Фандом: Ориджиналы. Перед вами не одна большая работа, а несколько разного размера, объединенных общей вселенной, атмосферой и затронутыми темами. Они были выложены на «Фикбуке» отдельными текстами, но я принял решение опубликовать весь цикл в хронологическом порядке одним«макси» для удобства читателей. Цикл о«вампирах» занимает для меня особое место в творчестве, поэтому я счел уместным написать небольшое предисловие. Если вы раздумываете, стоит ли погружаться в эту серию работ, возможно, мои пояснения помогут вам сделать правильный выбор.
Добавить в моё избранное
510 мин, 52 сек 14284
Это было похоже на жест Николаса. Он разглядывал существо, которое находилось в тысячах лет от него.
— Тем не менее вы помогали раскрывать дела, — рявкнул Бергштейн. Его лицо искажала гримаса злости, и он, казалось, вовсе забыл о свидетеле своего неожиданного позора, потому что смотрел только на Дориана.
— Действительно, вы очень внимательны, генерал, — кивнул хозяин дома. — Следователи ИСБ приходили ко мне за помощью, вводили в курс дела, и я анализировал информацию, используя ту память о фамилиях аристократов, которая доступна мне в силу моего опыта. Благодаря этим данным и моему образованию я помогал им прийти к нужным выводам.
Гильермо отчетливо расслышал скрежет зубов.
— Дориан, вы были младшим Его Величества.
Гильермо дернулся на диване, его глаза округлились от ужаса и восхищения.
— Мне это известно, генерал.
— Вы не могли отказаться от магии крови!
— Генерал, за моими действиями следит совет Высших, решение которых я нахожу унизительным, но подчиняюсь беспрекословно, как и надлежит преданному гражданину Империи. Если вы хотите обвинить меня в государственной измене и проверить мой дом на наличие запрещенных предметов, я могу…
— Перестань! — Бергштейн снова вскочил на ноги. — Прекрати делать вид, что не знаешь, будто мальчишку, который увел у тебя из под носа глоток Его крови, такие как ты…
— Генерал, — Дориан впервые повысил голос, оборвав тираду Бергштейна, — вы пришли в мой дом и оскорбляете младшего Его Величества, надеясь на мою помощь? Его выбор священен, и я не потерплю таких слов в своем присутствии. Совет запретил мне использовать магию крови, но я могу убить вас без помощи магии, при вашем возрасте это не составит большого труда. Если вам нечего больше спросить и если вы не хотите перейти к использованию силы, я советую вам покинуть мой дом и ожидать приглашения к трибуналу Совета.
Бергштейн замер, с его лица сползала гримаса гнева. Он был напуган и, кажется, окончательно забыл о Гильермо.
— Я нахожусь здесь с санкции…
— Убирайтесь, генерал, — повторил Дориан, — вы оскорбили Элджерона и пытались обвинить меня в государственной измене неоднократно. Нам больше не о чем говорить.
— Ведь он тебя предал, — прошептал Бергштейн. — Он предал тебя и сотню других Высших. Вы должны были оказаться на месте Элджерона. Вы должны были…
Гильермо ждал, что Дориан поднимется с места и ударит генерала, но хозяин дома просто закрыл глаза. Он молча слушал то, что говорил Бергштейн, но никак на это не реагировал.
— Вы должны были встать на его место. Корвин должен был… Как ты можешь так просто смотреть на это и ничего не делать. Половина Столицы желает его смерти! Неужели тебе все равно?
Дориан молчал, и, наконец, Бергштейн понял — тот не произнесет больше ни слова. Пытки и угрозы не помогут. Генерал встал со своего места и пошел к выходу, а Гильермо, как завороженный, сидел и смотрел перед собой, прямо на фигуру замершего в медитации вампира. Бергштейн шумно хлопнул дверью.
— Тебе грозит большая опасность, мальчик, — сказал Дориан, резко открыв глаза. Взгляд его был пронзителен, и Гильермо удивился, как без использования магии крови вампир мог добиться подобного эффекта. Все его тело словно окаменело под взглядом ярко-алых глаз. — Бергштейн обязан отчитываться своему руководству. Он играет грубо и неумело, поэтому пустит в расход всех, кто окажется у него на пути. Найди себе покровителя. Тебе понадобится защита, когда все закончится.
Гильермо не знал, что ответить. Он впервые видел кого-то из императорской семьи. Возраст вампира перед ним был, вероятно, астрономическим. Сотни тысяч лет, больше? Гильермо не понимал, что двигало такими существами. Сам он мечтал о карьере и, возможно, славе, но Дориан жил в обшарпанном особняке, и никто давно не слышал о нем. Ему было запрещено даже связываться с другими вампирами. Он бы заперт здесь. Сколько? Неужели со дня Коронации? Пять сотен лет в таком убогом месте?
— Не жалей меня, мальчик, — улыбнулся Дориан, и его улыбка показалась лейтенанту искренней. — Позаботься лучше о себе. Тебе не удастся спасти Элджерона. Попытайся хотя бы спасти самого себя.
— Так вы…
Дориан приложил палец к губам и кивнул на выход, а Гильермо по дороге думал о том, что Бергштейн своим визитом дал древнему вампиру достаточно информации для того, чтобы тот понял о покушении на младшего Императора.
Генерал ждал в планере, хмурый и сосредоточенный.
— Он сказал тебе что-нибудь?
