Фандом: Ориджиналы. Перед вами не одна большая работа, а несколько разного размера, объединенных общей вселенной, атмосферой и затронутыми темами. Они были выложены на «Фикбуке» отдельными текстами, но я принял решение опубликовать весь цикл в хронологическом порядке одним«макси» для удобства читателей. Цикл о«вампирах» занимает для меня особое место в творчестве, поэтому я счел уместным написать небольшое предисловие. Если вы раздумываете, стоит ли погружаться в эту серию работ, возможно, мои пояснения помогут вам сделать правильный выбор.
Добавить в моё избранное
510 мин, 52 сек 14247
Сила и жестокость шли следом плечом к плечу, но Фея предпочитал обходиться без них там, где это было возможно. — Надевай штанишки, до ночи я к тебе не полезу. Посиди тут, не хватало еще, чтоб эти ненормальные и тебя разорвали к чертям.
— К-какие ненормальные? — оторопел Крошка.
— Да, есть там одни, — отмахнулся Фея. Он не боялся случайно выдать новенькому их общую на весь «Приют» тайну, но не хотел лишнего потока вопросов. Заново вспоминать то, что поставило под удар репутацию Стивви, и его собственную, совсем не хотелось. Следующую партию новеньких он проконтролирует полностью, от начала и до того момента, как детишки присоединятся к разрозненным группировкам.
— Можно спросить? — Крошка закончил возиться со штанами и сел обратно в угол.
— Валяй.
— Мы тут надолго?
Фея несколько секунд пристально смотрел на свой трофей, гадая, не разыгрывает ли тот его, а потом согнулся от приступа хохота.
— Ч-что?
— Ну, ты просто сокровище, — с трудом избавившись от смеха, ответил король. — Расскажешь мне свою историю, обещаю не прикасаться к тебе ни сегодня, ни завтра. Слово Феи! — он воздел палец к потолку, прекрасно понимая, как глупо выглядел бы сейчас даже на мониторах надсмотрщиков. Для Крошки этот жест означал совсем другое, он принял его за чистую монету.
Постепенно оттаивая после пережитого ужаса, он поделился собственной историей. Фея знал, что это постшоковое состояние, и завтра страх перед насильником вернется, но сейчас психике нужен был отдых, пусть даже в обществе мучителя.
История была несложной и даже в какой-то степени рядовой. Только финал оказался необычным. Крошка родился в бедной семье фермера и вместе с другими детьми пытался помочь отцу и матери возделывать поле. Дотации за рождение ребенка испарялись в семьях, подобных его, очень быстро, и родителям приходилось использовать детский труд или постоянно производить новых малышей, чтобы хватило на пропитание большой семье. Замкнутый круг. Фее было интересно, насколько хорошо понимал это сам Крошка, но прерывать и без того сбивчивый рассказ не хотелось. Речь шла о большой дружной семье.
Несколько неурожайных лет подкосили и без того дырявый бюджет многодетной фамилии, и отец принял волевое решение выставить старшего из сыновей на аукцион. Крошка видел в этом проявление любви к маленьким детям, а Фея — чужое безрассудство и неспособность планировать расходы. За мальчика с волосами мышиного цвета давали немного, и отец терпеливо ждал, когда ставки вырастут. Наконец, какому-то аристократу понадобилась экзотика. И вот Крошку взяли в богатый красивый дом, сообщив, что очень скоро он станет вампиром.
— Он тебя трахал? — поинтересовался Фея, когда речь зашла о старшем мальчишки.
— Ч-что?
Святые предки! Его бедная жертва не знает слова «трахать». Фея готов был свалиться с койки от хохота. До чего же эгоистичным должна быть натура существа, которое обращало эту бедняжку. Отправить в жестокий мир вампиров мальчика, который совершенно не представляет себе расклад сил.
Его собственный старший был не таким. Совсем не таким. Фея боготворил его и по сей день. Именно благодаря старшему сейчас его за глаза называли «Королем», и ни одна тварь не смела даже пытаться спихнуть его с метафорического трона. Благодаря старшему Фея был жив.
Временами он ненавидел себя за слабоволие. Покончить с собой, развязать божеству руки… Но потом он вспоминал вкус крови, ласковые пальцы, сводящий с ума запах, и прерывал себя. Нет, у него не хватит духу покончить с собой, пока есть призрачная надежда на то, что старший сможет вытащить его из этого ужасного места.
Ответ из столицы пришел Стиву вечером.
«Учитывая все обстоятельства представленного Вами дела, комиссия склоняется к заключению о влиянии непредвиденных факторов. Дальнейшее разбирательство с участием пострадавшей стороны не требуется. Просим Вас принять меры по обеспечению дополнительной безопасности новых заключенных».
Надсмотрщик дочитал текст и облегченно откинулся на спинку кресла.
— Пронесло? — Берт выписывал круги по центру наблюдения.
— На этот раз да, — отозвался Стив. Он привык наступать на грабли только один раз, и теперь нужно было предпринять все возможные меры. Все, что только придет в голову, лишь бы четверка выживших влилась в тюремный социум. — Приведи мне Фея.
— Как оно? — с порога осведомился Фея, на котором теперь были пресловутые «браслеты». Даже в них он выглядел гордо и вполне вписывался в свое второе прозвище — Король.
