Возвращение с того света

На втором этаже я выглянула в окно, мне показалось, я увидела силуэт моего мужа. Скорей туда! Сбежав по ступеням на первый этаж, и легко распахнув тяжелые входные двери, я выбежала во двор. Ремус! Где ты? Я спустилась по ступенькам, сделала несколько шагов по глубокому снегу и упала на колени. Почему снег? Я ведь помню, здесь росла молодая зеленая травка… А на ней… Распластавшись и уставившись невидящими глазами в звездное небо, лежал он, мой любимый, мой дорогой… Я корчилась в рыданиях и каталась по земле, пока меня не привели в чувство похлопыванием по щекам. Надо мной склонилась Миневра Макгонаггал.

— Нимфадора, девочка… — она погладила меня по голове и попыталась поднять с земли. — Помогите мне, — обратилась она к Гарри и Джинни.

Меня подняли и проводили в кабинет директора, там усадили в глубокое кресло и директриса стала сразу заваривать чай.

— Тебе надо согреться, выпей горяченького, — сказала она, поднося мне чашку с дымящимся чаем. Я обхватила чашку двумя руками. Меня действительно трясло, то ли от холода, то ли от шока. Профессор Макгонаггал кинула горсть порошка в камин и заглянула туда.

— Поппи, зайди ко мне, будь добра, и захвати чего-нибудь успокоительного.

Она обернулась ко мне и погладила по щеке.

— Я так понимаю, ты все вспомнила, Нимфадора?

Я молча кивнула. Да, похоже, моя память вернулась ко мне. Я узнала кабинет, в котором бывала еще при Дамблдоре, сразу узнала мадам Помфри, школьную медсестру, даже вкус хогвартских булочек, которыми меня чуть ли не насильно, накормили, напомнил мне о детстве. Я пила горячий чай, с привкусом трав, а все вокруг сидели и молча ждали, когда я окончательно приду в себя.

— Спасибо, — проговорила я, обводя взглядом присутствующих. — Я действительно вспомнила… Все… и Хогвартс, и вас всех, и бой, и… — я почувствовала комок в горле, говорить о Ремусе я не могла.

Профессор Макгонаггал позволила воспользоваться ее камином, и я тут же оказалась дома. Она последовала за мной и сама рассказала все маме. Я очень была благодарна за это профессору, потому что сама не имела сил даже на разговоры. Сверху раздался голосок Тедди. Мой сыночек, мой малыш проснулся! Я попрощалась с директрисой и пошла к нему.

Все последующие дни я пребывала в странном состоянии, переживая смерть мужа, которая произошла больше, чем полгода назад, и, наконец, осознала, что для меня значит эта потеря. Я очень благодарна моей мамочке, которая помогла мне не впасть в депрессию. Она рассказала о своих мыслях и чувствах, которые она испытывала, когда погиб мой папа, и я сделала вывод: да, смерть Ремуса — очень большая потеря, но я осталась жива, и значит, должна думать о том, как жить дальше.

Я вспомнила, что обещала сообщить Роману, когда ко мне вернется память, в конце концов, это его непосредственно касается.

Я поднялась в свою комнату и нашла коробочку, где лежал телефон. Достав его, я нажала на кнопочку, но экран не засветился. Я жала и жала, но результата не было. Мне вспомнились слова Романа о том, что телефон нуждается в подзарядке, достала шнур и задумалась: где же мне его зарядить? Мама посоветовала обратиться к Гермионе, я тут же отправилась к ней.

Гермиона еще училась в Хогвартсе, но по случаю каникул жила в доме своих родителей. Я показала ей мой телефон и объяснила ситуацию. Она совершенно не удивилась, наоборот, оказалось, у нее тоже есть мобильный.

— Родители подарили, чтобы я могла с ними связываться, это намного быстрее сов, — объяснила она. — В Хогвартсе он, правда, не работает, но в других местах я им успешно пользуюсь. Давай свою зарядку, — она подсоединила шнур к телефону и включила его в розетку.

— И сколько нужно времени, чтобы зарядилось? — спросила я.

— Несколько часов, давай пока кофе выпьем, — предложила Гермиона, и мы прошли на кухню.

Гермиона ловко справлялась с кухонной утварью: чашки, не пролив и капли, плавно перелетели на стол, ложечки насыпали сахар не просыпав и крупинки. Классно! У меня так никогда не получалось, вечно что-то разбиваю, роняю, разливаю.

Как только мы с мамой убедились, что мои волшебные навыки возвратились, мы отправились в Лондон, в магазин Оливандера. Там я, перепробовав не один десяток палочек, выбрала ту, что подошла мне. Старик удовлетворенно кивал, глядя, как я колдую.

— Да, мисс, это — ваша палочка, однозначно. Можжевельник, сердцевина — волос оборотня, она вообще никого не хотела слушаться, а вас признала… Как будто специально для вас изготовлена.

— Волос оборотня? — удивилась мама. — Впервые слышу о таком.

— Да, вы знаете, лет пять назад прогуливался как-то в Запретном лесу в поисках новых материалов и наткнулся на клок шерсти оборотня, у меня возникла бредовая идея использовать его для сердцевины волшебной палочки. Это первый и единственный экземпляр! Когда я понял, какой сложный характер имеет эта палочка, я оставил эту идею.