантией и вышел, громко хлопнув дверью.
В классе начался шепот.
Два голоса одновременно крикнули:
— ТИХО!
Все замолчали и взглянули на крикнувших. Гарри Поттер и Драко Малфой. Они прожигали друг друга взглядами. Если бы взглядом можно было убить, на месте Драко Малфоя и Гарри Поттера были бы уже две кучки пепла.
Он был неведом мне.
До этого дня.
Понимаю, глупо,
Но я боюсь тебя!
Боюсь твоих глаз,
Боюсь твоего голоса,
Боюсь твоих рук,
Твоих поцелуев…
Я любви твоей боюсь!
Наконец-то кончились уроки! Впереди — выходные, поездка в Хогсмид. Драко подошел к Гермионе после ужина:
— Идем в воскресенье в Хогсмид?
— Конечно. У меня тут есть пара идей насчет подарков к Рождеству… — она хитро улыбнулась.
— У меня тоже…
Драко проводил Гермиону до спальни, попрощался с ней и пошел в подземелья.
Наступило воскресенье. День поездки в Хогсмид. Учащиеся наскоро поели и выстроились в очередь к дверям на улицу. Филч проверял разрешения. Гермиона и Драко тоже встали в очередь. Вдруг за их спинами раздалось покашливание.
Драко с Гермионой одновременно обернулись. Драко как всегда попытался начать перепалку:
— О, Уизли, Поттер! Моей радости нет предела! Вы тоже тащитесь в Хогсмид! — Малфой смерил их убийственным взглядом.
— Малфой, не твое дело, куда и когда мы идем! — отрезал Гарри.
Гермиона фыркнула.
Очередь медленно, но верно ползла вперед.
Студенты, прошедшие проверку разрешений у Филча, садились у ворот замка в безлошадные кареты, которые отвозили их всегда в Хогсмид.
Так вышло, что Гермиона, Драко, Гарри и Рон одновременно подошли к карете. Гермиона вошла внутрь. Драко — за ней. Гарри с Роном отчаянно переглянулись. Это была последняя карета.
— Уизли, ты настолько туп, что не можешь сообразить, что это последняя карета и к моему неудовольствию, вам придется ехать с нами? Или вы собираетесь идти пешком? Что ж, приятной вам прогулки! — Драко стал закрывать дверь кареты.
Гарри схватился за ручку двери:
— Рон, у нас нет другого выхода! Малфой, да отпусти ты ручку!
— Как скажешь!
Гарри потерял равновесие и повалился в сугроб.
— МАЛФОЙ! — прорычал Рон.
— ВСЕ! ХВАТИТ ПРЕПИРАТЬСЯ! РОН, ЗАЛЕЗАЙ! — воззвал к другу Гарри.
— Я не сяду с Малфоем в одну карету!
— Хватит капризничать!
Рон, подталкиваемый Гарри, с кряхтеньем забрался на подножку. Сев напротив Гермионы и Драко, Гарри с Роном стали «увлеченно» смотреть в окно. Карета тронулась. До самого Хогсмида в карете воцарилась гробовая тишина.
В Хогсмиде Гарри и Рон как можно быстрее убрались подальше от ненавистной парочки. Драко с Герми, улыбаясь и смеясь, пошли по главной улице деревни. Драко предложил своей девушке зайти в кофейню. Гермиона согласилась.
Драко уверенно шел по узеньким улочкам, пока не остановился перед деревянной дверью, под сверкающей табличкой «Южная Ночь». Когда они вошли внутрь, у Гермионы дух захватило от восхищения. Как здесь было красиво! Потолок был заколдован так, что выглядел, как иссиня-черное небо, усыпанное звездами. На полу были мягкие ковры с длинным ворсом, стены украшали живые картины, на которых были изображены горные и лесные пейзажи. Пахло пряностями и кофе. Столики были маленькие и круглые. Каждый стоял в отдельной секции, отделенной от других перегородкой. Вокруг столиков стояли мягкие пуфы. Драко с Гермионой сели за столик. Над столиком висела картина, на которой был изображен закат в горах. По картине порхали маленькие птички и радостно чирикали, ветер нежно перебирал листья в кронах редких корявых деревьев.
Пока Гермиона разглядывала чудесную картину, перед столиком как из-под земли вырос официант в пестром восточном халате, тюбетейке и туфлях с загнутыми кверху носами.
— День добрый! Что желаете?
— Два кофе по-восточному, две порции вашего фирменного мороженого и два пирожных тирамису.
Северус Снейп сидел в своем кабинете и думал. Нет, не о Гермионе Грейнджер, а о Драко Малфое. Он видел, что они сидят вместе, болтают непринужденно, что вообще не поддается здравому осмыслению. Вроде, они всегда врагами были.
«Не может же быть, чтобы он встречался с Грейнджер! С этой грязнокровкой?! Неужели он к ней бегал вчера?! Надо немедленно написать его отцу. А то этот мальчишка еще не то сотворит»…
Мастер зелий встал из-за стола.
