Вампиры

— Вы напрасно так считаете, Элджерон, — отозвался «милорд», постепенно успокаиваясь. Странно, что банальное «на побегушках» так задело его. — Я здесь из-за вас.

Фея уставился на офицера с выражением почти детского удивления. Стив, должно быть, выглядел сейчас не лучше.

— Не надо так смотреть на меня. Корвин, в конце концов, далеко не центр вселенной. То, что я расскажу сейчас, останется в этой комнате. Вас, Стивен, в любом случае придется снять с должности. Вашу безответственность в последнем инциденте не получится оправдать вмешательством заключенного. К счастью для вас, Элизабет, старшая Вильяма, в коридоре убивается о его пропавшей душе, так что мальчик теперь — списанный материал. Она не запросит подробное разбирательство.

Крошка дернулся, как от пощечины, но не издал ни звука.

— Учитывая вашу случайную роль, я оставлю вашу судьбу на усмотрение Элджерона, а он, судя по всему, успел к вам изрядно привязаться. Совет на будущее, Стив, не надо доверять свои дела помощнику. Берт работал на Корвина задолго до того, как сюда поместили Фею. Фактически Элджерон — мальчик с портрета, описанного Бертом на основе тех наблюдений, что он сделал за время своей работы в «Приюте». Синеглазка запускала очень простую и грубую процедуру уничтожения заложника, чтобы… как это говорится… пустить концы в воду, но вы ухитрились вставить столько палок в колеса, да еще раскопать о Корвине последние сведения… В какой-то момент для него ваша общая смерть стала персональным поручением Предков. Мне пришлось вмешаться, — «милорд» устало вздохнул. За этим вздохом Стив увидел сотни загубленных жизней. — Теперь, Элджерон, мне нужен ты.

— Нужен я? — Фея в своей растерянности был сейчас больше похож на молодого вампира, чем когда-либо за все время своего пребывания в «Приюте». — Зачем?

— Корвин был центральной фигурой в очень сложном механизме, завязанном на кровном родстве. Мне нужно сохранить этот механизм, пусть и не в первоначальном виде. Так что придется тебе пойти со мной.

— Куда?

Стив усмехнулся. Даже ему было ясно, куда. Крошка рядом с ним тоже по-детски искренне захихикал.

— Сначала в пятый сектор, рассказать, что к чему, а потом в столицу.

— Эти двое поедут со мной, — выдал вдруг Фея. От такого ультиматума, выдвинутого окруженному штурмовиками Императора офицеру, у Стива сердце упало в пятки.

— Пусть едут, — пожал плечами «милорд». — Мне нужно только, чтобы они не мешались под ногами, а ты был дееспособен. Придется из кожи вон вылезти, чтобы заслужить уважение людей Корвина. Кровь они узнают, но ты молод…

— Черт с ним с возрастом, — Фея усмехнулся своей фирменной «королевской» улыбкой. — Хуже, чем здесь, там не будет. — Ты очень плохо знаешь столицу, мальчик, — милорд«направился к выходу. — Идите за мной. Вильям, не отвлекайся на Элизабет, пожалуйста, задерживаться здесь мы не будем.»

— Милорд, могу я узнать, кого вы поставите старшим надсмотрщиком? — было до ужаса важно сейчас узнать эту нелепую деталь. Стив сам не понимал, почему.

— Уважаемого Герберта, разумеется, — невозмутимо отозвался «милорд». — Он прекрасно показал себя в этой операции.

Когда Фея, Крошка и Стив разместились в тесном отсеке военного корабля, бывший надсмотрщик отыскал в шкафчике запасной комплект рабочей одежды. Крошка нацепил ее и уселся на верхнюю койку, как раньше в тюремном блоке.

— Спасибо, Фея, — искренне поблагодарил он. — Без тебя нас бы убили.

— Да ладно, что вы, в конце концов, мы же друзья, — с наигранным пафосом отозвался Элджерон. Стив посмотрел на хрупкое детское тело, устало привалившееся к металлической внутренней обшивке корпуса, и подумал, что, наверное, на самом деле, Фея просто боялся остаться один.

— А он ничего, да? — выдал вдруг Фея. — Этот тип без нашивок? Нормальный, вроде.

— Ты ему нужен, Фея, — отозвался Стив. — Каким бы он ни был, ты нужен ему живым и здоровым. На этот раз за пределами «Приюта».

— Спасибо, Стив, — Фея закрыл глаза, потихоньку расслабляясь. — Спасибо, что подыграл.

Стив хотел ответить, что ему вовсе не нужно было подыгрывать, и он сказал это искренне, но его плеча осторожно коснулась ладонь Крошки. Тот отрицательно покачал головой.

Не надо, не говори. Так ему будет проще.

3. Реквием по Элджерону

Бесконечное плато, вдоль линии горизонта пылающее отголосками алого заката. Он стоял в центре мира, ощущая, что вокруг на многие мили нет ни души. Растения и животные в атмосфере этой планеты просто не смогли бы существовать. Только такие, как он.

Транспортник, оставшийся в стареньком космическом порту, был единственной целом секторе машиной, способной доставить разумное существо до ближайшей колыбели жизни.

Одиночество. Подлинное одиночество и абсолютная тишина.

Минимальная гравитация, крайне бедная атмосфера и легкий фон радиации, от которого кожа неприятно покалывала.