Фандом: Доктор Кто, Секретные материалы. Эта история о том, как два сильно третьестепенных героя вынуждены бегать по времени и пространству и решать проблемы, возникшие из-за главного. Попутно создавая новые, но это уже детали. А еще она о том, что прогрессорство до добра не доводит, а уж в собственных интригах можно запутаться на раз-два. И о том, что люди в общей своей массе — существа чудовищно непредсказуемые. И не только люди.
Добавить в моё избранное
216 мин, 51 сек 17378
Никогда. Он осторожно заглянул в проем. Столики, буфет… столовая!
— О, вы тоже пришли пообедать? Заходите, места хватит всем! — радушно сказал человек, сидевший за одним из столиков, и широко улыбнулся. На заросшем черной грязью, но гладко выбритом лице сверкнули белоснежные зубы. — Заходите, чего вы ждете, друзья?
Пеппи медленно опустила оружие.
— Как же у него чип-то переклинило, — вполголоса сказала она. — Заходим. Он не опасен.
Саид Перогалек — так представился «робинзон» — безостановочно болтал и ел, ел и болтал. Мега, который сначала опасался его, минут через пять устал слушать и вышел в коридор. Оттуда периодически доносился шорох комм-связи.
— Я всего в шаге от повышения! Передайте мне соль, будьте добры… Спасибо! Повышения, да. Еще немного, и мне пришлют приглашение на пятисотый этаж. Моя новая разработка… — Перогалек хитро прищурился сквозь грязную завесу волос. — Нет, нет, не просите, не скажу. Где-то тут лежал мой медиа-план! Вы не видели?
— Что это с ним? — наклонившись к Пеппи, вполголоса спросил Мортимус.
— Закоротило чип в мозгу, — тихо ответила Пеппи, зачарованно следя за тем, как обезумевший «робинзон» поглощает сублимированный обед-рацион. — Посмотри, какой он модный. Волосами зарос, как дикарь, а они сами в прическу укладываются, бриться ему не надо, и пахнет от него ароматизатором, а не п?том. Полный апгрейд, очень дорогой, это тебе не ледяная блевотина. Высокопоставленный тип, как бы не директор по маркетингу.
Ароматизатором?! Какая мерзость! Мортимус наморщил нос. Иногда люди все-таки умудрялись удивить его, и это был именно тот случай.
— Так клубника — это…
— Да, он просто грязный, — перебила его Пеппи. — Не удивлюсь, если те шарики возле лифта — это его дерьмо. Утилитарность и свобода для творчества, вот наш девиз.
— Так вот что это за запах, — вставил Сек. Пеппи быстро обернулась к нему.
— Иногда ты меня пугаешь, — сказала она. — Как это у тебя получается — исчезать из виду? Расскажешь?
— Пятисотый этаж — это же мечта! Мечта всех и каждого! — громко выкрикнул Перогалек и отбросил опустевший поднос за спину. — И мне остался всего шаг, маленький шажок до нее!
— Говорят, там стены золотые, — мечтательно прогудел заглянувший в столовую Мега. — Вот доберемся…
Он вздохнул, вытащил из ближайшего стеллажа поднос с рационом и зашуршал оберткой.
— Я скоро презентую главному редактору мою новую идею. Портфолио… Не покажу, — Перогалек пригнулся и заозирался, скаля зубы, как дикий зверек. — А вы кто? А! Сейчас же обед. — Он обернулся и посмотрел на нарисованные на стене часы. — Приятного аппетита, коллеги. Над чем работаете?
Пеппи встала из-за стола.
— Хорошенького понемножку. Пойду осмотрюсь, — сказала она, — пока вы тут ведете светскую беседу. Не пропадайте!
Она вышла в коридор, к Меге, что-то сказала ему, а потом ее легкие шаги стихли.
— Никогда не думал, что люди могут быть такими же, как таймлорды, — не отводя взгляда от «робинзона», негромко сказал Сек.
Что?! Это кого он тут психом назвал?
— Далеки тоже такими бывают, — огрызнулся Мортимус.
— Бывают, — без тени обиды кивнул Сек. — Интересное изменение личности. Только этот человек не опасен ни для кого, кроме себя. У тебя чип в мозгу? — спросил он «робинзона». Тот удивленно уставился на Сека. Ингибитор восприятия влиял и на него тоже.
— Какая удивительная модификация! — воскликнул Перогалек. — Это модно? Ни разу такого не видел. Тентакли… Как смело! Надо будет поговорить с моим хирургом… Да, у меня самый современный чип. Абракафокус!
На его лбу открылось небольшое круглое отверстие — от силы дюйм в диаметре.
— Видишь? Это мой мозг, — гордо сказал Перогалек, показывая пальцем. — А у тебя весь наружу. Ты, наверное, сможешь передать сверхбольшой массив новостей. Передай мне заодно вон тот поднос… благодарю. Абракафокус!
Отверстие на его лбу закрылось. Перогалек, сгорбившись над подносом, начал жадно поглощать зеленый горошек, на время позабыв о своих гостях. Сек покачал головой, его щупальца недоуменно задрожали.
— Зачем он модифицировал себя, если это такой риск? — спросил он.
— Люди… — размыто ответил Мортимус. Его занимал совсем другой вопрос. Если цитата из коридора принадлежала Оруэллу, то о каком острове говорилось в зале? Он никак не мог вспомнить, хотя ответ вертелся на кончике языка. Что-то очень знакомое…
— Эй, вы здесь еще не уснули? — в столовую заглянула Пеппи. — Он изрисовал все близлежащие коридоры. Если мой чип так закоротит и некому будет его наладить, лучше бы меня пристрелили. Знаете, что написано дальше? «Сегодня мы танцуем пасадобль»!
