Шоколад

Мартин послушно сел, с любопытством и легким благоговением разглядывая стол. Массивный, резной, он будто сошел с какой-нибудь картины девятнадцатого века! На нем в легком беспорядке были разложены бумаги, позолоченная перьевая ручка на подставке удачно дополняла образ. Вид портил только вполне современный монитор, но он был практически незаметным в полумраке кабинета, если не смотреть на него.

— Вижу, вам понравился мой стол, мистер Мартин, — усмехнулся Блэк.

— А? — Мартин оторвался от созерцания и слегка оторопело взглянул на Блэка. — Прошу меня простить, но… ваш стол действительно великолепен. Настоящий антиквариат.

— Приму это за комплимент, — Блэк улыбался. — Не желаете ли чаю?

— Н-нет…

— Что вы, не отказывайтесь, — улыбка стала чуть шире. Блэк нажал кнопку коммуникатора. — Роуз, принеси нам, пожалуйста, по чашке чая. И, разумеется, шоколад.

Заметив ошарашенное выражение лица Мартина, Блэк сцепил руки и чуть наклонился к нему.

— Да, я люблю шоколад. Просто обожаю! А вы?

Сладкого Мартин не ел уже лет десять, но отказывать боссу было бы неудобно, поэтому он осторожно произнес:

— Я редко его ем. Если только батончики перехва…

Лицо Блэка едва заметно скривилось.

— Батончики? И, по-вашему, это шоколад? Готов спорить, вы настоящего шоколада в жизни не ели! Вы должны непременно попробовать его!

Мартин молчал, не зная, что сказать. От неудобного положения его спасла Роуз, которая вошла в комнату, одной рукой распахнув дверь, а второй придерживая поднос, на котором стояли две чашки.

Поставив его на стол, Роуз, удалилась, закрыв за собой дверь.

Мартин с любопытством посмотрел на поднос. Когда Роуз держала его в руках, он не заметил двух плиток шоколада в черно-золотых обертках. В центре золотого квадрата было вытиснено название: «Нероколла».

— Этот шоколад недавно был признан лучшим в мире, — Блэк взял плитку и, разорвав обертку, быстро разломал на кусочки. — Прошу вас, угощайтесь.

Мартин несмело взял изящную фарфоровую чашку в одну руку и кусочек шоколада — в другую. Блэк уже невозмутимо попивал чай.

Мартин положил шоколад в рот и начал медленно жевать. Рот тут же наполнился плотным, горьковатым вкусом. Секундой спустя почувствовалась сладость, тут же снова сменившаяся горечью. Вслед за этим — снова сладость. Неуловимая граница полностью захватила сознание Мартина, дразня, заставляя его пробовать и пробовать шоколад в надежде поймать ускользающий вкус.

Блэк с усмешкой смотрел на него.

— Вижу, вам «Нероколла» пришлась по вкусу, — сказал он, отпивая чай. — Что ж, теперь можно поговорить о делах.

Мартин согласно кивнул, обводя десны и зубы языком в поисках прилипшего кусочка шоколада. Такового не обнаружилось, и он даже испытал нечто вроде разочарования. Взять еще? Почему нет?

Мартин взял очередной кусочек.

— Сегодня вы высказали очень занимательное предложение на совещании. — Блэк поставил наполовину опустевшую чашку на стол. — Многие из Совета прислушались к вам, но вы должны понимать, что я не могу принять его.

Мартин хотел возразить, но Блэк опередил его, жестом приказав молчать:

— У вас очень длинный язык, мистер Мартин. Я бы укоротил его, но, к сожалению, забыл нож дома. Поэтому я могу лишь угостить вас шоколадом, — он улыбнулся.

В голову Мартина пришла совершенно дикая мысль. Шоколад отравлен? Так вот зачем босс так настойчиво предлагал его попробовать!

Что за глупости? Это же убийство! Неужели Блэк способен на такое? Чушь собачья! Это он так шутит! Всего лишь шутит!

Однако, посмотрев на Блэка, Мартин не увидел и намека на веселость. Карие глаза босса были холодны, как шоколадное мороженое.

«В шоколаде был яд?», — хотел спросить Мартин, но не смог разжать челюсти. Зубы намертво приклеились друг к другу и не желали раздираться. Это напомнило ириски, которые мать покупала, когда он был маленьким. Она называла их не иначе как «пломбовыдиратели».

Но здесь все было хуже. Он не мог разжать ни челюсть, ни губы, как ни силился.

Интересно, заметил ли это босс? Ну разумеется! Только сейчас Мартин понял, что Блэк не съел ни кусочка. Это ведь он все подстроил! Он!

Тихий стон еле слышно донесся из-за плотно сжатых губ. Мартин хотел вскочить, но Блэк так посмотрел на него, что ноги отказались слушаться.

Внезапно мозг пронзила идея. Он схватил со стола свою чашку и поднес к губам.

Чай выплеснулся на колени. Плотно сжатые губы не пропускали ничего. Даже воздух. Мартин поначалу не осознал, что благодарит Всевышнего за то, что неделей раньше вылечил гайморит.

Он умоляюще посмотрел на босса, но того происходящее с Мартином явно не волновало. На губах Блэка играла усмешка, он взял чашку и отпил чай.

Мартин стукнул раскрытой ладонью по столу.