Фандом: Гарри Поттер. Снейп погиб. Но… Сама Смерть даёт ему ещё один шанс. Разумеется, не бесплатно.
Добавить в моё избранное
165 мин, 30 сек 13834
— спросил он, подумав, почему-то, что после месяца секса обычные люди называют друг друга смешными прозвищами.
— Хорошо, спасибо, — пожала Дана плечами.
— И… Ничего не беспокоит?
— А должно? — насторожилась она. Снейп занервничал ещё сильнее.
— Я не знаю, — резко ответил он. — Иногда такое случается…
Но как сказать ей о своих опасениях, он решительно не знал и бесился от этого. Но Дана вдруг нахмурилась, по-своему понимая, куда дует ветер.
— Если вы переживаете, не в положении ли я, — резко сказала она, поджав губы, — можете успокоиться. Я же прекрасно вижу, что между нами только секс. Я не совсем дура, знаете ли!
— И как это понимать? — Снейп похолодел почти так же, как холодел при разговорах с Темным Лордом, сливая ему липовую информацию.
— Я предохраняюсь, — коротко ответила она. — Если вы способны думать только о своём удовольствии, мне приходится это делать за двоих.
Снейпу показалось, что только что он пообщался с самим собой — настолько жесткой и хлёсткой оказалась отповедь Даны. Она ведь была права — Снейп все это время думал только о себе. Он разозлился, но изменить что-либо был не в состоянии. Не мог же он просто так сказать, что, на самом деле, спит он с ней не столько ради самого удовольствия, сколько ради обмена физиологическими жидкостями, необходимого для «сотворения новой жизни».
— Почему вы не сказали раньше? — окрысился Снейп скорее от расстройства.
— Что я должна была сказать? — колюче возразила Дана.
Снейп не был уверен. Он просто знал, что опять облажался и все испортил. Точнее, не все предусмотрел, потому что эти женщины… Снейп слишком мало знал о них и их внутреннем мире, как и о маггловских средствах контрацепции. И к тому же, что скрывать, совсем о них не думал. — Снейп, я не должен говорить тебе то, что скажу сейчас, — начал Люпин, минуя приветствие.
— Не трудись, я и сам все понял, — Снейп был совсем истощён морально. — Нужно думать о женщине, водить её в рестораны там, театры всякие… Давать ей дополнительный выходной и подарки ещё…
Он махнул рукой.
— Ничего ты не понял, — покачал головой Люпин. — Джеймс и Сириус против того, чтобы я нарушал правила, но… «Сделать все правильно» — значит влюбиться, Снейп.
Снейп вздрогнул и уставился на оборотня непонимающе.
— Я тоже сначала думал, что это никогда не случится, — Люпин вздохнул. — Не с моей болезнью. Но оказалось, что все эти годы моего бездарного существования я сам ставил блоки и не подпускал никого к себе.
— И стоило нормальную жизнь менять на сумасшедшую Нимфадору Тонкс? — спросил Снейп без иронии.
— Если будешь в Лондоне, загляни на площадь Гриммо, двенадцать, и ты поймёшь, что стоило. И раньше надо было думать, тогда у нас могло быть ещё столько проведённых вместе дней…
— Даже если я очень захочу, влюбиться по требованию невозможно, — Снейп посмотрел на свои ногти. — И потом, не знаю, как ты, а я уже пробовал однажды. И что мне это дало?
— Я не уверен, — серьезно сказал Люпин, — но, думаю, это сделало тебя тем, кто ты есть. Благодаря тому, что ты пережил тогда, сейчас ты варишь зелья в своём магазине, а не гниешь в земле, хотя у тебя были все шансы для этого.
— Не вижу связи, — с досадой возразил Снейп, уныло почесывая нос.
— Мне очень жаль, — прискорбно констатировал Люпин. — Ты ведь никогда не думал об этом?
— Пожалуй, — согласился Снейп сумрачно. — У меня как-то было чем заняться…
— Знаешь, что отличает Джеймса от тебя? — Люпин ехидно усмехнулся. — Вовсе не смазливая физиономия и не умение поймать снитч в самой сложной ситуации. Лили на это все плевать хотела. К тому же ты умнее, да и дружили вы с ней с самого детства. Просто все дело в том, что ты — эгоист, Снейп. Страшный эгоист. Ты всю жизнь думал лишь о своём уязвлённом эго и лелеял свои глупые комплексы. И даже твоя любовь к Лили… Ты жаждал её, но тебе нужно было только брать и брать — для себя — её свет, улыбку, доброту…
— А Поттеру все это, конечно, было не нужно, — желчно уточнил Снейп, чувствуя, как неприятный червячок начинает точить изнутри.
— Нужно, я не отрицаю, — согласился Люпин. — Джеймс, конечно, паяц, и шутки у них с Сириусом злые, но в отличие от тебя, Джеймс, да и Сириус тоже, всегда был готов не только брать. Джеймс хотел отдать Лили всего себя, без остатка, что он, собственно, и сделал. А ты на такое способен не был… Да и сейчас неспособен.
— Так если Блек, Поттер, да и ты тоже такие молодцы, — прошипел Снейп досадливо, — почему же тогда я здесь занимаюсь какой-то хренью, а не вы?!
— Боюсь, на этот вопрос тебе придётся ответить себе самому, — Люпин кивнул и исчез. Отдать себя без остатка. Не оглядываться назад, не перестраховываться — просто раствориться в другом человеке. Не бояться выглядеть смешно или глупо, вручить свои чувства вместе с душой на блюде в надежде на то, что их примут.
