Фандом: Гарри Поттер. Что, если Захарию не особо впечатлял Гарри, потому как его вообще ничего особо не впечатляло? Содержит руководство по укрощению Малфоев и издевательству над героями, а также нездоровое количество пожимания плечами.
Добавить в моё избранное
31 мин, 15 сек 17953
отомстите за мою смерть…
Джастин выглядел глубоко задумчивым.
— Думаю, — отметил он, — надо расстегнуть на нем одежду.
— Ну правда, Джастин, — огрызнулась Сьюзен.
— Не осуждай меня! — Джастин огрызнулся в ответ. — В Итоне все так делают! Я тебе не какой-то чертов гомосексуал!
— Постой, — сказала Сьюзен, словно ей это только пришло в голову, — разве мы говорили не о Темном Лорде?
Захария пожал плечами.
Затем Гарри Поттер созвал собрание Армии Дамблдора сразу после праздничного пира.
— Наверное, хочет, чтобы у нас было несварение, — прошептала Сьюзен.
Захария погладил ее по руке:
— Сьюзен. Ты проводишь слишком много времени с Эрни.
— Гарри, — жалобно сказал Майкл Корнер, — можно мы пойдем спать?
— Думаю, тебе бы меньше хотелось спать, преследуй тебя во сне Волдеморт, — огрызнулся Гарри.
Захария подумал, что Гарри чертовски шел суровый вид, жаль только, что брюки были ему великоваты и их все время приходилось подтягивать. Изображать изможденного страдальца в обносках кого-то тучного — большая ошибка.
— Джинни сейчас покажет, как напускать на людей мышей, — продолжил Гарри. — Надо выучить все возможные заклинания, чтобы победить Волдеморта.
Захария поднял руку:
— Ты упоминаешь Волдеморта в каждой фразе, чтобы похвастаться?
— Нет, Захария, не за этим!
Захария пожал плечами.
— Ладно.
Джинни вышла вперед и принялась демонстрировать свое проклятие. Многие недоумевали, почему в прошлом году Джинни неожиданно стала гораздо более общительной и популярной.
Захария подумал, это может быть как-то связано с тем, что она укоротила мантию чуть ли не до пупка. Когда она делала пасы рукой, ее веснушчатое декольте заманчиво подпрыгивало. Гарри Поттер ничего не замечал.
— Грудью вперед, — пробормотал Захария, — она так старается.
— Джинни в прошлом году использовала это на Малфое, — с хищной улыбкой сказал Гарри.
Захария поднял руку:
— Получается, Малфой злой?
— Э-э… да, — Гарри кивнул.
— Вот как. А почему?
— Ну… он слизеринец, — ответил Гарри.
— Значит, они все злые? — спросил Захария. — Даже первогодки?
Гарри нахмурился:
— Я имел в виду, он из злой семьи.
Гермиона Грейнджер встала, подошла к нему и зашептала что-то похожее на «псст псст псст Сириус». Захария подумал, что сейчас не самое подходящее время срочно обсуждать созвездия, но это было как раз в духе Гермионы.
— Это другое, — огрызнулся Гарри. И холодно посмотрел на Захарию: — Послушай, Малфой мерзавец, понятно?
Захария задумался.
— И что, это одно и то же?
— Послушай, Малфой злой потому, что я так сказал! Боже, Захария, я тут пытаюсь собрание провести! Нам нужно бороться со злом!
— Я просто подумал, что сперва неплохо бы определить, кто именно зло, — Захария пожал плечами. — Ну ладно.
Гарри быстро выходил из себя, если его начать расспрашивать. Вообще он был ничего, но Захария заметил, что те, кто ставил под сомнения его моральные установки, вызывали у Гарри мигрень или что-то вроде того. Он старался делать это как можно чаще, потому что Гарри забавно морщился, а еще это прерывало мрачные речи. Если честно, Захария находил мрачные описания скучноватыми.
Гарри пристально смотрел на свою палочку, похоже, погруженный в темные мысли.
