Фандом: Ориджиналы. Перед вами не одна большая работа, а несколько разного размера, объединенных общей вселенной, атмосферой и затронутыми темами. Они были выложены на «Фикбуке» отдельными текстами, но я принял решение опубликовать весь цикл в хронологическом порядке одним«макси» для удобства читателей. Цикл о«вампирах» занимает для меня особое место в творчестве, поэтому я счел уместным написать небольшое предисловие. Если вы раздумываете, стоит ли погружаться в эту серию работ, возможно, мои пояснения помогут вам сделать правильный выбор.
Добавить в моё избранное
510 мин, 52 сек 14253
Общаться с бритоголовыми, да еще с Самим Оспой он не любил.
— Ох, вы посмотрите, кто пожаловал! — вампир с обезображенной болезнью смертных кожей уставился на Фею взглядом, исполненным презрения и ненависти.
— Я твою шкуру от гильотины спас, Оспа, мог бы и повежливей, — отозвался Фея.
— В гробу я видал твои подачки! Поговаривают, ты с новенького пылинки сдуваешь? Зачастил что-то к нашему Стивви… Никак, задницы лизать научился? — мерзкий грубый голос, прокуренный и обезображенный странным, почти неуловимым речевым дефектом. Сектанты обращали даже таких. Их Священный Кодекс гласил, что самое красивое находится в душе. Стиву казалось, что душа Оспы еще безобразнее тела, но спорить об этом было попросту не с кем.
— Оспа, прикуси язык. Сам знаешь, из-за твоей синеглазки мы все здесь чуть не погорели, — Фея сверкнул недовольным взглядом, но никакого эффекта на собеседника это не произвело.
— Туда ей дорога! — прорычал Оспа, медленно приближаясь к Фее. — Зачем ты ее включил?! Она даже не сообразила, что дохнет! Куда-то подевался, Фея, твой волшебный нюх? Тащи сюда недомерка, живо!
— Да ты совсем обнаглел, лысый! — Фея оскалился, занимая боевую стойку. Приготовился к драке или простая угроза? Стив начал нервничать, происходящее не вписывалось в обычные перепалки между ними.
— Не смей оскорблять меня своим поганым языком! Сначала отмой с него дерьмо Стивви, а потом отк…
Фея прыгнул вперед молниеносно, целясь увенчанными острыми коготками пальцами прямо в глаза бритоголовому. Стив ожидал, что Оспа завопит от боли и отступит, но Фею успели перехватить прямо в воздухе. На него бросились все прихвостни уродца разом, завалив собственными телами.
— Черт… — Стив возле монитора убрал ноги с панели и начал судорожно подводить камеры.
— Задира! Тащи сюда недомерка! — Оспа обратился к стоящему рядом в растерянности охраннику. Что он мог противопоставить трем десяткам здоровенных вампиров? — Фея, похоже, стал импотентом, так хоть мы научим бедняжку местным обычаям.
— Нет! — завопил король, срывая голос. — Не вздумай, Оспа, я тебя урою!
— Что такое, Феечка боится, что его мальчику будет бо-бо? — бритоголовый наклонился над лежащим на полу и отвесил ему шуточный щелбан. — Ты не в том положении, чтобы указывать. Задира, давай сюда мелкого!
— Задира, не смей! — Фея вывернул голову и заглянул в глаза охраннику. — Я запрещаю!
Парень застыл на месте.
— Ну, отлично, сам же все усложняешь, — проскрежетал мерзким голосом Оспа. — Ребята, сгоняйте к Чудиле, отберите у него мальчика. Кажется, Задира вышел из игры.
— Нет, Оспа, не дури, — горячо зашептал Фея сорванным голосом. — Хочешь кого-нибудь трахнуть, трахни меня.
— Тебя?! — Оспа расхохотался. — Я пока еще в своем уме, мне дорого мое хозяйство.
— Я не буду сопротивляться, — Фея закрыл глаза и тяжело вздохнул. — Даю слово.
Стив, прилипший к мониторам, не заметил, как окурок выпал у него из пальцев и оказался на полу. Он смотрел на искаженное внутренней борьбой лицо Фея и не мог поверить, что тот добровольно предлагал себя Оспе. Оспе! Даже прикосновение к этому существу причиняло физическое отвращение надзирателю. Среди бритоголовых Оспа был наиболее отвратительной личностью, во всех смыслах этого слова.
Неужели тебе настолько важно получить вторую порцию данных про старшего, мальчик? Настолько, что ты готов предложить себя в обмен на безликого мышонка, который приглянулся местному надсмотрщику? Стив смотрел на гладкие черные локоны, жидким углем растекшиеся по грязному полу блока. Хорошо, что Фея закрыл глаза. Взгляда Стив бы не выдержал.
Нужно вмешаться. Найти повод, любой, хоть какой-нибудь, чтобы вытащить Фея из этого ужаса. Если бы не просьба Стива, Фея передал бы игрушку по рукам, не задумываясь. Больше того, он был бы первым, доказывая свой авторитет окружающим. Фея всегда был первым. До сегодняшнего дня.
— Не будешь сопротивляться? — похоже, предложение заинтересовало Оспу. — Там, на столе, при всех, — он указал рукой на общий зал.
Фея впился в бритоголового взглядом, исполненным такой ненависти, что тот попятился, несмотря на удерживающих Фею головорезов.
— Хорошо, — процедил Король. — Там. На столе. При всех.
Стив уронил голову на руки, вцепившись пальцами в короткие волосы. Святые предки, что он наделал! Он понял, что своей блажью подставил Фея сильнее, чем те, из-за кого он попал в «Приют». До сих пор король распоряжался своим телом и временем так же свободно, как делал это любой аристократ вне стен тюрьмы. Если Оспа возьмет его в общем зале, при всех, Фея никогда уже не станет королем.
