Дикий сад

— Оно временно создает двойника? — поинтересовалась я.

Он кивнул и сказал:

— Они осязаемы и…

— Хозяин, — перебил писклявый голос, — хозяин, извините Линни.

Возле Снейпа стоял старый домой эльф с обвисшей кожей и болезненными мутными глазами.

— Ваша корреспонденция, — Линни протянул ему стопку газет, поклонился и с тихим щелчком исчез.

Я потянулась за верхней. Кажется, это «Британский вестник». И увидела на первой полосе огромные буквы: «В Лютном переулке нашли тело Гермионы Грейнджер. Причина смерти неизвестна».

Выронив газету, я с ужасом посмотрела на Снейпа.

— Как же так? Я ведь жива.

Он промолчал.

Асфодель

Статья о моей смерти была отвратительной. До тошноты правдоподобной. И если бы речь шла не обо мне, я бы поверила. Журналист не поленился взять интервью у аврора, расследующего преступление. На колдографии я увидела полноватого волшебника средних лет. Дурацкая шляпа, бакенбарды и угрюмое выражение лица — он напоминал старого пса. И говорил о несчастном случае. Врал убедительно, но каждое напечатанное предложение раздражало все больше, а от бессильной злости хотелось что-то сломать.

— Грейнджер! — позвал Снейп, протягивая чайную ложку с ароматной настойкой.

Я принюхалась. Валерьяна и мелисса лимонная. Успокоительное. Не хочет нянчиться со вздорной девчонкой, от которой одни проблемы

Я послушно проглотила и спросила:

— Зачем они напечатали это? Неужели попытались скрыть мое исчезновение?

— Вы переоцениваете свою значимость, Грейнджер, — снисходительно заметил Снейп. — Вы же не Поттер, чтобы над вами тряслись из-за каждой ссадины.

— Вы как всегда прямолинейны, профессор. — Я горько усмехнулась, избегая его взгляда. Было все еще неловко оттого, что я спутала его с Краучем-младшим.

— Я больше не профессор, а вы не моя ученица.

Слова прозвучали резко, осуждающе. Словно он давно смирился с потерей, а у меня не получилось. Снейп не стал бы собирать сведения о Пожирателях и записывать все в блокнот, не стал бы искать их мотивы. Понять, за что погибло столько людей.

Он жил только сегодняшним днем: что-то исследовал, экспериментировал. И ничего не собирался менять.

Вздохнув, я закрыла глаза. Здесь, в «Грифоне», нельзя верить тому, что видишь или слышишь. Он играл не по правилам, все искажал. Но чего он хотел, я понять не могла. Если зависел от волшебников и их магии, тогда зачем отпустил Лестрейнджа? Зачем лишил себя энергии? Или ему достаточно двух волшебников?

Опять вопросы. А я так устала искать ответы. Устала гоняться за призрачной надеждой покинуть «Грифон» и вернуться к нормальной жизни. Эта статья… Люди, которым я доверела, предали меня, и теперь борьба бессмысленна.

Я извинилась и вышла. Сначала хотела подняться в свою комнату, но почему-то передумала. Направилась в сторону комнаты Барти, подергала за ручку: закрыто.

Неужели часы были ключом ко всему? И я добровольно отдала их врагу. Поморщившись, я вернулась к лестнице и поднялась на чердак. Здесь оказалось все так же грязно. От пыли зачесалось в носу.

Я подошла к зеркалу в углу. Покрытое паутиной трещин, оно притягивало внимание, обещало открыть тайну. Ну да, как же! «Грифон» показывает ровно столько, сколько хочет.

Я протянула руку и к острому осколку и проткнула палец. Зеркальная гладь на миг помутнела, зарябила, и я снова увидела перед собой комнату, обклеенную газетными вырезками.

Комнату Крауча-младшего.

— Нужно больше крови, — сказал Снейп, касаясь моего плеча.

Наверное, он последовал за мной, но не нашел в комнате и стал искать.

— Что? — я испуганно взглянула на него.

— Кровь, — повторил Снейп. — Зеркало — это вторая дверь в комнату Крауча. Ее можно открыть.

Сейчас он казался мне незнакомцем, которые каждый день встречаются на улице. Увидеть мельком и забыть, а можно остановиться и заговорить. У меня был выбор: позорно сбежать или принять его помощь.

Я рискнула и доверчиво протянула ему руку. Снейп крепко обхватил ладонь и сделал аккуратный надрез. Крови было много, она стекала по запястью. Снейп прижал мою руку к зеркалу. По стеклу прошла рябь и наши ладони исчезли. И теперь я ощущала лишь пустоту и тепло чужой руки. Это тепло успокаивало: не бойся, не оглядывайся, иди вперед.

Я шагнула в зеркало и провалилась в неизвестность.

В комнате ничего не изменилось: газетные листы на стенах, засохшие пионы в вазе, скрип половиц, ставший привычным за последние недели. Только Снейп выглядел здесь чужим, нарушая гармонию застывшего мира.

— Сэр, вам не страшно? — тихо спросила его.

— Чего мне бояться?

— «Грифона». Вы не боитесь, что он поглотит вас?

— Грейнджер, это всего лишь коттедж, пусть и построенный с помощью магии.