Фандом: Гарри Поттер. Заглянем в будущее. Настоящая любовь не заканчивается, пока длится жизнь. Она становится только сильней, глубже, богаче, и как магнит притягивает на свою орбиту новых людей, разнообразные события и приключения. Сбывается даже то, что кажется нереальным или почти недоступным… У Гарри и Северуса появился сын.
Добавить в моё избранное
172 мин, 4 сек 19188
Иначе получалось, что он и правда… чего-то не того… — Уплыву и совершу что-нибудь героическое! Например… например… эх, ладно, совершу обязательно! Подвиг! Во имя любви!» — Он плакал и старательно грёб, очень старательно — рук уже почти не чувствовал, спина затекла, даже ноги устали.
Слёз внезапно стало слишком много. Они размазались по всему лицу, потекли на грудь, закапали с чёлки и с ушей. Магнус удивился: «Человек не может столько наплакать»… и немного очухался, глянул по сторонам — буря! Прямо над ним, нагнала, непонятно откуда взявшись, захватила и раскачивает лодочку, как ореховую скорлупку, топит ливнем, накрывает взбесившимися волнами. Ой…
Попасть в такую непогоду — совсем не похоже на подвиг. Его несло по волнам и захлестывало волнами, его роняло с волн и вскидывало на гребни, волны были слева, справа, сверху тоже были волны, мир превратился в гигантскую злобную волну, решившую вдоволь наиграться с юным магом, как с никчёмной щепкой! Ни одно даже самое простенькое заклинание не действовало, и спасательный жилет сейчас был бы гораздо полезнее волшебной палочки. Как напор стихии выдерживала хоть и не утлая, но чисто-так-побаловаться-лодчонка, которая и для коротких-то переходов не была заколдована, вообще не понятно. Но не тонула, даже пропитавшись водой, — и на том спасибо.
Мани, поднявшись в полный рост и с трудом балансируя, вдруг рассмеялся: «Вот утону, кретин, расстрою родителей, Герми, прабабушек и Инди с Драко… А пралюц? Короче, надо выплывать! Хорошо, что всю дурь смыло!» Магнус вообще-то был умным парнем — всё своё псевдо-любовное гормональное помешательство позабыл моментально и начал грести с чисто малфоевской жаждой жизни и удвоенной бодростью, отплевываясь от морской соли и упорно правя на остров Сына (так ему казалось), который был ближе всего. Инстинкт волшебника его не подвёл, а вот силы кончались…
К счастью, небо вдруг вздрогнуло, и по нему как в фильме ужасов прошла белая, словно дуга сварки, трещина. Раздался ужасающе громкий треск (у Мани даже кровь хлынула из ушей!), всё озарилось флуоресцентным мертвенным светом, но зато стало светло как днем — и контуры красного острова показались в миле левее.
Почти потерявшего сознание и полностью оглохшего морехода притянуло приливом прямо на песчаный берег той бухты, где, как внезапно вспомнилось, пятнадцать лет назад его друга чуть не принесли в жертву. Не зная о близком спасении, Магнус Амадей закатил глаза.
— Простите… — прохрипел он. И, судорожно глотнув в последний раз воздуха, расстался с жизнью…
Океан принял его обмякшее тело.
Но не тут-то было. Грубые мужские руки подхватили утопленника и рванули сквозь ледяную толщу воды наверх, к воздуху и к сумасшедшему белому свечению. В общем, на поверхность.
— В моей акватории топиться нельзя, дамочка! То есть, блядь, парнишка! — Голос дикаря был хриплым, но говорил он с легко узнаваемым техасским акцентом.
«Предсмертный бред», — решил Денюжка и очень пожалел себя: мокрая некрасивая смерть и ангел — мужлан какой-то!
После трансгрессии Магнуса и реплики Скорпиуса всё ещё распалённые скандалом взрослые застыли в нелепых позах, как жители Помпей, захваченные первыми ударами катастрофы — и так же быстро отмерли, стали беспорядочно метаться, выкрикивая заполошные предположения. А тут ещё заметно посвежело, тревожно дохнуло океаном, волны усилились, с каждой минутой всё сильнее и резче накатывая на берег, над тёмной поверхностью воды забились буруны рваной пены, океан застонал, как от боли.
— Ти-и-ихо! — перекрыл галдеж рык Снейпа. — Гарри, срочно приведи Индиану, где его носит? Неужели спит? Мышеволки — по берегу, искать следы Мани. Надеюсь, он не прыгнул в Мельбурн, по проторенной дорожке. — Северус выразительно переглянулся с Поттером. — Мы с Люциусом сотворим Поисковые и Сканирующие, для суши и воды. Грейнджер остаётся за главного на острове. Нарцисса и Андромеда попробуют применить Материнские чары. Связь через полчаса, в старой бухте. Думаю, что если…
И тут разверзся ад!
Сначала захлопали, будто гигантские птицы крыльями, палатки, накренились на едва выдерживающих натиск ветра тросах; полетели, кружась по воздуху, всякие предметы, одежда, клочья крыш бунгало, листья и ветки. Людей как невидимым грузом придавило к земле, потом потащило, устоять на ногах было очень трудно, все стали хвататься за руки, за стволы пальм, те наклонились чуть ли не до песка. Со стороны океана послышался рёв разъярённого зверя, и на пляж обрушился водяной вихрь. Все закричали, полыхнуло почти одновременно не меньше шести-семи магических молний — и под прикрытием коллективной защиты маги побежали к подножию холма, в укрытие.