Перогалек вскочил, отшвырнув поднос. Недоеденное пюре художественно разбрызгалось по полу.
— Вы подсмотрели в мою презентацию, презентацию!
— О, вы тоже пришли пообедать? Заходите, места хватит всем! — радушно сказал человек, сидевший за одним из столиков, и широко улыбнулся. На заросшем черной грязью, но гладко выбритом лице сверкнули белоснежные зубы. — Заходите, чего вы ждете, друзья?
Пеппи медленно опустила оружие.
— Как же у него чип-то переклинило, — вполголоса сказала она. — Заходим. Он не опасен.
Саид Перогалек — так представился «робинзон» — безостановочно болтал и ел, ел и болтал. Мега, который сначала опасался его, минут через пять устал слушать и вышел в коридор. Оттуда периодически доносился шорох комм-связи.
— Я всего в шаге от повышения! Передайте мне соль, будьте добры… Спасибо! Повышения, да. Еще немного, и мне пришлют приглашение на пятисотый этаж. Моя новая разработка… — Перогалек хитро прищурился сквозь грязную завесу волос. — Нет, нет, не просите, не скажу. Где-то тут лежал мой медиа-план! Вы не видели?
— Что это с ним? — наклонившись к Пеппи, вполголоса спросил Мортимус.
— Закоротило чип в мозгу, — тихо ответила Пеппи, зачарованно следя за тем, как обезумевший «робинзон» поглощает сублимированный обед-рацион. — Посмотри, какой он модный. Волосами зарос, как дикарь, а они сами в прическу укладываются, бриться ему не надо, и пахнет от него ароматизатором, а не п?том. Полный апгрейд, очень дорогой, это тебе не ледяная блевотина. Высокопоставленный тип, как бы не директор по маркетингу.
Ароматизатором?! Какая мерзость! Мортимус наморщил нос. Иногда люди все-таки умудрялись удивить его, и это был именно тот случай.
— Так клубника — это…
— Да, он просто грязный, — перебила его Пеппи. — Не удивлюсь, если те шарики возле лифта — это его дерьмо. Утилитарность и свобода для творчества, вот наш девиз.
— Так вот что это за запах, — вставил Сек. Пеппи быстро обернулась к нему.
— Иногда ты меня пугаешь, — сказала она. — Как это у тебя получается — исчезать из виду? Расскажешь?
— Пятисотый этаж — это же мечта! Мечта всех и каждого! — громко выкрикнул Перогалек и отбросил опустевший поднос за спину. — И мне остался всего шаг, маленький шажок до нее!
— Говорят, там стены золотые, — мечтательно прогудел заглянувший в столовую Мега. — Вот доберемся…
Он вздохнул, вытащил из ближайшего стеллажа поднос с рационом и зашуршал оберткой.
— Я скоро презентую главному редактору мою новую идею. Портфолио… Не покажу, — Перогалек пригнулся и заозирался, скаля зубы, как дикий зверек. — А вы кто? А! Сейчас же обед. — Он обернулся и посмотрел на нарисованные на стене часы. — Приятного аппетита, коллеги. Над чем работаете?
Пеппи встала из-за стола.
— Хорошенького понемножку. Пойду осмотрюсь, — сказала она, — пока вы тут ведете светскую беседу. Не пропадайте!
Она вышла в коридор, к Меге, что-то сказала ему, а потом ее легкие шаги стихли.
— Никогда не думал, что люди могут быть такими же, как таймлорды, — не отводя взгляда от «робинзона», негромко сказал Сек.
Что?! Это кого он тут психом назвал?
— Далеки тоже такими бывают, — огрызнулся Мортимус.
— Бывают, — без тени обиды кивнул Сек. — Интересное изменение личности. Только этот человек не опасен ни для кого, кроме себя. У тебя чип в мозгу? — спросил он «робинзона». Тот удивленно уставился на Сека. Ингибитор восприятия влиял и на него тоже.
— Какая удивительная модификация! — воскликнул Перогалек. — Это модно? Ни разу такого не видел. Тентакли… Как смело! Надо будет поговорить с моим хирургом… Да, у меня самый современный чип. Абракафокус!
На его лбу открылось небольшое круглое отверстие — от силы дюйм в диаметре.
— Видишь? Это мой мозг, — гордо сказал Перогалек, показывая пальцем. — А у тебя весь наружу. Ты, наверное, сможешь передать сверхбольшой массив новостей. Передай мне заодно вон тот поднос… благодарю. Абракафокус!
Отверстие на его лбу закрылось. Перогалек, сгорбившись над подносом, начал жадно поглощать зеленый горошек, на время позабыв о своих гостях. Сек покачал головой, его щупальца недоуменно задрожали.
— Зачем он модифицировал себя, если это такой риск? — спросил он.
— Люди… — размыто ответил Мортимус. Его занимал совсем другой вопрос. Если цитата из коридора принадлежала Оруэллу, то о каком острове говорилось в зале? Он никак не мог вспомнить, хотя ответ вертелся на кончике языка. Что-то очень знакомое…
— Эй, вы здесь еще не уснули? — в столовую заглянула Пеппи. — Он изрисовал все близлежащие коридоры. Если мой чип так закоротит и некому будет его наладить, лучше бы меня пристрелили. Знаете, что написано дальше? «Сегодня мы танцуем пасадобль»!
Перогалек вскочил, отшвырнув поднос. Недоеденное пюре художественно разбрызгалось по полу.
— Вы подсмотрели в мою презентацию, презентацию!
Страница 20 из 64
