Фандом: Шерлок BBC. Шерлок Холмс — на больничной койке: взрыв в гостинице не прошёл бесследно. Где-то в Лондоне прячутся снайперы, укрывающие пострадавшего Джима Мориарти. Их необходимо найти. А ещё важнее — разобраться в отношениях с одним военным хирургом, занявшим в жизни Шерлока слишком важное место.
Добавить в моё избранное
113 мин, 43 сек 9069
Наверное, поэтому Моран так прикипел к Мориарти — тот умел ценить профессионалов, умел восхищённо ахнуть в ответ на дельное предложение… по крайней мере, раньше умел. То, что Джим сотворил во время последней операции, уже за гранью добра, зла и присущего каждому человеку кретинизма.
Себастьян раздражённо дёрнул плечом. Джим очевидно помешался на этом Шерлоке. Вот ведь нашёл себе игрушку! «Он — консультирующий детектив, я — консультирующий преступник, мы обречены быть вместе, как ты не понимаешь, Себ?» Моран не понимал никак. В мире есть масса консультантов, при ООН тоже, вон, консультирующие юристы и консультирующие шпионы, так что, оргию теперь устраивать? С привлечением консультирующих порнозвёзд?«Ах, Себ, ты такой приземлённый! Ни хрена не смыслишь в искусстве, хотя сам его создаёшь. И именно поэтому — и только поэтому, Себ! — ты навсегда останешься подмастерьем, пускай и исключительно талантливым»… Дальше было ещё что-то про красоту преступлений и прочую хрень, с деньгами не связанную. Себастьян к такому не прислушивался — слишком выбешивало.
Чокнутый психолог, приставленный к полку Морана в Афганистане, принялся бы утверждать, будто тут имеет место «банальная ревность». Он вообще любую проблему сводил к сексу, Фрейд недоделанный. Ревновать? К кому — к Шерлоку Холмсу? И кого — Джима Мориарти?
Моран криво усмехнулся. Нет, он не настолько туп.
А с Джимом всё-таки надо разбегаться. Потом. Когда выяснятся реквизиты нужных банковских счетов.
Сейчас Себастьяна куда больше волновал вопрос оплаты за квартиру. Вообще, из лондонского пригорода надо валить, причём чем быстрее — тем лучше. Полиция наверняка землю носом роет. Но куда тут удерёшь, с таким довеском на спине? А главное — куда потом податься? Эта лёжка, по крайней мере, проверенная…
На кухне Анри зубоскалил, обучая Тунде разным способам собрать взрывчатку из кухонной химии. Асадулла по обыкновению молча сидел в углу, чистил пистолет, но слушал внимательно. Морана в который раз затопило чувство гордости за своих.
Эти ребята в пять минут довели бы до нервного срыва любого расиста — конечно, если бы не пристрелили его с ходу. Они неимоверно легко освоились в «цивилизованном» мире, увлечённо включившись в здешние игры — Шкодран, к примеру, уже лихо разбирался в британских политических течениях, а Тунде искренне негодовал по поводу забастовок водителей автобусов. Да, воспринимать всерьёз законы, поощряющие беззубых амёб, эти парни не станут никогда, но сейчас они с восторгом их соблюдали, и, к примеру, водителя аккуратней Огунмолы надо было ещё поискать. Они уважали местных фараонов так же охотно, как презирали полицию в собственных странах — ребята вообще хорошо относились к профи. Даже Асадулла как-то с сожалением обронил несколько фраз по поводу бедных британцев, которым дурацкие правила не дают нормально работать. Анри тогда, помнится, заржал и поинтересовался — неужто афганцу настолько охота за решётку? Нет, отвечал Асадулла, но обыгрывать достойных врагов стало бы интереснее. Потом задумался и пожал плечами:«Хотя и так неплохо».
Им хорошо здесь, подумал тогда Моран. Хорошо в мире, созданном крепкими ребятами, но основательно подгнившем. Им нравится пользоваться его благами, нравится спать в мягких кроватях, часами валяться в горячей воде, хохотать над плоскими шуточками из телевизора… А кому бы не понравилось? И кто заслужил красивую жизнь больше, чем его снайперы? Политики, что ли?
Если Себастьян и любил сейчас кого-нибудь, то это были его парни. А не какой-то там Джим Мориарти, криминальный гений и охренительный кретин.
Тихо подошёл Шкодран. Кивнул в сторону комнаты:
— Полковник, этот тип пришёл в себя. Вас зовёт. И спрашивает, — Джака на минуту замялся, — спрашивает про Шерлока Холмса.
Шерлока и Джона выписали без задержек: никаких осложнений у них не развилось, и было бы странно держать их в больнице лишнее время. Это ведь хорошо, правда? Просто замечательно! Только вот настало время объясниться. Доедут домой — и откладывать станет некуда. Потому Шерлоку стоило определённого труда оставаться спокойным. Впрочем, старался он не зря: посмотрев на своё отражение в стекле автомобиля, ничего особенного там не увидел. Обычный, спокойный, возможно, чуть задумчивый. Совершенно такой же, как всегда. Может, и зря. Может, и нужно было как-то подготовить, продемонстрировать заинтересованность заранее, чтобы не слишком шокировать. Шерлок искоса взглянул на Джона и вздохнул. Нет уж. Мелкие ухищрения тут не помогут и никак не спасут. Джон, по всей вероятности, не испытывает к нему чувств, аналогичных тем, что испытывает Шерлок. Дружеские — да. Но не романтические, их бы детектив заметил.