— Я отойду. Чтоб в классе была тишина. Хоть один звук… Ответственные за дисциплину: у Слизерина — Драко Малфой, у Гриффиндора — Поттер.
Снейп, как всегда, эффектно взмахнул мантией и вышел, громко хлопнув дверью.
В классе начался шепот.
Два голоса одновременно крикнули:
— ТИХО!
Все замолчали и взглянули на крикнувших. Гарри Поттер и Драко Малфой. Они прожигали друг друга взглядами. Если бы взглядом можно было убить, на месте Драко Малфоя и Гарри Поттера были бы уже две кучки пепла.
Глава 9. Южная Ночь
Страх…Он был неведом мне.
До этого дня.
Понимаю, глупо,
Но я боюсь тебя!
Боюсь твоих глаз,
Боюсь твоего голоса,
Боюсь твоих рук,
Твоих поцелуев…
Я любви твоей боюсь!
Наконец-то кончились уроки! Впереди — выходные, поездка в Хогсмид. Драко подошел к Гермионе после ужина:
— Идем в воскресенье в Хогсмид?
— Конечно. У меня тут есть пара идей насчет подарков к Рождеству… — она хитро улыбнулась.
— У меня тоже…
Драко проводил Гермиону до спальни, попрощался с ней и пошел в подземелья.
Наступило воскресенье. День поездки в Хогсмид. Учащиеся наскоро поели и выстроились в очередь к дверям на улицу. Филч проверял разрешения. Гермиона и Драко тоже встали в очередь. Вдруг за их спинами раздалось покашливание.
Драко с Гермионой одновременно обернулись. Драко как всегда попытался начать перепалку:
— О, Уизли, Поттер! Моей радости нет предела! Вы тоже тащитесь в Хогсмид! — Малфой смерил их убийственным взглядом.
— Малфой, не твое дело, куда и когда мы идем! — отрезал Гарри.
Гермиона фыркнула.
Очередь медленно, но верно ползла вперед.
Студенты, прошедшие проверку разрешений у Филча, садились у ворот замка в безлошадные кареты, которые отвозили их всегда в Хогсмид.
Так вышло, что Гермиона, Драко, Гарри и Рон одновременно подошли к карете. Гермиона вошла внутрь. Драко — за ней. Гарри с Роном отчаянно переглянулись. Это была последняя карета.
— Уизли, ты настолько туп, что не можешь сообразить, что это последняя карета и к моему неудовольствию, вам придется ехать с нами? Или вы собираетесь идти пешком? Что ж, приятной вам прогулки! — Драко стал закрывать дверь кареты.
Гарри схватился за ручку двери:
— Рон, у нас нет другого выхода! Малфой, да отпусти ты ручку!
— Как скажешь!
Гарри потерял равновесие и повалился в сугроб.
— МАЛФОЙ! — прорычал Рон.
— ВСЕ! ХВАТИТ ПРЕПИРАТЬСЯ! РОН, ЗАЛЕЗАЙ! — воззвал к другу Гарри.
— Я не сяду с Малфоем в одну карету!
— Хватит капризничать!
Рон, подталкиваемый Гарри, с кряхтеньем забрался на подножку. Сев напротив Гермионы и Драко, Гарри с Роном стали «увлеченно» смотреть в окно. Карета тронулась. До самого Хогсмида в карете воцарилась гробовая тишина.
В Хогсмиде Гарри и Рон как можно быстрее убрались подальше от ненавистной парочки. Драко с Герми, улыбаясь и смеясь, пошли по главной улице деревни. Драко предложил своей девушке зайти в кофейню. Гермиона согласилась.
Драко уверенно шел по узеньким улочкам, пока не остановился перед деревянной дверью, под сверкающей табличкой «Южная Ночь». Когда они вошли внутрь, у Гермионы дух захватило от восхищения. Как здесь было красиво! Потолок был заколдован так, что выглядел, как иссиня-черное небо, усыпанное звездами. На полу были мягкие ковры с длинным ворсом, стены украшали живые картины, на которых были изображены горные и лесные пейзажи. Пахло пряностями и кофе. Столики были маленькие и круглые. Каждый стоял в отдельной секции, отделенной от других перегородкой. Вокруг столиков стояли мягкие пуфы. Драко с Гермионой сели за столик. Над столиком висела картина, на которой был изображен закат в горах. По картине порхали маленькие птички и радостно чирикали, ветер нежно перебирал листья в кронах редких корявых деревьев.
Пока Гермиона разглядывала чудесную картину, перед столиком как из-под земли вырос официант в пестром восточном халате, тюбетейке и туфлях с загнутыми кверху носами.
— День добрый! Что желаете?
— Два кофе по-восточному, две порции вашего фирменного мороженого и два пирожных тирамису.
Страница 14 из 38
