Фандом: Гарри Поттер. Когда его не станет, она должна будет его заменить.
Добавить в моё избранное
5 мин, 16 сек 15062
Вальбурга не стала дожидаться, пока он достанет палочку, и бросилась к двери — неудачно, зацепилась мантией за край стола, не удержалась на ногах, упала, опрокинув на себя стоящую на полу высокую вазу с цветами.
— Круцио.
На этот раз боль была сильнее и беспощаднее. Вальбурге показалось, что даже вода, вылившаяся на пол, стала горячей и словно закипела.
На секунду Вальбурга задохнулась, и как только удалось вздохнуть, заклятие отпустило, но тут же навалилось с новой силой, хотя Орион молчал.
Вокруг была темнота.
Вальбурга испугалась — о таких последствиях Круциатуса она никогда не слышала. Да и Орион никогда не использовал заклятие в полную силу, тем более, когда она была беременна.
Вальбурга с трудом справилась с приступом боли и почти бесшумно отдышалась. И только потом ей пришла в голову странная мысль, что Орион только что применил к ней Непростительное заклинание.
Она пошевелилась. Ей было мокро и больно, а еще ей было темно и страшно. Даже не из-за жестокости мужа.
«Жестокости мужа?»
Вальбурга натянула на себя одеяло — ее начало знобить. Боль вернулась, темнота не ушла.
Она слабо вскрикнула и прислушалась сама к себе. Боль рвала ее на части, но куда сильнее было ощущение чего-то совершенно неправильного.
Вальбурга затаила дыхание. Неправильное было внизу. Там, откуда исходила боль.
Ребенок не шевелился.
Вальбурга сама не поняла, что она кричит — кричит во все горло, отчаянно, дико и хрипло. Она извивалась на кровати и пыталась вырваться из рук подбежавшего Ориона, потом — из цепких лапок домовика.
— Вальбурга! Вальбурга, милая, что с тобой?
— Хозяйка вся в крови! Хозяин, вся кровать хозяйки в крови!
— Вальбурга, очнись!
Откуда-то бил невероятно яркий свет свечи, тело резала боль, а сердце — случившееся непоправимое.
— Я… Я… — кричала она, пытаясь объяснить, что она не виновата, что она не заслужила к этой боли еще и Непростительное, что надо что-то сделать, хоть что-нибудь, чтобы ребенок внутри нее снова начал бить ее маленькими ножками, возвещая о том, что скоро он придет в этот мир.
— Как я буду жить, если тебя вдруг не станет?
— Ты выдержишь, ты сбережешь дом и деньги, ты вырастишь сыновей.
— Круцио.
На этот раз боль была сильнее и беспощаднее. Вальбурге показалось, что даже вода, вылившаяся на пол, стала горячей и словно закипела.
На секунду Вальбурга задохнулась, и как только удалось вздохнуть, заклятие отпустило, но тут же навалилось с новой силой, хотя Орион молчал.
Вокруг была темнота.
Вальбурга испугалась — о таких последствиях Круциатуса она никогда не слышала. Да и Орион никогда не использовал заклятие в полную силу, тем более, когда она была беременна.
Вальбурга с трудом справилась с приступом боли и почти бесшумно отдышалась. И только потом ей пришла в голову странная мысль, что Орион только что применил к ней Непростительное заклинание.
Она пошевелилась. Ей было мокро и больно, а еще ей было темно и страшно. Даже не из-за жестокости мужа.
«Жестокости мужа?»
Вальбурга натянула на себя одеяло — ее начало знобить. Боль вернулась, темнота не ушла.
Она слабо вскрикнула и прислушалась сама к себе. Боль рвала ее на части, но куда сильнее было ощущение чего-то совершенно неправильного.
Вальбурга затаила дыхание. Неправильное было внизу. Там, откуда исходила боль.
Ребенок не шевелился.
Вальбурга сама не поняла, что она кричит — кричит во все горло, отчаянно, дико и хрипло. Она извивалась на кровати и пыталась вырваться из рук подбежавшего Ориона, потом — из цепких лапок домовика.
— Вальбурга! Вальбурга, милая, что с тобой?
— Хозяйка вся в крови! Хозяин, вся кровать хозяйки в крови!
— Вальбурга, очнись!
Откуда-то бил невероятно яркий свет свечи, тело резала боль, а сердце — случившееся непоправимое.
— Я… Я… — кричала она, пытаясь объяснить, что она не виновата, что она не заслужила к этой боли еще и Непростительное, что надо что-то сделать, хоть что-нибудь, чтобы ребенок внутри нее снова начал бить ее маленькими ножками, возвещая о том, что скоро он придет в этот мир.
— Как я буду жить, если тебя вдруг не станет?
— Ты выдержишь, ты сбережешь дом и деньги, ты вырастишь сыновей.
Страница 2 из 2
