«Трусишка», «Мышь» и подобные слова слышать в свой адрес не всем приятно. Я же стала одной из таких«мышей». С самого детства я всего боялась чуть ли не до распада моих костей. Папе надоел такой исход, и он обратился за помощью. И тут моя жизнь пошла кувырком. Меня стали окружать маньяки; куда ни глянь — везде лежат трупы. А тут еще и ты кое-какой прокси надоедаешь, и она обращается за помощью к Сливовой фее, но та оказывается хитрее и…
Добавить в моё избранное
125 мин, 49 сек 12525
Идти было некуда, а в комнате сидеть скучно. Вздохнула и стала думать, куда можно пойти. Может, к Гвен? Да нет, она же с кем-то там гулять пошла. Блин, скорее бы меня отсюда забрали.
— Это тебе не личное пространство, чтобы в центре коридоров стоять, — недовольно буркнул кто-то, наглым способом отодвигая меня со своего пути.
Когда этот некто уже шёл впереди, я узнала в нём Худи и фыркнула, что тот, слава Богу, не услышал. Дождавшись, когда тот скроется из вида, я огляделась и стала думать, куда пойти. Интересно, а есть ли у них тут выход на крышу?
Я вздохнула и пошла к лестнице, где наверняка должен был находиться выход на крышу. Главное — не смотреть вниз. Я поднялась на третий этаж и увидела небольшой люк на потолке. Бинго!
Я не без усилий открыла его и выглянула. Это и правда был люк, ведущий на улицу. Я закрыла за собой люк и аккуратно прошла к краю. Сев на крышу, я облокотилась на руки и стала смотреть на лес. Если честно, то мне не очень нравилось любоваться природой, но что поделать?
— Интересно? — спросил женский голос сзади.
Развернувшись, я увидела, что ко мне идёт Алиса. Слегка покраснев, я развернулась к лесу. Успокойся. Ты же с Оффом сидела на одном диване… Одну минуту.
Но Гвендолин сказала, что Алиса не убивает, значит бояться нечего. Так ведь?…
— Ты правда всего боишься или притворяешься? — спросила Алиса, садясь рядом.
— П-первое, — без заиканий с практически незнакомыми людьми я буду не я.
— Меня ты можешь не бояться, Ханна, — усмехнулась Алиса и спросила: — Как тебе наши?
Я знаю, что спрашивала она не про всех, а про одного конкретно, и поэтому сказала:
— Все какие-то жуткие и сильно заносчивые.
— Согласна, — улыбнулась девушка. — А сколько тебе-то? Не рано ли так психику расшатывать?
— Мне шестнадцать, — посмотрела на неё я. — Меня сюда папа отправил.
— Шестнадцать лет… — выдохнула Алиса. — Гвендолин твоя ровесница, — но подумав, исправилась. — Почти.
— А тебе тогда сколько? — удивленно посмотрела я на неё. Такая молодая и уже есть дети.
— Мне? Это не так уж важно, — хмыкнула она. — Могу сказать только одно — я ровесница Тима и Худи.
— Кстати, а почему вы так часто ссоритесь с Тимом? — не выдержала я.
— С чего ты взяла? — удивилась Алиса и внимательно посмотрела на меня.
— Ну… Вы сегодня утром…
— А, это пустяки, — махнула рукой Алиса, перебив меня. — Тим перебесится и успокоится.
— Я думала, вы помирились, — призналась я.
— С чего ты это взяла? Мы не мирились, — хмыкнула Алиса.
Если бы я ей сейчас сказала, что случайно наткнулась на них тогда в коридоре… Я не знаю, что со мной будет.
— Чего молчишь? — спросила девушка, ложась на спину и кладя руки под голову. — Я же сказала — не бойся меня.
— Ну… — я зажмурилась и на одном дыхании выпалила. — Я случайно увидела вас с Тимом тогда в коридоре.
Повисло молчание. Алиса просто смотрела на небо. Я сидела и ждала ответа. Смотрела куда угодно, только не на девушку.
— Да… — наконец выдохнула она. — Просто, понимаешь, — она села. — Я не могу на него злиться…
— Он тебе угрожает?! — предположила я.
— Нет, — рассмеялась она. — Тим угрожать мне не будет. Он мне верен — я ему.
— А что же тогда?
— Хм… Как бы так объяснить? — она задумалась. — Я просто не могу на него обижаться. Даже если… Вот смотри, — она повернулась корпусом ко мне. — Если ты обидишься на папу, ты перестанешь его любить?
— Нет, — ответила я и стала смотреть на Алису.
На что она намекает?
— Вот и я не могу, — слабо улыбнулась она и снова посмотрела на лес. — Многие обижаются друг на друга и не разговаривают подолгу, мол, чтобы показать, что ты виноват, — я сразу вспомнила ссоры папы с мамой и поджала губы. — Я так не могу. Тим тоже.
— Почему? — я шмыгнула носом.
В глазах все помутнело, и я поняла, что начинаю плакать.
— Потому что я его люблю, — выдохнула она. — Несмотря на все его выкрутасы, капризы и вредности, я остаюсь ему верна.
— И тебя не смущает то, что он убийца?
— Нисколечки, — радостно ответила она и посмотрела на меня. — Эй, ты чего размякла?
— Просто… — я всхлипнула и стала смущенно вытирать слёзы. — Вы с Тимом так любите друг друга… А…
— Ты что — с парнем поссорилась? — спросила Алиса.