Но не сделали они и полсотни шагов к спасению, как буря, ухнув напоследок, будто разъярённый исполинский филин, и порвав женщинам тонкие юбки, резко свернула в сторону. Её смерчеобразные рукава потянулись по берегу, в сторону острова Сына.
Слёз внезапно стало слишком много. Они размазались по всему лицу, потекли на грудь, закапали с чёлки и с ушей. Магнус удивился: «Человек не может столько наплакать»… и немного очухался, глянул по сторонам — буря! Прямо над ним, нагнала, непонятно откуда взявшись, захватила и раскачивает лодочку, как ореховую скорлупку, топит ливнем, накрывает взбесившимися волнами. Ой…
Попасть в такую непогоду — совсем не похоже на подвиг. Его несло по волнам и захлестывало волнами, его роняло с волн и вскидывало на гребни, волны были слева, справа, сверху тоже были волны, мир превратился в гигантскую злобную волну, решившую вдоволь наиграться с юным магом, как с никчёмной щепкой! Ни одно даже самое простенькое заклинание не действовало, и спасательный жилет сейчас был бы гораздо полезнее волшебной палочки. Как напор стихии выдерживала хоть и не утлая, но чисто-так-побаловаться-лодчонка, которая и для коротких-то переходов не была заколдована, вообще не понятно. Но не тонула, даже пропитавшись водой, — и на том спасибо.
Мани, поднявшись в полный рост и с трудом балансируя, вдруг рассмеялся: «Вот утону, кретин, расстрою родителей, Герми, прабабушек и Инди с Драко… А пралюц? Короче, надо выплывать! Хорошо, что всю дурь смыло!» Магнус вообще-то был умным парнем — всё своё псевдо-любовное гормональное помешательство позабыл моментально и начал грести с чисто малфоевской жаждой жизни и удвоенной бодростью, отплевываясь от морской соли и упорно правя на остров Сына (так ему казалось), который был ближе всего. Инстинкт волшебника его не подвёл, а вот силы кончались…
К счастью, небо вдруг вздрогнуло, и по нему как в фильме ужасов прошла белая, словно дуга сварки, трещина. Раздался ужасающе громкий треск (у Мани даже кровь хлынула из ушей!), всё озарилось флуоресцентным мертвенным светом, но зато стало светло как днем — и контуры красного острова показались в миле левее.
Почти потерявшего сознание и полностью оглохшего морехода притянуло приливом прямо на песчаный берег той бухты, где, как внезапно вспомнилось, пятнадцать лет назад его друга чуть не принесли в жертву. Не зная о близком спасении, Магнус Амадей закатил глаза.
— Простите… — прохрипел он. И, судорожно глотнув в последний раз воздуха, расстался с жизнью…
Океан принял его обмякшее тело.
Но не тут-то было. Грубые мужские руки подхватили утопленника и рванули сквозь ледяную толщу воды наверх, к воздуху и к сумасшедшему белому свечению. В общем, на поверхность.
— В моей акватории топиться нельзя, дамочка! То есть, блядь, парнишка! — Голос дикаря был хриплым, но говорил он с легко узнаваемым техасским акцентом.
«Предсмертный бред», — решил Денюжка и очень пожалел себя: мокрая некрасивая смерть и ангел — мужлан какой-то!
После трансгрессии Магнуса и реплики Скорпиуса всё ещё распалённые скандалом взрослые застыли в нелепых позах, как жители Помпей, захваченные первыми ударами катастрофы — и так же быстро отмерли, стали беспорядочно метаться, выкрикивая заполошные предположения. А тут ещё заметно посвежело, тревожно дохнуло океаном, волны усилились, с каждой минутой всё сильнее и резче накатывая на берег, над тёмной поверхностью воды забились буруны рваной пены, океан застонал, как от боли.
— Ти-и-ихо! — перекрыл галдеж рык Снейпа. — Гарри, срочно приведи Индиану, где его носит? Неужели спит? Мышеволки — по берегу, искать следы Мани. Надеюсь, он не прыгнул в Мельбурн, по проторенной дорожке. — Северус выразительно переглянулся с Поттером. — Мы с Люциусом сотворим Поисковые и Сканирующие, для суши и воды. Грейнджер остаётся за главного на острове. Нарцисса и Андромеда попробуют применить Материнские чары. Связь через полчаса, в старой бухте. Думаю, что если…
И тут разверзся ад!
Сначала захлопали, будто гигантские птицы крыльями, палатки, накренились на едва выдерживающих натиск ветра тросах; полетели, кружась по воздуху, всякие предметы, одежда, клочья крыш бунгало, листья и ветки. Людей как невидимым грузом придавило к земле, потом потащило, устоять на ногах было очень трудно, все стали хвататься за руки, за стволы пальм, те наклонились чуть ли не до песка. Со стороны океана послышался рёв разъярённого зверя, и на пляж обрушился водяной вихрь. Все закричали, полыхнуло почти одновременно не меньше шести-семи магических молний — и под прикрытием коллективной защиты маги побежали к подножию холма, в укрытие.
Но не сделали они и полсотни шагов к спасению, как буря, ухнув напоследок, будто разъярённый исполинский филин, и порвав женщинам тонкие юбки, резко свернула в сторону. Её смерчеобразные рукава потянулись по берегу, в сторону острова Сына.
Страница 42 из 49
