Фандом: Гарри Поттер. Снейп погиб. Но… Сама Смерть даёт ему ещё один шанс. Разумеется, не бесплатно.
Добавить в моё избранное
165 мин, 30 сек 13836
Зелье должно было настояться только к утру, и у Снейпу хватало времени, чтобы подумать. Он тщательно обследовал шрам, стараясь понять, с чего вдруг он разошёлся. Пролистав пару книг, захваченных из Паучьего тупика, Снейп ещё раз убедился, что все это не случайно и как-то связано с тем, что, по сути, он не вполне жив. А значит, реакции организма на разные раздражители могут отличаться у него от тех, что встречаются у обычных людей. Оставалось найти раздражитель. Снейп долго думал, но единственным раздражителем, с которым он сталкивался за последние сутки, была Грейнджер.
Она изменилась. Теперь, когда их общение вышло за рамки модели «преподаватель — студентка», Грейнджер явила ему своё истинное лицо. Все та же излишняя самоуверенность, раздражающее всезнайство, то же стремление взять больше ответственности на хрупкие плечи, чем следует. Но ко всему этому добавился некий внутренний стержень, позволяющий ей, оставаясь достаточно вежливой, предельно симметрично отвечать на каждый его выпад. Это, конечно, след войны. Грейнджер-пружина, бомба замедленного действия… Но почему она никому не рассказала? Ответ лежал на поверхности: хотела сама лично убедиться, что её помощь необходима; желала эту помощь оказать и удостовериться, что механизм под названием «Жизнь Северуса Снейпа» в состоянии ехать дальше без неё. Делиться всем этим с кем-то ей было слишком жалко.
Повязка снова пропиталась кровью, и Снейп очистил ее. В этот вечер заснул он быстро, изможденный и очень несчастный.
Помощь Грейнджер претила ему: не хотелось зависеть от неё — ни от кого не хотелось. А она не только настаивала, но и, гребанный хрен, реально помогала. Снейп бесился, приписывая ей всевозможные нелестные эпитеты, но вынужден был смириться с тем, что через пару дней она появится в его жизни вновь. И хорошо бы к тому моменту мерзкая рана перестала кровить. Иначе… Могла ли Грейнджер силой упечь его в Мунго? Снейп даже думать не хотел об этом. Но сейчас он был слишком слаб…
Утром Снейп выпил немного зелья. Эффект не заставил себя ждать — кровь остановилась. Теперь нужно было подумать о том, как восстановить силы и не столкнуться ни с чем подобным вновь. Снейп аппарировал в торговый центр и накупил в супермаркете шоколада и яблок. Он терпеть не мог шоколад, но намеревался съесть все, что приобрёл, уверенный, что это — лучшее средство для восполнения энергии, как после встречи с дементором.
По дороге к магазину Снейп заглянул в фотостудию, где попросил снять копии со страниц принесенной Грейнджер книги, содержащих столь ценный рецепт.
— Ого! Какая древняя! — удивился парень, которому Снейп протянул книгу для снятия копий. — Интересно, сколько ей лет?
— Триста девяносто семь, — холодно отчеканил Снейп, — и я надеюсь, вы с достаточной долей уважения отнесётесь к этой информации.
— В смысле? — не понял парень, чем заставил Снейпа заскрежетать зубами.
— Осторожнее с изданием, которое в двадцать пять раз старше вас! — выплюнул он, прищурившись.
Парень нервно сглотнул и больше не задавал вопросов.
А Снейп все это время думал о том, что если бы не новейшие изобретения маггловской техники, получить копию рецепта ему не удалось бы: на книгу были наложены защитные чары, обойти которые своими силами Снейп не смог, как ни пытался.
Наконец, Снейп добрался до магазинчика, где Дана уже вовсю работала с посетительницами. Увидев его, она коротко кивнула. Снейп укрылся в своей лаборатории, где погрузился в работу и размышления о том, как влюбиться в Дану — этот вариант казался ему самым подходящим. Для начала — пригласить её куда-нибудь на ужин. Потом сводить в театр или кино. И все время вести непринуждённую беседу обо всякой ерунде. Он начал поглощать шоколад, и настроение улучшилось, хотя мысль о том, чтобы терпеть Дану в своей жизни дольше, чем требуется для зачатия, не то что не грела, а скорее приводила в уныние.
Однако Снейп решил наплевать на собственный комфорт, как советовал Люпин, и пойти тернистым путём. Главное — не думать о себе, не быть эгоистом.
— Дана, как вы смотрите на то, чтобы поужинать сегодня вечером в каком-нибудь уютном месте? — спросил он, улучив момент.
— Почему бы и нет? — она улыбнулась, отрезая ему пути к отступлению.
А посему вечером они сидели в небольшом ресторанчике неподалёку от торгового центра и жевали пищу в тягостном молчании. Снейп не знал, о чем говорить. Дана почему-то тоже молчала. Оставалось надеяться на вино — только оно способно было добавить томности этому бездарному ужину.
