Сновидение

Стоп-стоп! Разве это льдинки? Это же самоцветные драконьи слёзы — драгоценные камни чистейшей воды. И в причёске Снежной Феи тоже красовались украшения из драконьих слёз. И даже игрушечный мишка, будто обновился, исчезли заплатки, и его искусственный мех засеребрился, покрывшись искусственным инеем. Дракону было совсем не жалко камней. Ему в голову вдруг пришла страшная мысль, что девочкин сон может закончится, и он снова останется один-одинёшенек, снова будет выть от одиночества. Не-е-ет, пусть это и не принцесса (хотя теперь очень даже похожа!), но никуда он её из своего хрустального терема не отпустит!

У драконов намерения никогда не расходятся с делами. Он решил привязать к себе гостью и сделал для этого всё. Он катал её на спине, взлетая под самые своды, они играли в прятки и салочки, ели мороженое и самые вкусные конфеты (ведь не думаете же вы, что в волшебном драконьем доме не было еды?), нашлись для Феи и коньки, и санки, а огромный каток и горка были залиты в одном из многочисленных залов. Дракон даже согласился на то, чтобы его перекрасили в белый цвет, ведь в этом доме желания исполнялись. Стоило малышке пожелать, чтобы её новый друг стал белым, и черная шкура Дракона стала покрываться красивейшими морозными узорами, какие люди обычно могут видеть зимой на стекле. Много было развлечений и радостного смеха, пока Снежная Фея вдруг не остановилась и не сказала:

— К маме хочу!

И феино платье вдруг снова превратилось в голубенькую пижамку.

Остановился и Дракон. Белые узоры на чёрной шкуре стали неудержимо таять.

— Хочешь уйти? Насовсем? Но ведь я лучше мамы?

Бывшая Фея с сомнением окинула Дракона взглядом.

— Как это, лучше?

— Разве я не хороший? — спросил он.

— Конечно, хороший, — улыбнулась девочка и погладила его по носу.

— И я большой! Намного больше твоей мамы.

— С этим не поспоришь.

— Вот видишь! Хороший и очень-очень большой! Выходит, я лучше мамы, ведь она хорошая и маленькая!

— Понимаешь, ты очень славный, просто я соскучилась. Давай я буду приходить к тебе каждый раз, когда усну?

— Не получится, — Дракон опустил голову. — Ведь когда ты проснёшься, то забудешь свой сон. А значит, и меня.

— Не забуду. Я возьму с собой что-нибудь твоё и всё-всё вспомню, когда проснусь.

Дракон поднял самый красивый, самый прозрачный камень и протянул его девочке.

— Вот. Возьми. Я бы мог отдать тебе любой, но отдаю этот маленький горный хрусталь. Он такой прозрачный, что тебе будет легче не забыть, что это такое на самом деле.

Когда маленькая гостья уже готова была уйти, она вдруг обернулась и спросила:

— Скажи, а почему ты не пожелал себе компанию?

— Компанию? — удивился Дракон?

— Да, чтобы рядом с тобой были ещё драконы. Вам было бы весело.

— Видишь ли, этот волшебный дом мой, но желать в нём что-то необыкновенное может только человек. И пока ещё никто мне не желал весёлой компании.

— Ну, тогда я желаю! Я хочу, чтобы у тебя — моего друга, была бы в доме весёлая драконья семья, чтобы тебе больше не приходилось лить слёзы от одиночества.

В тот же миг уже знакомый волшебный вихрь оживил цветных маленьких дракончиков на пижаме девочки. Непоседы стайкой стали кружить вокруг большого чёрного Дракона, немного подросли, но всё же оставались не больше датского дога. Хотя, конечно, доги не бывают ни зелёными, ни оранжевыми, ни жёлтыми, ни сиреневыми.

— Что ж, — сказал большой чёрный Дракон, — теперь мне точно не придётся рыдать от одиночества, но, боюсь, эта семейка сведёт меня с ума!

Хулиганка, оживившая маленьких монстров, хихикнула.

— Зато тебе будет не скучно меня ждать.

— А ты вернёшься?

— Конечно! Мне же интересно, чем всё это закончится?

Девочка крепко-крепко сжала в кулаке свою драгоценность — драконью слезинку, обняла Дракона на прощание, а потом пожелала проснуться… Проснулась она в своей кроватке и сразу нашла под подушкой хрустальный камешек — ключ к далёким Драконьим Чертогам. Ведь главное — никогда-никогда не забывать дорогу к своим друзьям.

А мама девочки долго удивлялась, какие же нынче некачественные делают ткани: рисунок смывается после пары стирок.

И никто из них не заметил за стеклом, покрытым белыми холодными узорами, хитрого взгляда старого волшебника. Того самого, в кого взрослые не верят, а дети ждут каждый год, загадывают желания и именуют совершенно по-разному — но на этой земле он уже привык называться Дедом Морозом…