— Нет… — и тут меня прорвало. — У меня родители развели-и-и-ись! Хоть и давно, но я не могу смириться-а-а-а…
— Ну ты чего? — Алиса быстро прижала меня к себе и стала успокаивающее гладить по голове. — Тоже нашла из-за чего расстраиваться.
— Ты не понимаешь…
— Ещё как понимаю. У меня тоже родители развелись, когда мне было четырнадцать лет. А после того, как я с Тимом стала жить, мама вообще от меня отвернулась.
— Это тебе не личное пространство, чтобы в центре коридоров стоять, — недовольно буркнул кто-то, наглым способом отодвигая меня со своего пути.
Когда этот некто уже шёл впереди, я узнала в нём Худи и фыркнула, что тот, слава Богу, не услышал. Дождавшись, когда тот скроется из вида, я огляделась и стала думать, куда пойти. Интересно, а есть ли у них тут выход на крышу?
Я вздохнула и пошла к лестнице, где наверняка должен был находиться выход на крышу. Главное — не смотреть вниз. Я поднялась на третий этаж и увидела небольшой люк на потолке. Бинго!
Я не без усилий открыла его и выглянула. Это и правда был люк, ведущий на улицу. Я закрыла за собой люк и аккуратно прошла к краю. Сев на крышу, я облокотилась на руки и стала смотреть на лес. Если честно, то мне не очень нравилось любоваться природой, но что поделать?
— Интересно? — спросил женский голос сзади.
Развернувшись, я увидела, что ко мне идёт Алиса. Слегка покраснев, я развернулась к лесу. Успокойся. Ты же с Оффом сидела на одном диване… Одну минуту.
Но Гвендолин сказала, что Алиса не убивает, значит бояться нечего. Так ведь?…
— Ты правда всего боишься или притворяешься? — спросила Алиса, садясь рядом.
— П-первое, — без заиканий с практически незнакомыми людьми я буду не я.
— Меня ты можешь не бояться, Ханна, — усмехнулась Алиса и спросила: — Как тебе наши?
Я знаю, что спрашивала она не про всех, а про одного конкретно, и поэтому сказала:
— Все какие-то жуткие и сильно заносчивые.
— Согласна, — улыбнулась девушка. — А сколько тебе-то? Не рано ли так психику расшатывать?
— Мне шестнадцать, — посмотрела на неё я. — Меня сюда папа отправил.
— Шестнадцать лет… — выдохнула Алиса. — Гвендолин твоя ровесница, — но подумав, исправилась. — Почти.
— А тебе тогда сколько? — удивленно посмотрела я на неё. Такая молодая и уже есть дети.
— Мне? Это не так уж важно, — хмыкнула она. — Могу сказать только одно — я ровесница Тима и Худи.
— Кстати, а почему вы так часто ссоритесь с Тимом? — не выдержала я.
— С чего ты взяла? — удивилась Алиса и внимательно посмотрела на меня.
— Ну… Вы сегодня утром…
— А, это пустяки, — махнула рукой Алиса, перебив меня. — Тим перебесится и успокоится.
— Я думала, вы помирились, — призналась я.
— С чего ты это взяла? Мы не мирились, — хмыкнула Алиса.
Если бы я ей сейчас сказала, что случайно наткнулась на них тогда в коридоре… Я не знаю, что со мной будет.
— Чего молчишь? — спросила девушка, ложась на спину и кладя руки под голову. — Я же сказала — не бойся меня.
— Ну… — я зажмурилась и на одном дыхании выпалила. — Я случайно увидела вас с Тимом тогда в коридоре.
Повисло молчание. Алиса просто смотрела на небо. Я сидела и ждала ответа. Смотрела куда угодно, только не на девушку.
— Да… — наконец выдохнула она. — Просто, понимаешь, — она села. — Я не могу на него злиться…
— Он тебе угрожает?! — предположила я.
— Нет, — рассмеялась она. — Тим угрожать мне не будет. Он мне верен — я ему.
— А что же тогда?
— Хм… Как бы так объяснить? — она задумалась. — Я просто не могу на него обижаться. Даже если… Вот смотри, — она повернулась корпусом ко мне. — Если ты обидишься на папу, ты перестанешь его любить?
— Нет, — ответила я и стала смотреть на Алису.
На что она намекает?
— Вот и я не могу, — слабо улыбнулась она и снова посмотрела на лес. — Многие обижаются друг на друга и не разговаривают подолгу, мол, чтобы показать, что ты виноват, — я сразу вспомнила ссоры папы с мамой и поджала губы. — Я так не могу. Тим тоже.
— Почему? — я шмыгнула носом.
В глазах все помутнело, и я поняла, что начинаю плакать.
— Потому что я его люблю, — выдохнула она. — Несмотря на все его выкрутасы, капризы и вредности, я остаюсь ему верна.
— И тебя не смущает то, что он убийца?
— Нисколечки, — радостно ответила она и посмотрела на меня. — Эй, ты чего размякла?
— Просто… — я всхлипнула и стала смущенно вытирать слёзы. — Вы с Тимом так любите друг друга… А…
— Ты что — с парнем поссорилась? — спросила Алиса.
— Нет… — и тут меня прорвало. — У меня родители развели-и-и-ись! Хоть и давно, но я не могу смириться-а-а-а…
— Ну ты чего? — Алиса быстро прижала меня к себе и стала успокаивающее гладить по голове. — Тоже нашла из-за чего расстраиваться.
— Ты не понимаешь…
— Ещё как понимаю. У меня тоже родители развелись, когда мне было четырнадцать лет. А после того, как я с Тимом стала жить, мама вообще от меня отвернулась.
Страница 15 из 35