— Хорошо, спасибо, — пожала Дана плечами.
— И… Ничего не беспокоит?
— А должно? — насторожилась она. Снейп занервничал ещё сильнее.
— Я не знаю, — резко ответил он. — Иногда такое случается…
Но как сказать ей о своих опасениях, он решительно не знал и бесился от этого. Но Дана вдруг нахмурилась, по-своему понимая, куда дует ветер.
— Если вы переживаете, не в положении ли я, — резко сказала она, поджав губы, — можете успокоиться. Я же прекрасно вижу, что между нами только секс. Я не совсем дура, знаете ли!
— И как это понимать? — Снейп похолодел почти так же, как холодел при разговорах с Темным Лордом, сливая ему липовую информацию.
— Я предохраняюсь, — коротко ответила она. — Если вы способны думать только о своём удовольствии, мне приходится это делать за двоих.
Снейпу показалось, что только что он пообщался с самим собой — настолько жесткой и хлёсткой оказалась отповедь Даны. Она ведь была права — Снейп все это время думал только о себе. Он разозлился, но изменить что-либо был не в состоянии. Не мог же он просто так сказать, что, на самом деле, спит он с ней не столько ради самого удовольствия, сколько ради обмена физиологическими жидкостями, необходимого для «сотворения новой жизни».
— Почему вы не сказали раньше? — окрысился Снейп скорее от расстройства.
— Что я должна была сказать? — колюче возразила Дана.
Снейп не был уверен. Он просто знал, что опять облажался и все испортил. Точнее, не все предусмотрел, потому что эти женщины… Снейп слишком мало знал о них и их внутреннем мире, как и о маггловских средствах контрацепции. И к тому же, что скрывать, совсем о них не думал. — Снейп, я не должен говорить тебе то, что скажу сейчас, — начал Люпин, минуя приветствие.
— Не трудись, я и сам все понял, — Снейп был совсем истощён морально. — Нужно думать о женщине, водить её в рестораны там, театры всякие… Давать ей дополнительный выходной и подарки ещё…
Он махнул рукой.
— Ничего ты не понял, — покачал головой Люпин. — Джеймс и Сириус против того, чтобы я нарушал правила, но… «Сделать все правильно» — значит влюбиться, Снейп.
Снейп вздрогнул и уставился на оборотня непонимающе.
— Я тоже сначала думал, что это никогда не случится, — Люпин вздохнул. — Не с моей болезнью. Но оказалось, что все эти годы моего бездарного существования я сам ставил блоки и не подпускал никого к себе.
— И стоило нормальную жизнь менять на сумасшедшую Нимфадору Тонкс? — спросил Снейп без иронии.
— Если будешь в Лондоне, загляни на площадь Гриммо, двенадцать, и ты поймёшь, что стоило. И раньше надо было думать, тогда у нас могло быть ещё столько проведённых вместе дней…
— Даже если я очень захочу, влюбиться по требованию невозможно, — Снейп посмотрел на свои ногти. — И потом, не знаю, как ты, а я уже пробовал однажды. И что мне это дало?
— Я не уверен, — серьезно сказал Люпин, — но, думаю, это сделало тебя тем, кто ты есть. Благодаря тому, что ты пережил тогда, сейчас ты варишь зелья в своём магазине, а не гниешь в земле, хотя у тебя были все шансы для этого.
— Не вижу связи, — с досадой возразил Снейп, уныло почесывая нос.
— Мне очень жаль, — прискорбно констатировал Люпин. — Ты ведь никогда не думал об этом?
— Пожалуй, — согласился Снейп сумрачно. — У меня как-то было чем заняться…
— Знаешь, что отличает Джеймса от тебя? — Люпин ехидно усмехнулся. — Вовсе не смазливая физиономия и не умение поймать снитч в самой сложной ситуации. Лили на это все плевать хотела. К тому же ты умнее, да и дружили вы с ней с самого детства. Просто все дело в том, что ты — эгоист, Снейп. Страшный эгоист. Ты всю жизнь думал лишь о своём уязвлённом эго и лелеял свои глупые комплексы. И даже твоя любовь к Лили… Ты жаждал её, но тебе нужно было только брать и брать — для себя — её свет, улыбку, доброту…
— А Поттеру все это, конечно, было не нужно, — желчно уточнил Снейп, чувствуя, как неприятный червячок начинает точить изнутри.
— Нужно, я не отрицаю, — согласился Люпин. — Джеймс, конечно, паяц, и шутки у них с Сириусом злые, но в отличие от тебя, Джеймс, да и Сириус тоже, всегда был готов не только брать. Джеймс хотел отдать Лили всего себя, без остатка, что он, собственно, и сделал. А ты на такое способен не был… Да и сейчас неспособен.
— Так если Блек, Поттер, да и ты тоже такие молодцы, — прошипел Снейп досадливо, — почему же тогда я здесь занимаюсь какой-то хренью, а не вы?!
— Боюсь, на этот вопрос тебе придётся ответить себе самому, — Люпин кивнул и исчез. Отдать себя без остатка. Не оглядываться назад, не перестраховываться — просто раствориться в другом человеке. Не бояться выглядеть смешно или глупо, вручить свои чувства вместе с душой на блюде в надежде на то, что их примут.
Страница 19 из 48
