Фандом: Гарри Поттер. Гарри — стихийный менталист. Вернон Дурсль — предприниматель, у которого страсть к деньгам пересилила ненависть ко всему ненормальному. Для того, чтобы лучше использовать способности Гарри, Вернон вынужден больше общаться с ребёнком. Изменится ли его отношение как к самому Гарри, так и к магии?
Добавить в моё избранное
36 мин, 53 сек 12486
Ведь это снова может быть совпадением. Это естественно для всех торговцев — предлагать свой товар. Надо попробовать что-то ещё. Вернон сел на скамейку, чтобы обдумать дальнейшие действия. Гарри пристроился рядом. Быстро управившись с мороженым, он стал смотреть по сторонам, изредка бросая взгляды на дядю. Личико у него было какое-то растерянное, он явно не понимал, что происходит.
Вернон размышлял, как же заставить мальчишку снова использовать гипноз. Гарри с интересом наблюдал, как маленькая девочка играет с мячиком. Мимо них проплывало облако воздушных шариков. Девочка подбежала к мужчине, несущему шарики. Он остановился, вслед за девочкой подоспела её мама и купила розовый шарик. Женщина с карапузом в коляске, которая шла следом за торговцем шарами, остановилась и тоже купила шарик, но уже голубого цвета и привязала к коляске.
— Нравится? — спросил Вернон.
— Да.
— Я бы мог купить тебе шарик.
Глаза Гарри вновь загорелись.
— Какого цвета ты хочешь?
— Белого, — немного подумав, ответил ребёнок.
Замечательно, продавец скорей всего предложил бы мальчику голубой шарик.
— Договорились. Если продавец угадает, какой шарик ты хочешь, я куплю тебе его. Пошли.
Они подошли к продавцу воздушных шариков. Вернон заговорил:
— Этот молодой человек желает шарик, но не может определиться с его цветом. Какой цвет лучше всего?
Торговец опустил взгляд на ребёнка, встретился взглядом с глазами ребёнка и ответил:
— Белый.
— Давайте, — сказал Вернон, протягивая деньги.
Торговец отвязал шарик и вручил его мальчишке.
Вернон шёл домой, так высоко задрав нос, что вместо трёх подбородков, видно было только два. Он изредка поглядывал на предмет своей гордости — белый гелевый шарик, который нёс неимоверно счастливый Гарри. Эта была первая вещь, которую купили специально для него.
Возле соседнего дома они встретили Петунью, которая разговаривала с соседкой. Они с Дадли уже вернулись из магазина, и она отпустила сына, как обычно, поиграть с товарищами. Увидев мужа с племянником, который нёс белый шарик, она с несвойственной ей быстротой распрощалась с соседкой и побежала домой. Нагнала она их возле калитки дома.
— Вернон, куда вы ходили с Гарри? Что у него в руке?
— Петунья, все вопросы дома, — не пожелал отвечать Вернон.
Тогда она обратилась к племяннику:
— Мальчишка, откуда ты это взял?
Она ткнула пальцем в шарик. Гарри испугался, что шарик лопнет, он весь задрожал, но ответил:
— Дядя Вернон мне купил.
— Купил! — взвизгнула Петунья. — Тебе? Купил тебе! Вернон, что это значит? Ты сошёл с ума!
— Петунья, не пугай его, — сказал Вернон.
Они вошли в дом, и, закрыв дверь, Петунья перестала сдерживаться и завизжала ещё сильнее:
— Вернон, у нас кредит, мы экономим на всём, отказываем Дадлику в игрушках, не можем позволить купить ему лишнюю порцию мороженого, а ты покупаешь ненормальному мальчишке шарики, которые сдуются уже завтра!
— Ты пугаешь ребёнка, — повторил Вернон.
— Ребёнка! Вернон, ты в своём уме? Он ненормальный!
— Замолчи, ему нельзя пугаться, иначе мы с тобой… нас… он… А впрочем, почему нельзя?
Вернон повернулся к племяннику, глаза которого наполнялись слезами — больше всего он боялся, что у него отберут шарик. Он готов был вытерпеть побои, но не потерю своей, по-настоящему своей вещи.
— Если она не успокоится сейчас же, я проткну этот шарик, а лоскутки выброшу на помойку, — зашипел Вернон.
Гарри подошёл к Петунье и, заглядывая ей в глаза, позвал:
— Тётя.
— Отстань, мальчишка, — отмахнулась она, коротко взглянув на него, — и отнеси шарик к себе, — уже спокойно продолжила.
Гарри юркнул в чулан, шарик прилип к потолку, верёвочка повисла у него перед носом. Он потянул её вниз, и шарик последовал за ней, он отпустил верёвочку, и шарик снова поднялся. Это было чудесно, он мог играть со своей игрушкой. Шарик поднимается и опускается. Поднимается и опускается.
— Петунья, это надо для дела. Я тебе всё объясню потом, если всё получится, как я думаю, — бубнил в гостиной дядя Вернон.
Поднимается и опускается…
Вечером, когда Гарри лёг спать, в чулан заглянул дядя Вернон. Свет из прихожей упал на кровать Гарри, который любовался своим шариком, белевшим в темноте под потолком.
— Гарри, ты понял, почему я купил тебе шарик? — спросил он.