Он, конечно, мог бы надеяться, что Джон после признания задумается, проникнется и пересмотрит точку зрения на свою ориентацию. Но строить из себя идиота удобно только перед другими, а не перед собой, потому, скажем прямо, шансы на то, что Джон срочно перекрасится в голубой, не слишком велики.
Себастьян раздражённо дёрнул плечом. Джим очевидно помешался на этом Шерлоке. Вот ведь нашёл себе игрушку! «Он — консультирующий детектив, я — консультирующий преступник, мы обречены быть вместе, как ты не понимаешь, Себ?» Моран не понимал никак. В мире есть масса консультантов, при ООН тоже, вон, консультирующие юристы и консультирующие шпионы, так что, оргию теперь устраивать? С привлечением консультирующих порнозвёзд?«Ах, Себ, ты такой приземлённый! Ни хрена не смыслишь в искусстве, хотя сам его создаёшь. И именно поэтому — и только поэтому, Себ! — ты навсегда останешься подмастерьем, пускай и исключительно талантливым»… Дальше было ещё что-то про красоту преступлений и прочую хрень, с деньгами не связанную. Себастьян к такому не прислушивался — слишком выбешивало.
Чокнутый психолог, приставленный к полку Морана в Афганистане, принялся бы утверждать, будто тут имеет место «банальная ревность». Он вообще любую проблему сводил к сексу, Фрейд недоделанный. Ревновать? К кому — к Шерлоку Холмсу? И кого — Джима Мориарти?
Моран криво усмехнулся. Нет, он не настолько туп.
А с Джимом всё-таки надо разбегаться. Потом. Когда выяснятся реквизиты нужных банковских счетов.
Сейчас Себастьяна куда больше волновал вопрос оплаты за квартиру. Вообще, из лондонского пригорода надо валить, причём чем быстрее — тем лучше. Полиция наверняка землю носом роет. Но куда тут удерёшь, с таким довеском на спине? А главное — куда потом податься? Эта лёжка, по крайней мере, проверенная…
На кухне Анри зубоскалил, обучая Тунде разным способам собрать взрывчатку из кухонной химии. Асадулла по обыкновению молча сидел в углу, чистил пистолет, но слушал внимательно. Морана в который раз затопило чувство гордости за своих.
Эти ребята в пять минут довели бы до нервного срыва любого расиста — конечно, если бы не пристрелили его с ходу. Они неимоверно легко освоились в «цивилизованном» мире, увлечённо включившись в здешние игры — Шкодран, к примеру, уже лихо разбирался в британских политических течениях, а Тунде искренне негодовал по поводу забастовок водителей автобусов. Да, воспринимать всерьёз законы, поощряющие беззубых амёб, эти парни не станут никогда, но сейчас они с восторгом их соблюдали, и, к примеру, водителя аккуратней Огунмолы надо было ещё поискать. Они уважали местных фараонов так же охотно, как презирали полицию в собственных странах — ребята вообще хорошо относились к профи. Даже Асадулла как-то с сожалением обронил несколько фраз по поводу бедных британцев, которым дурацкие правила не дают нормально работать. Анри тогда, помнится, заржал и поинтересовался — неужто афганцу настолько охота за решётку? Нет, отвечал Асадулла, но обыгрывать достойных врагов стало бы интереснее. Потом задумался и пожал плечами:«Хотя и так неплохо».
Им хорошо здесь, подумал тогда Моран. Хорошо в мире, созданном крепкими ребятами, но основательно подгнившем. Им нравится пользоваться его благами, нравится спать в мягких кроватях, часами валяться в горячей воде, хохотать над плоскими шуточками из телевизора… А кому бы не понравилось? И кто заслужил красивую жизнь больше, чем его снайперы? Политики, что ли?
Если Себастьян и любил сейчас кого-нибудь, то это были его парни. А не какой-то там Джим Мориарти, криминальный гений и охренительный кретин.
Тихо подошёл Шкодран. Кивнул в сторону комнаты:
— Полковник, этот тип пришёл в себя. Вас зовёт. И спрашивает, — Джака на минуту замялся, — спрашивает про Шерлока Холмса.
Шерлока и Джона выписали без задержек: никаких осложнений у них не развилось, и было бы странно держать их в больнице лишнее время. Это ведь хорошо, правда? Просто замечательно! Только вот настало время объясниться. Доедут домой — и откладывать станет некуда. Потому Шерлоку стоило определённого труда оставаться спокойным. Впрочем, старался он не зря: посмотрев на своё отражение в стекле автомобиля, ничего особенного там не увидел. Обычный, спокойный, возможно, чуть задумчивый. Совершенно такой же, как всегда. Может, и зря. Может, и нужно было как-то подготовить, продемонстрировать заинтересованность заранее, чтобы не слишком шокировать. Шерлок искоса взглянул на Джона и вздохнул. Нет уж. Мелкие ухищрения тут не помогут и никак не спасут. Джон, по всей вероятности, не испытывает к нему чувств, аналогичных тем, что испытывает Шерлок. Дружеские — да. Но не романтические, их бы детектив заметил.
Он, конечно, мог бы надеяться, что Джон после признания задумается, проникнется и пересмотрит точку зрения на свою ориентацию. Но строить из себя идиота удобно только перед другими, а не перед собой, потому, скажем прямо, шансы на то, что Джон срочно перекрасится в голубой, не слишком велики.
Страница 16 из 33
