Вампиры

Аристократ за решеткой — должно быть, его проступок был поистине чудовищным.

— Слухи верные, — кивнул генерал. — Расскажи, что еще ты слышал.

— Разное, — Николас положил голову на плечо, вывернув шею неестественным для смертного образом. Он был настоящим вампиром из страшных человеческих сказок. В нем было больше жути, чем в серийных убийцах из отчетов ИСБ, хотя он просто стоял по другую сторону стекла от Гильермо и смотрел. — Я слышал, что птенчика хотят убить. Слышал, что это произойдет скоро.

— Ты слышал, кто? — напрямик спросил Бергштейн.

Николас перевел взгляд на Гильермо и долго молчал, разглядывая детали одежды, задержавшись взглядом на кортике, качая головой из стороны в сторону.

— Итан учил тебя, мальчик? — заключенный обратился к Гильермо.

Вспомнив, о чем просил в лифте Бергштейн, Гильермо осторожно кивнул.

— Выйди из комнатки, мальчик, — прошептал Николас. — Поживи еще немножко.

Гильермо покосился на своего спутника — генерал коротко кивнул. Лейтенант вышел и остановился перед дверью, чувствуя себя лишней деталью механизма. Он словно отработал положенный срок, а теперь его нужно было заменить. Система заботилась о том, чтобы в ее организме были только пригодные детали. И Гильермо по какой-то причине отбраковали.

— Тебе на хвост сели федералы, — усмехнулся Николас, — какой позор.

— Ты сидишь в клетке, — в ответ усмехнулся Бергштейн. — Вот где настоящий позор.

— Я не буду делать то, что тебе нужно, Рэйли. Даже по старой памяти. Ты пришел сюда зря.

— Я могу найти других. Но я думал помочь старому другу.

— Помочь? Он никогда не простит тебе. Не простит никому из вас.

— Давно ты отрекся от старшего, Николас? Давно забыл это чувство? Тебе не стыдно?

— Две эпохи в клетке? — Николас отступил от стекла и отвернулся. — Считаешь, я могу думать о чем-то еще?

— Он бы хотел этого. Он бы хотел…

— Нет. Он никогда не сделал бы такого со своим младшим.

— Как знаешь, Ник. Я надеялся, что ты поймешь меня.

— Я понимаю, Рэйли. Просто не могу помочь.

Бергштейн вышел хмурым, и Гильермо не стал его ни о чем спрашивать. Они прошли к лифту и поднялись в холл филиала молча. Генерал был погружен в свои мысли, а Гильермо гадал, сколько еще заключенных увидит сегодня.

В планере Бергштейн смилостивился и рассказал лейтенанту немного полезной информации. Гильермо не представлял себе, как эти сведения помогут делу, но покорно слушал. Встреча с таинственным заключенным ИСБ подействовала на него сильней фляжки с настоящей кровью.

— Николас находится там уже много веков. Вампиры его возраста неплохо владеют магией крови, и при желании Николас может подслушивать мысли существ, в которых течет его кровь. Таких при его возрасте много. Кроме того, он лично заинтересован в безопасности Элджерона. У меня не хватит полномочий выпустить его из клетки, но я надеялся, что он поможет нам информацией.

Гильермо не верил своим ушам. Он помнил, сколько раз пил кровь из бутылки, не задумываясь о том, что делает. Помнил, что в некоторых случаях кровь давали ему старшие офицеры. Несколько раз кровь ему давал Итан. Если подумать об этом в разрезе сказанного, выходит, что он, Гильермо, ходячий спутник для древних вампиров. Лейтенанта передернуло. Представление, в котором он был марионеткой, становилось все меньше похоже на реальность, к которой Гильермо привык.

— Теперь мы поговорим с другим древним вампиром. Постарайся сохранять хладнокровие, — объяснил Бергштейн, когда планер остановился на площадке возле частного дома. Немыслимая роскошь по столичным меркам.

Гильермо выпрыгнул из транспортника и осмотрелся. Кроме площадки для планеров на территории особняка был небольшой сад и пара непонятного назначения пристроек. Сверху особняк защищал надежный кинетический купол. Возле главного входа, заброшенного, занесенного листвой, стоял вампир. Он заметил Бергштейна и пару сопровождающих, махнул им рукой и пошел в дом, оставив дверь открытой. Бергштейн, как и в первый раз, приказал рядовым оставаться у транспортника.

Дом выглядел заброшенно и жалко. Гильермо никогда в жизни не бывал в домах столичной аристократии. Все вокруг было выполнено из натуральных материалов. Настоящий камень, кожа, цветы, шерсть, меха, драгоценные камни. Такая отделка стоила баснословных денег, но все покрывал толстый слой пыли, а мебель местами была разрушена, словно здесь устраивали обыск наименее квалифицированные сотрудники ИСБ.

— Ордер у вас, конечно же, есть? — крикнул хозяин дома из соседней комнаты. Они прошли дальше и увидели, что он сидит в кресле возле окна, выходящего в сад. В этой комнате был все тот же непонятный беспорядок.

— Нет, мы по другому поводу, — ответил Бергштейн.

Гильермо, наконец, смог рассмотреть вампира.