— Потому что вы хороший?
— Нет.
— Потому что вы добрый?
— И снова — нет.
Вернон вздохнул, племянник ничего не понял. Хотя он сам виноват, неправильно поставил вопрос. Не почему, а за что. Но ничего, завтра он ему всё объяснит, главное, результат есть.
— Ладно, спокойной ночи, — сказал Вернон впервые за всю жизнь Гарри у них.
Вернон размышлял, как же заставить мальчишку снова использовать гипноз. Гарри с интересом наблюдал, как маленькая девочка играет с мячиком. Мимо них проплывало облако воздушных шариков. Девочка подбежала к мужчине, несущему шарики. Он остановился, вслед за девочкой подоспела её мама и купила розовый шарик. Женщина с карапузом в коляске, которая шла следом за торговцем шарами, остановилась и тоже купила шарик, но уже голубого цвета и привязала к коляске.
— Нравится? — спросил Вернон.
— Да.
— Я бы мог купить тебе шарик.
Глаза Гарри вновь загорелись.
— Какого цвета ты хочешь?
— Белого, — немного подумав, ответил ребёнок.
Замечательно, продавец скорей всего предложил бы мальчику голубой шарик.
— Договорились. Если продавец угадает, какой шарик ты хочешь, я куплю тебе его. Пошли.
Они подошли к продавцу воздушных шариков. Вернон заговорил:
— Этот молодой человек желает шарик, но не может определиться с его цветом. Какой цвет лучше всего?
Торговец опустил взгляд на ребёнка, встретился взглядом с глазами ребёнка и ответил:
— Белый.
— Давайте, — сказал Вернон, протягивая деньги.
Торговец отвязал шарик и вручил его мальчишке.
Вернон шёл домой, так высоко задрав нос, что вместо трёх подбородков, видно было только два. Он изредка поглядывал на предмет своей гордости — белый гелевый шарик, который нёс неимоверно счастливый Гарри. Эта была первая вещь, которую купили специально для него.
Возле соседнего дома они встретили Петунью, которая разговаривала с соседкой. Они с Дадли уже вернулись из магазина, и она отпустила сына, как обычно, поиграть с товарищами. Увидев мужа с племянником, который нёс белый шарик, она с несвойственной ей быстротой распрощалась с соседкой и побежала домой. Нагнала она их возле калитки дома.
— Вернон, куда вы ходили с Гарри? Что у него в руке?
— Петунья, все вопросы дома, — не пожелал отвечать Вернон.
Тогда она обратилась к племяннику:
— Мальчишка, откуда ты это взял?
Она ткнула пальцем в шарик. Гарри испугался, что шарик лопнет, он весь задрожал, но ответил:
— Дядя Вернон мне купил.
— Купил! — взвизгнула Петунья. — Тебе? Купил тебе! Вернон, что это значит? Ты сошёл с ума!
— Петунья, не пугай его, — сказал Вернон.
Они вошли в дом, и, закрыв дверь, Петунья перестала сдерживаться и завизжала ещё сильнее:
— Вернон, у нас кредит, мы экономим на всём, отказываем Дадлику в игрушках, не можем позволить купить ему лишнюю порцию мороженого, а ты покупаешь ненормальному мальчишке шарики, которые сдуются уже завтра!
— Ты пугаешь ребёнка, — повторил Вернон.
— Ребёнка! Вернон, ты в своём уме? Он ненормальный!
— Замолчи, ему нельзя пугаться, иначе мы с тобой… нас… он… А впрочем, почему нельзя?
Вернон повернулся к племяннику, глаза которого наполнялись слезами — больше всего он боялся, что у него отберут шарик. Он готов был вытерпеть побои, но не потерю своей, по-настоящему своей вещи.
— Если она не успокоится сейчас же, я проткну этот шарик, а лоскутки выброшу на помойку, — зашипел Вернон.
Гарри подошёл к Петунье и, заглядывая ей в глаза, позвал:
— Тётя.
— Отстань, мальчишка, — отмахнулась она, коротко взглянув на него, — и отнеси шарик к себе, — уже спокойно продолжила.
Гарри юркнул в чулан, шарик прилип к потолку, верёвочка повисла у него перед носом. Он потянул её вниз, и шарик последовал за ней, он отпустил верёвочку, и шарик снова поднялся. Это было чудесно, он мог играть со своей игрушкой. Шарик поднимается и опускается. Поднимается и опускается.
— Петунья, это надо для дела. Я тебе всё объясню потом, если всё получится, как я думаю, — бубнил в гостиной дядя Вернон.
Поднимается и опускается…
Вечером, когда Гарри лёг спать, в чулан заглянул дядя Вернон. Свет из прихожей упал на кровать Гарри, который любовался своим шариком, белевшим в темноте под потолком.
— Гарри, ты понял, почему я купил тебе шарик? — спросил он.
— Потому что вы хороший?
— Нет.
— Потому что вы добрый?
— И снова — нет.
Вернон вздохнул, племянник ничего не понял. Хотя он сам виноват, неправильно поставил вопрос. Не почему, а за что. Но ничего, завтра он ему всё объяснит, главное, результат есть.
— Ладно, спокойной ночи, — сказал Вернон впервые за всю жизнь Гарри у них.
Страница 3 из 11