— Что мне скоро крышка, — честно ответил Гильермо. Бергштейн посмотрел на него, отвернулся и велел пилоту лететь в следующий пункт назначения.
Гилхард ждал гостя, нетерпеливо перебирая в руке четки. Фокус заключался в том, чтобы создавать ровный для человеческого уха шум. Шелест, похожий на тот, что доносится из осеннего леса.
— Тем не менее вы помогали раскрывать дела, — рявкнул Бергштейн. Его лицо искажала гримаса злости, и он, казалось, вовсе забыл о свидетеле своего неожиданного позора, потому что смотрел только на Дориана.
— Действительно, вы очень внимательны, генерал, — кивнул хозяин дома. — Следователи ИСБ приходили ко мне за помощью, вводили в курс дела, и я анализировал информацию, используя ту память о фамилиях аристократов, которая доступна мне в силу моего опыта. Благодаря этим данным и моему образованию я помогал им прийти к нужным выводам.
Гильермо отчетливо расслышал скрежет зубов.
— Дориан, вы были младшим Его Величества.
Гильермо дернулся на диване, его глаза округлились от ужаса и восхищения.
— Мне это известно, генерал.
— Вы не могли отказаться от магии крови!
— Генерал, за моими действиями следит совет Высших, решение которых я нахожу унизительным, но подчиняюсь беспрекословно, как и надлежит преданному гражданину Империи. Если вы хотите обвинить меня в государственной измене и проверить мой дом на наличие запрещенных предметов, я могу…
— Перестань! — Бергштейн снова вскочил на ноги. — Прекрати делать вид, что не знаешь, будто мальчишку, который увел у тебя из под носа глоток Его крови, такие как ты…
— Генерал, — Дориан впервые повысил голос, оборвав тираду Бергштейна, — вы пришли в мой дом и оскорбляете младшего Его Величества, надеясь на мою помощь? Его выбор священен, и я не потерплю таких слов в своем присутствии. Совет запретил мне использовать магию крови, но я могу убить вас без помощи магии, при вашем возрасте это не составит большого труда. Если вам нечего больше спросить и если вы не хотите перейти к использованию силы, я советую вам покинуть мой дом и ожидать приглашения к трибуналу Совета.
Бергштейн замер, с его лица сползала гримаса гнева. Он был напуган и, кажется, окончательно забыл о Гильермо.
— Я нахожусь здесь с санкции…
— Убирайтесь, генерал, — повторил Дориан, — вы оскорбили Элджерона и пытались обвинить меня в государственной измене неоднократно. Нам больше не о чем говорить.
— Ведь он тебя предал, — прошептал Бергштейн. — Он предал тебя и сотню других Высших. Вы должны были оказаться на месте Элджерона. Вы должны были…
Гильермо ждал, что Дориан поднимется с места и ударит генерала, но хозяин дома просто закрыл глаза. Он молча слушал то, что говорил Бергштейн, но никак на это не реагировал.
— Вы должны были встать на его место. Корвин должен был… Как ты можешь так просто смотреть на это и ничего не делать. Половина Столицы желает его смерти! Неужели тебе все равно?
Дориан молчал, и, наконец, Бергштейн понял — тот не произнесет больше ни слова. Пытки и угрозы не помогут. Генерал встал со своего места и пошел к выходу, а Гильермо, как завороженный, сидел и смотрел перед собой, прямо на фигуру замершего в медитации вампира. Бергштейн шумно хлопнул дверью.
— Тебе грозит большая опасность, мальчик, — сказал Дориан, резко открыв глаза. Взгляд его был пронзителен, и Гильермо удивился, как без использования магии крови вампир мог добиться подобного эффекта. Все его тело словно окаменело под взглядом ярко-алых глаз. — Бергштейн обязан отчитываться своему руководству. Он играет грубо и неумело, поэтому пустит в расход всех, кто окажется у него на пути. Найди себе покровителя. Тебе понадобится защита, когда все закончится.
Гильермо не знал, что ответить. Он впервые видел кого-то из императорской семьи. Возраст вампира перед ним был, вероятно, астрономическим. Сотни тысяч лет, больше? Гильермо не понимал, что двигало такими существами. Сам он мечтал о карьере и, возможно, славе, но Дориан жил в обшарпанном особняке, и никто давно не слышал о нем. Ему было запрещено даже связываться с другими вампирами. Он бы заперт здесь. Сколько? Неужели со дня Коронации? Пять сотен лет в таком убогом месте?
— Не жалей меня, мальчик, — улыбнулся Дориан, и его улыбка показалась лейтенанту искренней. — Позаботься лучше о себе. Тебе не удастся спасти Элджерона. Попытайся хотя бы спасти самого себя.
— Так вы…
Дориан приложил палец к губам и кивнул на выход, а Гильермо по дороге думал о том, что Бергштейн своим визитом дал древнему вампиру достаточно информации для того, чтобы тот понял о покушении на младшего Императора.
Генерал ждал в планере, хмурый и сосредоточенный.
— Он сказал тебе что-нибудь?
— Что мне скоро крышка, — честно ответил Гильермо. Бергштейн посмотрел на него, отвернулся и велел пилоту лететь в следующий пункт назначения.
Гилхард ждал гостя, нетерпеливо перебирая в руке четки. Фокус заключался в том, чтобы создавать ровный для человеческого уха шум. Шелест, похожий на тот, что доносится из осеннего леса.
Страница 50 из 149
