Фандом: Гарри Поттер. Она не помнит, как это началось, но точно знает, что не позволит этому закончиться.
Добавить в моё избранное
12 мин, 3 сек 1949
Панси целует его, совсем не нежно прикусывая губу.
— Я не смогу, — бормочет он, отрываясь, — остаться, — и принимается вылизывать какой-то рисунок у нее на шее, одной рукой лаская грудь. Панси пытается отключить мозг, пытается снова заставить себя парить, ощущая торжество и свободу, но не может.
Не может.
Рамки вернулись.
С губ срывается стон, больше похожий на вой, но Панси только впивается ногтями в кожу Фреду, когда он проникает внутрь. Голова кружится от потока мыслей, что стучат прямо в виска, и непонятно, слышит она, или ей только кажется, нежное «Солнышко. Солнце»…
Она выбегает вместе со всеми на улицу, когда близнецы, оставляя длинные хвосты огненных фейерверков, улетают прочь. Плетется следом, словно собачка на привязи, за Дафной, которая тянет ее за руку.
— Вот идиоты! — шумно восклицает она, и Панси не понимает, уважение ли слышит в ее голосе или презрение. Может быть, и то и другое.
— Идиоты, — повторяет она, как будто соглашаясь.
— Ну же, пойдем, мы… — Дафна наконец оборачивается к ней и осекается. — Что с тобой, милая?
Панси качает головой.
У Панси в груди глубокая дыра, а там осколки, банальные осколки от сердца, — иными словами, у Панси все в порядке.
— Все в порядке, — говорит она.
— Ты очень бледная, — замечает Дафна. — Ты хорошо спала сегодня?
Сегодня?
Облизывая губы, Панси щурит глаза от очередной огненно-рыжей вспышки фейерверка в небе.
— Я не помню.
— Я не смогу, — бормочет он, отрываясь, — остаться, — и принимается вылизывать какой-то рисунок у нее на шее, одной рукой лаская грудь. Панси пытается отключить мозг, пытается снова заставить себя парить, ощущая торжество и свободу, но не может.
Не может.
Рамки вернулись.
С губ срывается стон, больше похожий на вой, но Панси только впивается ногтями в кожу Фреду, когда он проникает внутрь. Голова кружится от потока мыслей, что стучат прямо в виска, и непонятно, слышит она, или ей только кажется, нежное «Солнышко. Солнце»…
Она выбегает вместе со всеми на улицу, когда близнецы, оставляя длинные хвосты огненных фейерверков, улетают прочь. Плетется следом, словно собачка на привязи, за Дафной, которая тянет ее за руку.
— Вот идиоты! — шумно восклицает она, и Панси не понимает, уважение ли слышит в ее голосе или презрение. Может быть, и то и другое.
— Идиоты, — повторяет она, как будто соглашаясь.
— Ну же, пойдем, мы… — Дафна наконец оборачивается к ней и осекается. — Что с тобой, милая?
Панси качает головой.
У Панси в груди глубокая дыра, а там осколки, банальные осколки от сердца, — иными словами, у Панси все в порядке.
— Все в порядке, — говорит она.
— Ты очень бледная, — замечает Дафна. — Ты хорошо спала сегодня?
Сегодня?
Облизывая губы, Панси щурит глаза от очередной огненно-рыжей вспышки фейерверка в небе.
— Я не помню.
Страница 4 из 4
