Фандом: Ориджиналы. Старший судья Йенс Йолль терпеть не мог еретиков, а уж еретиков-запредельщиков ненавидел всей душой. За Пределами ничего нет.
Добавить в моё избранное
18 мин, 2 сек 13872
— Почему вы начали верить в то, что за Пределами что-то есть?
— Я не «начал верить», я это точно знаю, — пробормотал Тун. — Оттуда доносятся какие-то звуки.
— Звуки?
— Ну, как будто там кто-то что-то пилит, сверлит… Какая теперь разница?
— Никакой, — спокойно ответил Йенс, ничем не выдав своего удивления. За всю его жизнь никто не говорил ему о каких-либо звуках из-за Пределов. Иногда ему казалось, что он сам в детстве их нафантазировал. — Звуки были в вашей комнате?
— Да. Я их услышал около года назад. Каждую ночь слышал и думал… о… разном.
— Вы кому-нибудь еще об этом рассказывали?
— Нет-нет! Никому! — воскликнул Тун слишком быстро, чтобы Йенс ему поверил. — Я просто делился своими мыслями с теми, кто хотел слушать. Их было совсем немного!
Йенс подумал, что в ближайшее время ему придется утилизировать еще несколько еретиков-запредельщиков.
— Ясно, — холодно сказал он. — Вставайте, нам пора. Охрана!
Тун не шевельнулся. Вошли двое охранников, подхватили его под локти, поставили на ноги и потащили к утилизатору. Йенс медленно двинулся за ними.
Всего через минуту они дошли до утилизатора. Йенс открыл его дверцу и махнул охранникам, чтобы они поместили внутрь приговоренного. Тот упирался, что-то кричал, но ничего сделать не смог — силы были не равны.
Утилизация прошла штатно.
Йенс шел домой и размышлял о том, что до столкновения с красным гигантом осталось всего двадцать три года, и, в принципе, ни ему, ни еретикам-запредельщикам уже не удастся ничего изменить существенным образом. Он вспомнил о звуках, которые якобы слышал Тун Киф, и решил все-таки побывать там, где он жил. Сверившись с планом Дарвинии, Йенс неожиданно выяснил, что его квартира в Центральной Середине находилась прямо над комнатой Туна.
Комната утилизированного еретика была небольшой. Мебели и вещей в ней было мало, и сильно пахло апельсинами.
Йенс сел на койку, прикрыл глаза и прислушался.
Примерно полчаса ничего не происходило, а потом он услышал такой скрежет, словно за стеной кто-то пилил что-то металлическое. Звук раздавался снизу, Йенс сначала встал на четвереньки, а потом лег на пол и заглянул под койку.
Внезапно ему в глаза ударил луч света.
Йенс несколько секунд не мог осознать, что именно он видит — его мозг буквально отказывался в это верить. Под койкой в стене вдруг образовалась маленькая дырочка и оттуда, снаружи, из-за Пределов, бил ярко-желтый свет. Скрежет же стал слышен более отчетливо. От дырочки луч стал двигаться по кругу и прорезал в стене отверстие диаметром сантиметров в тридцать. Из этого отверстия, отталкиваясь манипуляторами от краев, в комнату медленно залезло странное устройство, похожее на робота-уборщика.
Устройство аккуратно подъехало к Йенсу, зажужжало, что-то настраивая, и проговорило по слогам жутким электронным голосом:
— Че-ло-век!
Йенс уставился на него, полностью потеряв дар речи. Из отверстия выбрались еще четыре таких же устройства и выстроились перед ним в шеренгу. Йенс вскочил на ноги и отпрыгнул к противоположной от койки стене. Устройства остались на месте.
Когда Йенс справился с собой и понял, что устройства ему не угрожают, он закрыл дверь комнаты Туна Кифа и ушел за техническими специалистами, посвященными в Тайну.
Они установили, что очень много лет (возможно, с самого дня катастрофы) за Пределами кипела работа — один ремонтный дрон каким-то образом уцелел и, ведомый своей программой, пытался починить хоть какой-нибудь двигатель. Он, используя куски обшивки и оборудования крейсера, производил себе роботов-помощников, совершенствовал их, изменяя их конструкцию и программную начинку. Дрон перебирал все возможные варианты восстановления корабля, и ему удалось разработать успешный план. Команда созданных им устройств смогла починить маневровый двигатель, и теперь Дарвинии в ближайшей перспективе ничего не угрожало — она больше не должна была столкнуться с красным гигантом. Также дрон пытался пробиться к людям, туда, где было промышленное оборудование, которое могло бы быть использовано для ремонта крейсера, но оболочка жилого блока была слишком прочной, и на ее преодоление у него ушло все это время.
Пятьсот семьдесят шесть лет спустя
На Объекте-3512, называвшимся теперь в честь Туна Кифа Кифией, был народный праздник — все отмечали пятьсот лет со дня посадки крейсера «Чарльз Дарвин», на котором прибыли первые колонисты.
— И тогда наш герой, Тун Киф, не растерялся, не испугался и не стал молчать, а под страхом смерти рассказал людям правду! Только ему удалось разрушить тщательно выстроенную и охраняемую систему религиозного мракобесия! Подумайте: если бы горстка чиновников не решала судьбу крейсера, насколько быстрее бы колонисты достигли планеты! Я считаю совершенно справедливым, что наши предки их судили и казнили!
