Рики Макарони и Вестники Ниоткуда

Он мог хоть сегодня обратиться к Гарри Поттеру. Чем это обернется, Рики представлял отлично: недоверие, нотации, а вдруг… еще и нарушение закона? На самом деле, только тут он понял, что не знает всех возможных последствий. Оставлять палочку у себя, как любую гадость, ему не хотелось. По той же причине он не мог выкинуть ее просто так в мусор — слишком безответственно, мало ли кто найдет. Сжечь ее — а вдруг это важная улика?

Наилучшим вариантом, на котором Рики в итоге остановился, был следующий — дождаться начала учебного года и проконсультироваться с завучем своего колледжа. Профессор Снейп в прошлом имел неувязки с законом; следовательно, должен был знать, как они решаются. И любой слизеринец всегда рассчитывал на его поддержку. Он бы точно не дал вляпаться никому из своих подопечных, а от Поттера Рики такой лояльности не ждал. Именно Снейпу случалось выручать Рики из неприятностей. А палочка уже давно у него, и ничего непоправимого не произойдет, если так останется до конца лета.

Рики совершенно успокоился. Ему всегда было хорошо в этом доме.

Рики огляделся в поисках воды. Точно, с вечера он так устал, что совершенно забыл зайти на кухню. Зато тапочки стояли на коврике. Рики немного повалялся, рассуждая, вставать или нет. Но жажда победила. Он влез ногами в тапочки и вышел в коридор второго этажа. Ступал он совершенно бесшумно, как кот.

И потому для Мундугуса Флетчера оказалось полной неожиданностью, когда они столкнулись нос к носу. В старой полосатой пижаме, напоминающей любому магглу арестантские одежды, Мундугус казался еще более небритым. При виде Рики его словно столбняк поразил.

— Доброе утро, — злорадно подобрался Рики, решая, уступать ему дорогу или нет.

Флетчер избавил его от такой дилеммы. Будто звук голоса привел его в себя, он развернулся, и быстрее, чем сонный Рики мог ожидать, оказался у приоткрытой двери, которая секунду спустя захлопнулась за ним. Оттуда донеслось ответное: «Доброе утро!».

Рики пожал плечами и пошел куда собирался, уверившись, что с этим типом не помешает побеседовать с глазу на глаз.

В комнате Рики снова задремал. Почему-то так получалось, что после раннего пробуждения окончательно просыпался он всегда поздно. Растолкавший его Пит изложил, что по его милости завтрака люди ждут до двенадцатого часа. К разочарованию Рики, все, кроме Флетчера, который наскоро перекусил и уже ушел.

Хозяйка не присоединилась к ним, ели втроем. Рики еще отчетливее разглядел, что мама чрезвычайно расстроена. Но она отвлеклась от мрачных мыслей, расспрашивая о каникулах в доме Артура. А потом она ушла наверх.

— Ты видел бабулю? — спросил Рики брата, когда они мыли посуду.

Пит покачал головой.

— Мама раньше отнесла ей еду. Она же не спускается в кухню, — ответил он.

Рики совсем не желал смиряться с существующим положением вещей. Вместе с тем он боялся лишний раз встретиться с Арабеллой, воочию убедиться в подтверждении своих худших опасений. Скоро она позвала его.

Дневной свет и ночная рубашка подчеркивали ее хрупкость. Наверное, его чувства отразились во взгляде, потому что она жестко усмехнулась и сказала:

— Не надо драматизировать, Ричард. Ты же знаешь, я умру скоро, и Господь свидетель, в этом нет никакой трагедии. Ну же, садись, — пригласила она, кивая на стул.

— Откуда ты знаешь? — в изумлении выпалил Рики, забывая всякое ободрение. Арабелла многих ставила в тупик своей прямотой.

— Оттуда, что мне самой эта волынка уж надоела, — сообщила та, глядя ему прямо в глаза. — Для чего, Рики, ты думаешь, мы приходим в эту жизнь?

— Чтобы узнать жизнь, — ответил Рики, повторяя слова отца; это казалось очевидным.

— Вот именно, — с нажимом произнесла Арабелла. — Жизнь показывает нам, кто мы. Каждому дарованы все ее вехи — от младенчества до глубокой старости. Те, кому не хватает желания пережить их, уходят раньше. Я многое получала и благодарна за все. И теперь, — Арабелла поморщилась, — честно, Рики, я ничего больше не жду. Один мой день похож на другой, их было много таких, и я… просто устала. Дамблдор никогда не говорил тебе о правильном восприятии смерти?

— Нет. А с какой стати? — удивился Рики.

— Он говорил это Гарри, — не растерялась бабуля. — Это нормальное завершение жизненного цикла, переход на следующий этап, приключение, если угодно. Ты знаешь, сколько мне лет?

— А зачем? — его чувства против воли успокоились. — Ты вечно молодая. Хочешь, я тебя замуж выдам? — поддразнил Рики.

— Еще чего?! — ахнула Арабелла. — Ну ты и льстец, мантикора задери! Язык как у змеи. Но серьезно, малыш, я абсолютно готова.

— Ты говоришь так, словно можешь умереть в любой момент по собственному желанию.

— Ну, не совсем, — проворчала бабуля. — Где-то в течение недели. Я просто хочу успеть попрощаться со всеми вами. Ты здесь, вот теперь жду твоего отца.