Фандом: Гарри Поттер. Я очень люблю бывать у крестного в доме на площади Гриммо. У него всегда тихо — никаких приставуче-навязчивых незнакомых магов, которые считают, что если видели мое колдофото в газете, то это уже шикарный повод, чтобы хлопнуть по плечу и проорать прямо в ухо: «Привет, Гарри!»
Добавить в моё избранное
9 мин, 45 сек 8855
Я тихо присел в углу, надеясь, что когда-нибудь они закончат, снимут чары, и я уйду и обо всем забуду… А у Сириуса большой… Угу. Я чуть было не хихикнул — все же это было немножко не то, что бы я хотел узнать о крестном. А какой, интересно, у Снейпа? Скоро узнаю. Блядь! Меня там ждет Джинни, а я сижу на пыльном ковре в библиотеке и размышляю о члене Снейпа. Вот влип!
За ширмой стало заметно какое-то движение, и появился Снейп, еб твою мать. Почему-то у меня перехватило дыхание, а рука машинально сжала член… и погладила… и сжала… Я прикрыл рот и честно попытался отвернуться. Куда там!
Это был Снейп… Держите меня трое, двое не удержат! Это — Снейп! В коротком кроваво-красном корсете, наверное, шелковом с какими-то немыслимыми оборочками под грудью и кружевными лентами, к которым крепились чулки. Тонкие, черные чулки! Блядь. На нем еще и алые туфли на огромном каблуке. Не могу. А волосы он стянул такой же как корсет, красной лентой в хвост, обнажая длинную и какую-то чересчур гибкую шею с торчащим кадыком. Я сглотнул, Сириус присвистнул, и в его взгляде я увидел такое горячее восхищение, такой восторг, что, будь я Снейпом, я бы непременно одел на себя что-то такое, чтобы меня так же разглядывали.
Немного покачиваясь на каблуках, Снейп подошел к столу, оперся на него руками, призывно отставил зад и посмотрел через плечо таким зовущим, таким откровенно блядским взглядом, что я облизал ладонь и начал активно дрочить.
Сириус шумно вздохнул и хрипло попросил:
— Покажи себя, детка.
— Ну держись, — мурлыкнул Снейп.
Он еще больше прогнулся в пояснице, укладываясь грудью на блестящий стол, и огладив свои бедра, положил ладони на задницу. Немного сжал, а затем развел в стороны, показывая плотно сжатое, чуть покрасневшее отверстие. С немыслимо развратной улыбкой он принялся облизывать свои длинные пальцы, не сводя с Сириуса жаркого взгляда. Ну же, ну! Я и сам не знал, чего жду, но хотелось чего-то погорячее. В ответ на мои безмолвные просьбы, Снейп просунул смоченный слюной палец себе в зад и чуть прикрыл глаза, похоже, от удовольствия. Сириус одобрительно засвистел:
— Да! Да, детка, давай еще!
Снейп взглянул на него из-под ресниц и невообразимо элегантным движением поставил одну ногу на стол. Палец продолжал толкаться в покрасневший анус, когда ладонь второй руки, чуть приподняв бедро, принялась ласкать яйца. Сириус сдавил свой член у основания и сжал зубы. На лбу и над губой у него выступили капельки пота. И я его понимал. Еще немного, и я наплюю на все и скину свою мантию. Такого Снейпа хотелось драть до кровавых пикси перед глазами, пока он не забьется подо мной в оргазме, выкрикивая мое имя. Блядь, никогда бы не подумал. А Снейп довольно фыркнул и, развернувшись, уселся на край стола, широко разведя ноги. Глядя прямо в глаза побледневшего Сириуса, он позволил туфлям медленно соскользнуть на пол и, подняв ноги, оперся пятками о столешницу. Затем так же медленно и тягуче откинулся на локти и, не отрывая взгляда от Сириуса, принялся ласкать свой член. Отличный член, надо сказать. Не то чтобы я был знатоком, но…
И Сириус сорвался. В один прыжок он с рычанием, оказался рядом со Снейпом и отчаянно вжался лицом в костлявое колено, затянутое ажурным шелком чулка. Его руки сжались на упругой заднице Снейпа, а потом с явным наслаждением принялись оглаживать длинные ноги.
В этот миг больше всего на свете я хотел оказаться на месте крестного. Да! Моя рука с ненормальной скоростью летала над членом, и я изо всех сил сдерживался, оттягивая удовольствие, чтобы кончить вместе с ними. Блядь, какой же этот Снейп, оказывается!
— Северус!
Да, не Снейп он — Северус… Сев. А Сириус поставил его ногу себе на плечо и прижался к ней щекой. А Северус… он сжимал и разжимал пальцы в такт движениям члена. О-о-о! Я и не заметил, как член Сириуса оказался в этой шикарной заднице. Так… так… так-так-так… Эти сжимающиеся пальцы — последнее, что я вижу, прежде чем глаза закрываются. В голове шумит и наваливается та самая истома, какая бывает после ошеломительных оргазмов. Как же хорошо. Я хоть не кричал? Да даже если бы и кричал, они бы не заметили. Они, похоже, тоже кончили, потому что теперь только целуются, очень нежно и ласково. Ни за что бы не заподозрил в них такое… такое настоящее.
— Слезь с меня… тяжелый… — ворчит Северус, а сам ласково поглаживает Сириуса по лицу.
— Ага, — соглашается Сириус, не двигаясь с места, и целует… целует… целует костлявые плечи и острые ключицы.
