Этюд в изумрудных тонах, или Дело скользкой щуки

— По собственной инициативе, — резко вставил Стэнджерсон, которому очень не понравилась самодеятельность агента в деле с кодовым названием «Дневник». — Не понимаю, почему Хоуп вас вытащил из той передряги.

— Потому что он знал, что в дальнейшем я буду полезен. Особенно когда у нашего министра от страха начнется маразм.

— Но-но…

— Если Фадж верит, будто достаточно закрыть глаза и твердить, что Темный Лорд не воскрес, и всё будет в порядке, то как прикажете называть болезнь?

Грегсон не мог не согласиться со словами Щуки. Но вслух высказать свое одобрение тоже не решился. А Стэнджерсон просто хлебнул эля и безо всякой иронии заметил:

— Странно, что вы работаете с нами, а не с Дамблдором.

— Ничего странного, — в голосе агента проявилась скука и неодобрение. — Дамблдор привлекает идейных людей.

— А вы считаете себя безыдейным? — Стэнджерсон не знал, доволен он или нет, что угадал.

— Я прагматик.

— С семнадцати лет? — не поверил Стэнджерсон.

— Прагматизм впитывается в кровь после первого же свидания с Темным Лордом. Естественно, мы говорим сейчас о здравомыслящих колдунах. Вы бы поползали за мантией Темного Лорда, после отправились бы уничтожать грязнокровок, а потом побегали бы от авроров — тоже пришли бы в министерство как можно раньше, — ответил Щука, и хотя раздражение в его голосе невозможно было уловить, Стэнджерсон понял — накипело.

— Видите ли, — все же сказал он, — я бы вряд ли оказался на вашем месте. Ползающим за чьей-либо мантией.

— Гриффиндор? Бывает.

— Не угадали, Хаффлпафф.

— Никто не безупречен. Зато теперь в ваших словах я нахожу не упрек, а попытку приписать мне благородство. Истинный Хаффлпафф.

— А вы, конечно, считаете себя бесчестным?

— Нет. Однако хочу заметить, мистер Стэнджерсон, что разделяю взгляды своего господина, но не разделяю его желания захватить власть.

— Отчего же?

— Оттого, что править он собирается единолично.

— Согласитесь, в этом есть свое преимущество.

— Есть. Разумный верховный правитель обладает целым рядом достоинств по сравнению с бюрократическим аппаратом нынешнего министра.

— Отчетливо слышу интонационное «но»…

— Совершенно верно, мистер Стэнджерсон, я подбираю правильные слова. Видите ли, Темный Лорд, претендующий на абсолютную власть, давно перестал быть человеком. Наши идеи он поддерживает только потому, что ему выгодно их поддерживать.

— Ради сторонников из старых династий, недовольных политикой министерства? — понимающе уточнил Стэнджерсон.

— Энергичных и готовых действовать сторонников.

— Без обид — вашему прозрению поспособствовало удивительное везение и живучесть мистера Поттера на заброшенном кладбище?

— Да, эпизод яркий. — Щука откинулся на спинку стула. — Темный Лорд хотел продемонстрировать свою магическую мощь, но не получилось.

— Почему же? — пожал плечами Стэнджерсон. — У него прекрасно получилось продемонстрировать эту самую мощь, да только не свою, а Поттера. Понимаю, что сторонники вашего Лорда встревожены.

— Добавьте к этому неадекватное поведение Лорда, по которому можно сделать лишь один вывод, — Щука усмехнулся, — полукровке приятно видеть у своих ног коленопреклоненных колдунов известных фамилий. Если он победит, чистокровные окажутся в проигрыше.

— И многие понимают подобный расклад?

Щука выдержал эффектную паузу, после чего произнес скучающим тоном, как нечто само собой разумеющееся:

— Все, кроме оголтелых фанатиков и парий вроде оборотней, которые рассчитывают подняться.

— То есть вы готовы отказаться от своих идей ради того, чтобы не стоять на коленях перед полукровкой?

Задеть и вывести из равновесия Щуку не удалось.

— Ради будущего для своих потомков, конечно. И, повторюсь, я не идеалист.

— И как вам удается быть вне подозрений? — не выдержал Грегсон.

— У меня прекрасная свояченица, она отлично отвлекает от подозрений.

Стэнджерсон взглянул в безумные глаза миссис Лестрейндж, которая была отчего-то недовольна компанией своего кузена, и не без усилия перевел взгляд с колдографии колоритной парочки на невозмутимого агента.

Отвлекает — не то слово.

— Будущее вам никто гарантировать не может, сами понимаете. Может, у вас есть конкретное желание?

— Конкретнее, Стэнджерсон, я, как и вы, хочу отдохнуть.

— А я хочу все-таки услышать, что планируется на сегодняшний вечер.

— Ничего, кроме гостей в вашем отделе.

— Если это шутка, то неудачная.

— Я серьезно. Поэтому сразу прошу хроноворот, если не доверяете, то вместе с Грегсоном.

Грегсон, молча попивающий эль, поперхнулся и закашлялся.

— Ваш Лорд настолько дерзок? — поинтересовался Стэнджерсон.