— Я не «начал верить», я это точно знаю, — пробормотал Тун. — Оттуда доносятся какие-то звуки.
— Звуки?
— Ну, как будто там кто-то что-то пилит, сверлит… Какая теперь разница?
— Никакой, — спокойно ответил Йенс, ничем не выдав своего удивления. За всю его жизнь никто не говорил ему о каких-либо звуках из-за Пределов. Иногда ему казалось, что он сам в детстве их нафантазировал. — Звуки были в вашей комнате?
— Да. Я их услышал около года назад. Каждую ночь слышал и думал… о… разном.
— Вы кому-нибудь еще об этом рассказывали?
— Нет-нет! Никому! — воскликнул Тун слишком быстро, чтобы Йенс ему поверил. — Я просто делился своими мыслями с теми, кто хотел слушать. Их было совсем немного!
Йенс подумал, что в ближайшее время ему придется утилизировать еще несколько еретиков-запредельщиков.
— Ясно, — холодно сказал он. — Вставайте, нам пора. Охрана!
Тун не шевельнулся. Вошли двое охранников, подхватили его под локти, поставили на ноги и потащили к утилизатору. Йенс медленно двинулся за ними.
Всего через минуту они дошли до утилизатора. Йенс открыл его дверцу и махнул охранникам, чтобы они поместили внутрь приговоренного. Тот упирался, что-то кричал, но ничего сделать не смог — силы были не равны.
Утилизация прошла штатно.
Йенс шел домой и размышлял о том, что до столкновения с красным гигантом осталось всего двадцать три года, и, в принципе, ни ему, ни еретикам-запредельщикам уже не удастся ничего изменить существенным образом. Он вспомнил о звуках, которые якобы слышал Тун Киф, и решил все-таки побывать там, где он жил. Сверившись с планом Дарвинии, Йенс неожиданно выяснил, что его квартира в Центральной Середине находилась прямо над комнатой Туна.
Комната утилизированного еретика была небольшой. Мебели и вещей в ней было мало, и сильно пахло апельсинами.
Йенс сел на койку, прикрыл глаза и прислушался.
Примерно полчаса ничего не происходило, а потом он услышал такой скрежет, словно за стеной кто-то пилил что-то металлическое. Звук раздавался снизу, Йенс сначала встал на четвереньки, а потом лег на пол и заглянул под койку.
Внезапно ему в глаза ударил луч света.
Йенс несколько секунд не мог осознать, что именно он видит — его мозг буквально отказывался в это верить. Под койкой в стене вдруг образовалась маленькая дырочка и оттуда, снаружи, из-за Пределов, бил ярко-желтый свет. Скрежет же стал слышен более отчетливо. От дырочки луч стал двигаться по кругу и прорезал в стене отверстие диаметром сантиметров в тридцать. Из этого отверстия, отталкиваясь манипуляторами от краев, в комнату медленно залезло странное устройство, похожее на робота-уборщика.
Устройство аккуратно подъехало к Йенсу, зажужжало, что-то настраивая, и проговорило по слогам жутким электронным голосом:
— Че-ло-век!
Йенс уставился на него, полностью потеряв дар речи. Из отверстия выбрались еще четыре таких же устройства и выстроились перед ним в шеренгу. Йенс вскочил на ноги и отпрыгнул к противоположной от койки стене. Устройства остались на месте.
Когда Йенс справился с собой и понял, что устройства ему не угрожают, он закрыл дверь комнаты Туна Кифа и ушел за техническими специалистами, посвященными в Тайну.
Они установили, что очень много лет (возможно, с самого дня катастрофы) за Пределами кипела работа — один ремонтный дрон каким-то образом уцелел и, ведомый своей программой, пытался починить хоть какой-нибудь двигатель. Он, используя куски обшивки и оборудования крейсера, производил себе роботов-помощников, совершенствовал их, изменяя их конструкцию и программную начинку. Дрон перебирал все возможные варианты восстановления корабля, и ему удалось разработать успешный план. Команда созданных им устройств смогла починить маневровый двигатель, и теперь Дарвинии в ближайшей перспективе ничего не угрожало — она больше не должна была столкнуться с красным гигантом. Также дрон пытался пробиться к людям, туда, где было промышленное оборудование, которое могло бы быть использовано для ремонта крейсера, но оболочка жилого блока была слишком прочной, и на ее преодоление у него ушло все это время.
Пятьсот семьдесят шесть лет спустя
На Объекте-3512, называвшимся теперь в честь Туна Кифа Кифией, был народный праздник — все отмечали пятьсот лет со дня посадки крейсера «Чарльз Дарвин», на котором прибыли первые колонисты.
— И тогда наш герой, Тун Киф, не растерялся, не испугался и не стал молчать, а под страхом смерти рассказал людям правду! Только ему удалось разрушить тщательно выстроенную и охраняемую систему религиозного мракобесия! Подумайте: если бы горстка чиновников не решала судьбу крейсера, насколько быстрее бы колонисты достигли планеты! Я считаю совершенно справедливым, что наши предки их судили и казнили!
Страница 5 из 6