— Нормально, — ответил Стив. — Нужно во что бы то ни стало пристроить новеньких. Второго такого случая нам не простят.
— Бритоголовых я не…
— Да погоди ты! — Стив указал королю присесть за стол, а потом перебрался поближе сам, захватив сигареты. — Благородного я пристрою тебе в камеру, делай что хочешь, но парень должен выжить.
— К-какие ненормальные? — оторопел Крошка.
— Да, есть там одни, — отмахнулся Фея. Он не боялся случайно выдать новенькому их общую на весь «Приют» тайну, но не хотел лишнего потока вопросов. Заново вспоминать то, что поставило под удар репутацию Стивви, и его собственную, совсем не хотелось. Следующую партию новеньких он проконтролирует полностью, от начала и до того момента, как детишки присоединятся к разрозненным группировкам.
— Можно спросить? — Крошка закончил возиться со штанами и сел обратно в угол.
— Валяй.
— Мы тут надолго?
Фея несколько секунд пристально смотрел на свой трофей, гадая, не разыгрывает ли тот его, а потом согнулся от приступа хохота.
— Ч-что?
— Ну, ты просто сокровище, — с трудом избавившись от смеха, ответил король. — Расскажешь мне свою историю, обещаю не прикасаться к тебе ни сегодня, ни завтра. Слово Феи! — он воздел палец к потолку, прекрасно понимая, как глупо выглядел бы сейчас даже на мониторах надсмотрщиков. Для Крошки этот жест означал совсем другое, он принял его за чистую монету.
Постепенно оттаивая после пережитого ужаса, он поделился собственной историей. Фея знал, что это постшоковое состояние, и завтра страх перед насильником вернется, но сейчас психике нужен был отдых, пусть даже в обществе мучителя.
История была несложной и даже в какой-то степени рядовой. Только финал оказался необычным. Крошка родился в бедной семье фермера и вместе с другими детьми пытался помочь отцу и матери возделывать поле. Дотации за рождение ребенка испарялись в семьях, подобных его, очень быстро, и родителям приходилось использовать детский труд или постоянно производить новых малышей, чтобы хватило на пропитание большой семье. Замкнутый круг. Фее было интересно, насколько хорошо понимал это сам Крошка, но прерывать и без того сбивчивый рассказ не хотелось. Речь шла о большой дружной семье.
Несколько неурожайных лет подкосили и без того дырявый бюджет многодетной фамилии, и отец принял волевое решение выставить старшего из сыновей на аукцион. Крошка видел в этом проявление любви к маленьким детям, а Фея — чужое безрассудство и неспособность планировать расходы. За мальчика с волосами мышиного цвета давали немного, и отец терпеливо ждал, когда ставки вырастут. Наконец, какому-то аристократу понадобилась экзотика. И вот Крошку взяли в богатый красивый дом, сообщив, что очень скоро он станет вампиром.
— Он тебя трахал? — поинтересовался Фея, когда речь зашла о старшем мальчишки.
— Ч-что?
Святые предки! Его бедная жертва не знает слова «трахать». Фея готов был свалиться с койки от хохота. До чего же эгоистичным должна быть натура существа, которое обращало эту бедняжку. Отправить в жестокий мир вампиров мальчика, который совершенно не представляет себе расклад сил.
Его собственный старший был не таким. Совсем не таким. Фея боготворил его и по сей день. Именно благодаря старшему сейчас его за глаза называли «Королем», и ни одна тварь не смела даже пытаться спихнуть его с метафорического трона. Благодаря старшему Фея был жив.
Временами он ненавидел себя за слабоволие. Покончить с собой, развязать божеству руки… Но потом он вспоминал вкус крови, ласковые пальцы, сводящий с ума запах, и прерывал себя. Нет, у него не хватит духу покончить с собой, пока есть призрачная надежда на то, что старший сможет вытащить его из этого ужасного места.
Ответ из столицы пришел Стиву вечером.
«Учитывая все обстоятельства представленного Вами дела, комиссия склоняется к заключению о влиянии непредвиденных факторов. Дальнейшее разбирательство с участием пострадавшей стороны не требуется. Просим Вас принять меры по обеспечению дополнительной безопасности новых заключенных».
Надсмотрщик дочитал текст и облегченно откинулся на спинку кресла.
— Пронесло? — Берт выписывал круги по центру наблюдения.
— На этот раз да, — отозвался Стив. Он привык наступать на грабли только один раз, и теперь нужно было предпринять все возможные меры. Все, что только придет в голову, лишь бы четверка выживших влилась в тюремный социум. — Приведи мне Фея.
— Как оно? — с порога осведомился Фея, на котором теперь были пресловутые «браслеты». Даже в них он выглядел гордо и вполне вписывался в свое второе прозвище — Король.
— Нормально, — ответил Стив. — Нужно во что бы то ни стало пристроить новеньких. Второго такого случая нам не простят.
— Бритоголовых я не…
— Да погоди ты! — Стив указал королю присесть за стол, а потом перебрался поближе сам, захватив сигареты. — Благородного я пристрою тебе в камеру, делай что хочешь, но парень должен выжить.
Страница 21 из 149