— Ну давай.
Северус неловко ерзает, и Сириус скатывается с него, укладываясь на стол рядом. Растраханное отверстие начинает сжиматься, выдавливая порции спермы, и от этой картины у меня снова встает. Они продолжают лениво целоваться, а я все пялюсь в одну точку и мечтаю… мечтаю. А рука сама по себе ритмично двигается.
— Я же говорил, что тебе понравится.
За ширмой стало заметно какое-то движение, и появился Снейп, еб твою мать. Почему-то у меня перехватило дыхание, а рука машинально сжала член… и погладила… и сжала… Я прикрыл рот и честно попытался отвернуться. Куда там!
Это был Снейп… Держите меня трое, двое не удержат! Это — Снейп! В коротком кроваво-красном корсете, наверное, шелковом с какими-то немыслимыми оборочками под грудью и кружевными лентами, к которым крепились чулки. Тонкие, черные чулки! Блядь. На нем еще и алые туфли на огромном каблуке. Не могу. А волосы он стянул такой же как корсет, красной лентой в хвост, обнажая длинную и какую-то чересчур гибкую шею с торчащим кадыком. Я сглотнул, Сириус присвистнул, и в его взгляде я увидел такое горячее восхищение, такой восторг, что, будь я Снейпом, я бы непременно одел на себя что-то такое, чтобы меня так же разглядывали.
Немного покачиваясь на каблуках, Снейп подошел к столу, оперся на него руками, призывно отставил зад и посмотрел через плечо таким зовущим, таким откровенно блядским взглядом, что я облизал ладонь и начал активно дрочить.
Сириус шумно вздохнул и хрипло попросил:
— Покажи себя, детка.
— Ну держись, — мурлыкнул Снейп.
Он еще больше прогнулся в пояснице, укладываясь грудью на блестящий стол, и огладив свои бедра, положил ладони на задницу. Немного сжал, а затем развел в стороны, показывая плотно сжатое, чуть покрасневшее отверстие. С немыслимо развратной улыбкой он принялся облизывать свои длинные пальцы, не сводя с Сириуса жаркого взгляда. Ну же, ну! Я и сам не знал, чего жду, но хотелось чего-то погорячее. В ответ на мои безмолвные просьбы, Снейп просунул смоченный слюной палец себе в зад и чуть прикрыл глаза, похоже, от удовольствия. Сириус одобрительно засвистел:
— Да! Да, детка, давай еще!
Снейп взглянул на него из-под ресниц и невообразимо элегантным движением поставил одну ногу на стол. Палец продолжал толкаться в покрасневший анус, когда ладонь второй руки, чуть приподняв бедро, принялась ласкать яйца. Сириус сдавил свой член у основания и сжал зубы. На лбу и над губой у него выступили капельки пота. И я его понимал. Еще немного, и я наплюю на все и скину свою мантию. Такого Снейпа хотелось драть до кровавых пикси перед глазами, пока он не забьется подо мной в оргазме, выкрикивая мое имя. Блядь, никогда бы не подумал. А Снейп довольно фыркнул и, развернувшись, уселся на край стола, широко разведя ноги. Глядя прямо в глаза побледневшего Сириуса, он позволил туфлям медленно соскользнуть на пол и, подняв ноги, оперся пятками о столешницу. Затем так же медленно и тягуче откинулся на локти и, не отрывая взгляда от Сириуса, принялся ласкать свой член. Отличный член, надо сказать. Не то чтобы я был знатоком, но…
И Сириус сорвался. В один прыжок он с рычанием, оказался рядом со Снейпом и отчаянно вжался лицом в костлявое колено, затянутое ажурным шелком чулка. Его руки сжались на упругой заднице Снейпа, а потом с явным наслаждением принялись оглаживать длинные ноги.
В этот миг больше всего на свете я хотел оказаться на месте крестного. Да! Моя рука с ненормальной скоростью летала над членом, и я изо всех сил сдерживался, оттягивая удовольствие, чтобы кончить вместе с ними. Блядь, какой же этот Снейп, оказывается!
— Северус!
Да, не Снейп он — Северус… Сев. А Сириус поставил его ногу себе на плечо и прижался к ней щекой. А Северус… он сжимал и разжимал пальцы в такт движениям члена. О-о-о! Я и не заметил, как член Сириуса оказался в этой шикарной заднице. Так… так… так-так-так… Эти сжимающиеся пальцы — последнее, что я вижу, прежде чем глаза закрываются. В голове шумит и наваливается та самая истома, какая бывает после ошеломительных оргазмов. Как же хорошо. Я хоть не кричал? Да даже если бы и кричал, они бы не заметили. Они, похоже, тоже кончили, потому что теперь только целуются, очень нежно и ласково. Ни за что бы не заподозрил в них такое… такое настоящее.
— Слезь с меня… тяжелый… — ворчит Северус, а сам ласково поглаживает Сириуса по лицу.
— Ага, — соглашается Сириус, не двигаясь с места, и целует… целует… целует костлявые плечи и острые ключицы.
— Ну давай.
Северус неловко ерзает, и Сириус скатывается с него, укладываясь на стол рядом. Растраханное отверстие начинает сжиматься, выдавливая порции спермы, и от этой картины у меня снова встает. Они продолжают лениво целоваться, а я все пялюсь в одну точку и мечтаю… мечтаю. А рука сама по себе ритмично двигается.
— Я же говорил, что тебе понравится.
Страница 2 из 3