Хорошо, что вечером никого, кроме Стива, в центре наблюдения так и не появилось. Он не хотел, чтобы его видели в таком состоянии. Глядя на то, что Оспа делает с королем, надсмотрщик курил одну сигарету за другой, уповая на дешевые синтетические опиаты.
— Ох, вы посмотрите, кто пожаловал! — вампир с обезображенной болезнью смертных кожей уставился на Фею взглядом, исполненным презрения и ненависти.
— Я твою шкуру от гильотины спас, Оспа, мог бы и повежливей, — отозвался Фея.
— В гробу я видал твои подачки! Поговаривают, ты с новенького пылинки сдуваешь? Зачастил что-то к нашему Стивви… Никак, задницы лизать научился? — мерзкий грубый голос, прокуренный и обезображенный странным, почти неуловимым речевым дефектом. Сектанты обращали даже таких. Их Священный Кодекс гласил, что самое красивое находится в душе. Стиву казалось, что душа Оспы еще безобразнее тела, но спорить об этом было попросту не с кем.
— Оспа, прикуси язык. Сам знаешь, из-за твоей синеглазки мы все здесь чуть не погорели, — Фея сверкнул недовольным взглядом, но никакого эффекта на собеседника это не произвело.
— Туда ей дорога! — прорычал Оспа, медленно приближаясь к Фее. — Зачем ты ее включил?! Она даже не сообразила, что дохнет! Куда-то подевался, Фея, твой волшебный нюх? Тащи сюда недомерка, живо!
— Да ты совсем обнаглел, лысый! — Фея оскалился, занимая боевую стойку. Приготовился к драке или простая угроза? Стив начал нервничать, происходящее не вписывалось в обычные перепалки между ними.
— Не смей оскорблять меня своим поганым языком! Сначала отмой с него дерьмо Стивви, а потом отк…
Фея прыгнул вперед молниеносно, целясь увенчанными острыми коготками пальцами прямо в глаза бритоголовому. Стив ожидал, что Оспа завопит от боли и отступит, но Фею успели перехватить прямо в воздухе. На него бросились все прихвостни уродца разом, завалив собственными телами.
— Черт… — Стив возле монитора убрал ноги с панели и начал судорожно подводить камеры.
— Задира! Тащи сюда недомерка! — Оспа обратился к стоящему рядом в растерянности охраннику. Что он мог противопоставить трем десяткам здоровенных вампиров? — Фея, похоже, стал импотентом, так хоть мы научим бедняжку местным обычаям.
— Нет! — завопил король, срывая голос. — Не вздумай, Оспа, я тебя урою!
— Что такое, Феечка боится, что его мальчику будет бо-бо? — бритоголовый наклонился над лежащим на полу и отвесил ему шуточный щелбан. — Ты не в том положении, чтобы указывать. Задира, давай сюда мелкого!
— Задира, не смей! — Фея вывернул голову и заглянул в глаза охраннику. — Я запрещаю!
Парень застыл на месте.
— Ну, отлично, сам же все усложняешь, — проскрежетал мерзким голосом Оспа. — Ребята, сгоняйте к Чудиле, отберите у него мальчика. Кажется, Задира вышел из игры.
— Нет, Оспа, не дури, — горячо зашептал Фея сорванным голосом. — Хочешь кого-нибудь трахнуть, трахни меня.
— Тебя?! — Оспа расхохотался. — Я пока еще в своем уме, мне дорого мое хозяйство.
— Я не буду сопротивляться, — Фея закрыл глаза и тяжело вздохнул. — Даю слово.
Стив, прилипший к мониторам, не заметил, как окурок выпал у него из пальцев и оказался на полу. Он смотрел на искаженное внутренней борьбой лицо Фея и не мог поверить, что тот добровольно предлагал себя Оспе. Оспе! Даже прикосновение к этому существу причиняло физическое отвращение надзирателю. Среди бритоголовых Оспа был наиболее отвратительной личностью, во всех смыслах этого слова.
Неужели тебе настолько важно получить вторую порцию данных про старшего, мальчик? Настолько, что ты готов предложить себя в обмен на безликого мышонка, который приглянулся местному надсмотрщику? Стив смотрел на гладкие черные локоны, жидким углем растекшиеся по грязному полу блока. Хорошо, что Фея закрыл глаза. Взгляда Стив бы не выдержал.
Нужно вмешаться. Найти повод, любой, хоть какой-нибудь, чтобы вытащить Фея из этого ужаса. Если бы не просьба Стива, Фея передал бы игрушку по рукам, не задумываясь. Больше того, он был бы первым, доказывая свой авторитет окружающим. Фея всегда был первым. До сегодняшнего дня.
— Не будешь сопротивляться? — похоже, предложение заинтересовало Оспу. — Там, на столе, при всех, — он указал рукой на общий зал.
Фея впился в бритоголового взглядом, исполненным такой ненависти, что тот попятился, несмотря на удерживающих Фею головорезов.
— Хорошо, — процедил Король. — Там. На столе. При всех.
Стив уронил голову на руки, вцепившись пальцами в короткие волосы. Святые предки, что он наделал! Он понял, что своей блажью подставил Фея сильнее, чем те, из-за кого он попал в «Приют». До сих пор король распоряжался своим телом и временем так же свободно, как делал это любой аристократ вне стен тюрьмы. Если Оспа возьмет его в общем зале, при всех, Фея никогда уже не станет королем.
Хорошо, что вечером никого, кроме Стива, в центре наблюдения так и не появилось. Он не хотел, чтобы его видели в таком состоянии. Глядя на то, что Оспа делает с королем, надсмотрщик курил одну сигарету за другой, уповая на дешевые синтетические опиаты.
Страница 25 из 149
