Фандом: Гарри Поттер. Вам тоже всегда было интересно, что делают преподаватели Хогвартса в свободное от уроков время? Чем ещё могут заниматься ученики, кроме походов в Хогсмид и побед над Волдемортом? Некоторые из этих маленьких секретов так и просятся, чтобы их раскрыли.
Добавить в моё избранное
10 мин, 1 сек 13929
И — иногда — ценные замечания по ходу войны. Например, забросить меч для Поттера в ледяное озеро и проследить, чтобы ребёнок не простудился. Подружиться со змеёй. Не светить новой палочкой перед Волдемортом…
Профессор Снейп помотал головой, отгоняя нахлынувшие воспоминания. Хорошо, Альбус, войну мы выиграли, все живы и счастливы. Но портрет я всё равно дорисую и отправлю. Той самой совой для «экстренных». По-моему, у меня достаточно понятно получилось изобразить, что именно я думаю по поводу твоих стратегических выкладок и способов снятия с себя полномочий директора. Да, ещё пару штрихов — и готово.
— Эх, сорвался!
И действительно, старательно насаженный толстый червяк неведомым образом соскользнул с крючка, оставив рыбака в лёгком недоумении. Укоризненно посмотрев на менее удачливых представителей класса кольчатых червей, Драко Малфой вновь запустил руку в консервную банку.
Ещё раз подумав о том, как прекрасно смотрелся бы на крючке хагридовский соплохвост, Драко ловко закинул удочку. Хотя это уже излишество, после такой наживки рыб придётся по одной возить к психотерапевту… Поплавок мягко плюхнулся в воду. Скоро, совсем скоро вы приплывёте сюда, маленькие рыбки, привлечённые ароматом моих превосходных червяков!
Светало. Только-только начало подниматься над горизонтом солнце, его розоватый свет проглядывал сквозь нежную утреннюю дымку, с ветвей деревьев щебетали соловьи, воздух был, как и полагалось ему быть в пять утра, прохладен и свеж.
В ведре с водой метался очередной пухлый карасик. Однажды сходив с отцом на рыбалку, Драко без памяти влюбился в это благородное занятие и за двенадцать прошедших с тех пор лет стал отличным рыболовом. Но ни оставить рыбёшку без воды, ни убить каким-либо другим способом — так и не смог, так что на данный момент Драко являлся обладателем самой большой коллекции рыб в Англии. Живых и довольных рыб, весело плавающих в огромном стеклянном аквариуме. Питомцы на жизнь не жаловались, плодились и размножались, радуя хозяина глупым блеском своих пучеглазых глаз и многочисленным потомством. На боку каждой рыбёшки гордо краснело личное имя, выведенное несмываемыми чернилами. Чаще всего имена выбирались путём перелистывания справочников по зельеварению — всех семнадцати штук, подарков крестного, по одному на каждый День Рождения. Как и положено, из этого правила было исключение. Мелкого наглого пескаря, утащившего однажды кусок корма прямо изо рта Безоара, злобной щуки, звали Поттер.
Поплавок резко ушёл вбок. Парень, по колено стоящий в воде, подсёк, с трудом удержав удочку. В крупных серебристых чешуйках рыбы отразилось солнце… Зеркальный карп, вот, наконец, и компания для Асфодели!
Драко осмотрелся. В окнах школы уже раздвигались занавески, Хагрид выгуливал собаку, кто-то в жёлтом костюме наматывал круги вокруг озера. Скоро, пожалуй, и весь двор наполнится учениками. Пора сматывать удочки.
Глупее поступка он придумать не мог — идти на рыбалку в утро перед ЖАБА. Да, это было глупо, кто спорит, но зато как приятно!
— Что за невезение? Почему я всегда — всегда — так несчастна?
Плакса Миртл печально смотрела на противоположную стену. Стена не отвечала. Взмыв под потолок, Миртл вздохнула и сделала круг почета над своими неофициальными владениями. Они были, без сомнения, прекрасны. Эта плесень цвета глаз самого прекрасного парня на земле, эти мрачные трещины в кафеле, это мелодичное журчание воды… Каждая кабинка обладала особенным тембром, а вместе они составляли самый лучший на свете оркестр. «Реквием для пятнадцати унитазов и прекрасной мёртвой девушки», как гордо звучит!
Однако с недавних пор вся эта роскошь не радовала Миртл. Откровенно говоря, она её и раньше не радовала, но подобные мысли хорошо подчёркивали бесконечную глубину её страданий.
Миртл по привычке попыталась поправить очки, намертво приклеенные к носу со дня смерти. Потом она подёргала себя за хвост — дурацкую причёску, от которой также было невозможно избавиться, и подлетела к полуразбитому зеркалу. В зеркале она как обычно не отражалась. Миртл надула губки. Ещё одна несправедливость! Ну а вдруг она похорошела за, скажем, последние сорок лет?
Мелодия седьмой кабинки слева молотком забивала гвозди в её и без того израненное сердце. Там, на холодном и сыром полу, лежала причина несчастья Миртл и манила, манила своими ярко раскрашенными страницами.