— Вам нравится ваша работа? — спросил, наконец, Снейп, когда ощущение провала подкралось уже слишком близко.
— Мне нравится ваша работа, мастер, — ответила Дана бесхитростно. — Не знаю, как вам это удаётся, но я ещё ни разу не видела столько по-настоящему действенных косметических средств. И все это вы делаете своими руками!
Снейп хмыкнул — комплимент польстил ему.
Она изменилась. Теперь, когда их общение вышло за рамки модели «преподаватель — студентка», Грейнджер явила ему своё истинное лицо. Все та же излишняя самоуверенность, раздражающее всезнайство, то же стремление взять больше ответственности на хрупкие плечи, чем следует. Но ко всему этому добавился некий внутренний стержень, позволяющий ей, оставаясь достаточно вежливой, предельно симметрично отвечать на каждый его выпад. Это, конечно, след войны. Грейнджер-пружина, бомба замедленного действия… Но почему она никому не рассказала? Ответ лежал на поверхности: хотела сама лично убедиться, что её помощь необходима; желала эту помощь оказать и удостовериться, что механизм под названием «Жизнь Северуса Снейпа» в состоянии ехать дальше без неё. Делиться всем этим с кем-то ей было слишком жалко.
Повязка снова пропиталась кровью, и Снейп очистил ее. В этот вечер заснул он быстро, изможденный и очень несчастный.
Помощь Грейнджер претила ему: не хотелось зависеть от неё — ни от кого не хотелось. А она не только настаивала, но и, гребанный хрен, реально помогала. Снейп бесился, приписывая ей всевозможные нелестные эпитеты, но вынужден был смириться с тем, что через пару дней она появится в его жизни вновь. И хорошо бы к тому моменту мерзкая рана перестала кровить. Иначе… Могла ли Грейнджер силой упечь его в Мунго? Снейп даже думать не хотел об этом. Но сейчас он был слишком слаб…
Утром Снейп выпил немного зелья. Эффект не заставил себя ждать — кровь остановилась. Теперь нужно было подумать о том, как восстановить силы и не столкнуться ни с чем подобным вновь. Снейп аппарировал в торговый центр и накупил в супермаркете шоколада и яблок. Он терпеть не мог шоколад, но намеревался съесть все, что приобрёл, уверенный, что это — лучшее средство для восполнения энергии, как после встречи с дементором.
По дороге к магазину Снейп заглянул в фотостудию, где попросил снять копии со страниц принесенной Грейнджер книги, содержащих столь ценный рецепт.
— Ого! Какая древняя! — удивился парень, которому Снейп протянул книгу для снятия копий. — Интересно, сколько ей лет?
— Триста девяносто семь, — холодно отчеканил Снейп, — и я надеюсь, вы с достаточной долей уважения отнесётесь к этой информации.
— В смысле? — не понял парень, чем заставил Снейпа заскрежетать зубами.
— Осторожнее с изданием, которое в двадцать пять раз старше вас! — выплюнул он, прищурившись.
Парень нервно сглотнул и больше не задавал вопросов.
А Снейп все это время думал о том, что если бы не новейшие изобретения маггловской техники, получить копию рецепта ему не удалось бы: на книгу были наложены защитные чары, обойти которые своими силами Снейп не смог, как ни пытался.
Наконец, Снейп добрался до магазинчика, где Дана уже вовсю работала с посетительницами. Увидев его, она коротко кивнула. Снейп укрылся в своей лаборатории, где погрузился в работу и размышления о том, как влюбиться в Дану — этот вариант казался ему самым подходящим. Для начала — пригласить её куда-нибудь на ужин. Потом сводить в театр или кино. И все время вести непринуждённую беседу обо всякой ерунде. Он начал поглощать шоколад, и настроение улучшилось, хотя мысль о том, чтобы терпеть Дану в своей жизни дольше, чем требуется для зачатия, не то что не грела, а скорее приводила в уныние.
Однако Снейп решил наплевать на собственный комфорт, как советовал Люпин, и пойти тернистым путём. Главное — не думать о себе, не быть эгоистом.
— Дана, как вы смотрите на то, чтобы поужинать сегодня вечером в каком-нибудь уютном месте? — спросил он, улучив момент.
— Почему бы и нет? — она улыбнулась, отрезая ему пути к отступлению.
А посему вечером они сидели в небольшом ресторанчике неподалёку от торгового центра и жевали пищу в тягостном молчании. Снейп не знал, о чем говорить. Дана почему-то тоже молчала. Оставалось надеяться на вино — только оно способно было добавить томности этому бездарному ужину.
— Вам нравится ваша работа? — спросил, наконец, Снейп, когда ощущение провала подкралось уже слишком близко.
— Мне нравится ваша работа, мастер, — ответила Дана бесхитростно. — Не знаю, как вам это удаётся, но я ещё ни разу не видела столько по-настоящему действенных косметических средств. И все это вы делаете своими руками!
Снейп хмыкнул — комплимент польстил ему.
Страница 21 из 48