Книга лежала обложкой к полу, поэтому Миртл не знала её названия. Но то, что оказалось на двух раскрытых страницах, навсегда завладело её умом, сердцем и душой. Рассеянность какого-то студента приоткрыла для неё завесу над жизнью удивительного человека по имени Тинтин. Как он был храбр на этих двух страницах, как бесстрашен! И на каком моменте обрывалась история, ах…
Первые полгода Миртл пыталась сама перевернуть страницу. Потом она хотела просить помощи у Пивза. Но, пережив очередной приступ его деструктивной активности, передумала.
Профессор Снейп помотал головой, отгоняя нахлынувшие воспоминания. Хорошо, Альбус, войну мы выиграли, все живы и счастливы. Но портрет я всё равно дорисую и отправлю. Той самой совой для «экстренных». По-моему, у меня достаточно понятно получилось изобразить, что именно я думаю по поводу твоих стратегических выкладок и способов снятия с себя полномочий директора. Да, ещё пару штрихов — и готово.
— Эх, сорвался!
И действительно, старательно насаженный толстый червяк неведомым образом соскользнул с крючка, оставив рыбака в лёгком недоумении. Укоризненно посмотрев на менее удачливых представителей класса кольчатых червей, Драко Малфой вновь запустил руку в консервную банку.
Ещё раз подумав о том, как прекрасно смотрелся бы на крючке хагридовский соплохвост, Драко ловко закинул удочку. Хотя это уже излишество, после такой наживки рыб придётся по одной возить к психотерапевту… Поплавок мягко плюхнулся в воду. Скоро, совсем скоро вы приплывёте сюда, маленькие рыбки, привлечённые ароматом моих превосходных червяков!
Светало. Только-только начало подниматься над горизонтом солнце, его розоватый свет проглядывал сквозь нежную утреннюю дымку, с ветвей деревьев щебетали соловьи, воздух был, как и полагалось ему быть в пять утра, прохладен и свеж.
В ведре с водой метался очередной пухлый карасик. Однажды сходив с отцом на рыбалку, Драко без памяти влюбился в это благородное занятие и за двенадцать прошедших с тех пор лет стал отличным рыболовом. Но ни оставить рыбёшку без воды, ни убить каким-либо другим способом — так и не смог, так что на данный момент Драко являлся обладателем самой большой коллекции рыб в Англии. Живых и довольных рыб, весело плавающих в огромном стеклянном аквариуме. Питомцы на жизнь не жаловались, плодились и размножались, радуя хозяина глупым блеском своих пучеглазых глаз и многочисленным потомством. На боку каждой рыбёшки гордо краснело личное имя, выведенное несмываемыми чернилами. Чаще всего имена выбирались путём перелистывания справочников по зельеварению — всех семнадцати штук, подарков крестного, по одному на каждый День Рождения. Как и положено, из этого правила было исключение. Мелкого наглого пескаря, утащившего однажды кусок корма прямо изо рта Безоара, злобной щуки, звали Поттер.
Поплавок резко ушёл вбок. Парень, по колено стоящий в воде, подсёк, с трудом удержав удочку. В крупных серебристых чешуйках рыбы отразилось солнце… Зеркальный карп, вот, наконец, и компания для Асфодели!
Драко осмотрелся. В окнах школы уже раздвигались занавески, Хагрид выгуливал собаку, кто-то в жёлтом костюме наматывал круги вокруг озера. Скоро, пожалуй, и весь двор наполнится учениками. Пора сматывать удочки.
Глупее поступка он придумать не мог — идти на рыбалку в утро перед ЖАБА. Да, это было глупо, кто спорит, но зато как приятно!
— Что за невезение? Почему я всегда — всегда — так несчастна?
Плакса Миртл печально смотрела на противоположную стену. Стена не отвечала. Взмыв под потолок, Миртл вздохнула и сделала круг почета над своими неофициальными владениями. Они были, без сомнения, прекрасны. Эта плесень цвета глаз самого прекрасного парня на земле, эти мрачные трещины в кафеле, это мелодичное журчание воды… Каждая кабинка обладала особенным тембром, а вместе они составляли самый лучший на свете оркестр. «Реквием для пятнадцати унитазов и прекрасной мёртвой девушки», как гордо звучит!
Однако с недавних пор вся эта роскошь не радовала Миртл. Откровенно говоря, она её и раньше не радовала, но подобные мысли хорошо подчёркивали бесконечную глубину её страданий.
Миртл по привычке попыталась поправить очки, намертво приклеенные к носу со дня смерти. Потом она подёргала себя за хвост — дурацкую причёску, от которой также было невозможно избавиться, и подлетела к полуразбитому зеркалу. В зеркале она как обычно не отражалась. Миртл надула губки. Ещё одна несправедливость! Ну а вдруг она похорошела за, скажем, последние сорок лет?
Мелодия седьмой кабинки слева молотком забивала гвозди в её и без того израненное сердце. Там, на холодном и сыром полу, лежала причина несчастья Миртл и манила, манила своими ярко раскрашенными страницами.
Книга лежала обложкой к полу, поэтому Миртл не знала её названия. Но то, что оказалось на двух раскрытых страницах, навсегда завладело её умом, сердцем и душой. Рассеянность какого-то студента приоткрыла для неё завесу над жизнью удивительного человека по имени Тинтин. Как он был храбр на этих двух страницах, как бесстрашен! И на каком моменте обрывалась история, ах…
Первые полгода Миртл пыталась сама перевернуть страницу. Потом она хотела просить помощи у Пивза. Но, пережив очередной приступ его деструктивной активности, передумала.
Страница 2 из 3