— Он тебе не напоминает Эрни? — тихо спросил Захария у Сьюзен.
— Если Темный Лорд и правда хочет тебя убить, то это уже не паранойя.
— Хм. То есть Гарри — это Эрни в мире, где Эрни всегда прав, — Захария покачал головой. — Обожаю этот мир. В нем так мало смысла.
— Мне кажется, в мире должен быть смысл, Захария.
— Ха, — сказал Захария. — Как ты много пропустила.
— Может, вы помолчите? — Гарри нахмурился. — Хватит болтать. Это серьезно, вообще-то.
Захария пожал плечами.
День закончился на такой же веселой ноте, когда Захария зашел в спальню, а на него тут же набросились и повалили на кровать.
— Сдавайся, порождение тьмы!
Захария выплюнул из рта уголок одеяла:
— Это я, Эрни. Джастин, не пытайся меня облапать.
Люди его убивали.
На следующее утро Захария безмятежно подошел к слизеринскому столу. Проходящих мимо гриффиндорцев, как правило, закидывали яйцами, читающим рейвенкловцам ставили подножки, а вот хаффлпаффец мог проскользнуть незамеченным. Были свои плюсы в том, чтобы не заслуживать даже презрения.
— Тссс, — протянул кто-то, — я подслушиваю.
Захария был уверен, что это сказал Драко Малфой, потому что больше никому в Слизерине не разрешалось так тянуть слова, — пусть профессору Снейпу об этом пока никто не сообщил.
Джастин выглядел глубоко задумчивым.
— Думаю, — отметил он, — надо расстегнуть на нем одежду.
— Ну правда, Джастин, — огрызнулась Сьюзен.
— Не осуждай меня! — Джастин огрызнулся в ответ. — В Итоне все так делают! Я тебе не какой-то чертов гомосексуал!
— Постой, — сказала Сьюзен, словно ей это только пришло в голову, — разве мы говорили не о Темном Лорде?
Захария пожал плечами.
Затем Гарри Поттер созвал собрание Армии Дамблдора сразу после праздничного пира.
— Наверное, хочет, чтобы у нас было несварение, — прошептала Сьюзен.
Захария погладил ее по руке:
— Сьюзен. Ты проводишь слишком много времени с Эрни.
— Гарри, — жалобно сказал Майкл Корнер, — можно мы пойдем спать?
— Думаю, тебе бы меньше хотелось спать, преследуй тебя во сне Волдеморт, — огрызнулся Гарри.
Захария подумал, что Гарри чертовски шел суровый вид, жаль только, что брюки были ему великоваты и их все время приходилось подтягивать. Изображать изможденного страдальца в обносках кого-то тучного — большая ошибка.
— Джинни сейчас покажет, как напускать на людей мышей, — продолжил Гарри. — Надо выучить все возможные заклинания, чтобы победить Волдеморта.
Захария поднял руку:
— Ты упоминаешь Волдеморта в каждой фразе, чтобы похвастаться?
— Нет, Захария, не за этим!
Захария пожал плечами.
— Ладно.
Джинни вышла вперед и принялась демонстрировать свое проклятие. Многие недоумевали, почему в прошлом году Джинни неожиданно стала гораздо более общительной и популярной.
Захария подумал, это может быть как-то связано с тем, что она укоротила мантию чуть ли не до пупка. Когда она делала пасы рукой, ее веснушчатое декольте заманчиво подпрыгивало. Гарри Поттер ничего не замечал.
— Грудью вперед, — пробормотал Захария, — она так старается.
— Джинни в прошлом году использовала это на Малфое, — с хищной улыбкой сказал Гарри.
Захария поднял руку:
— Получается, Малфой злой?
— Э-э… да, — Гарри кивнул.
— Вот как. А почему?
— Ну… он слизеринец, — ответил Гарри.
— Значит, они все злые? — спросил Захария. — Даже первогодки?
Гарри нахмурился:
— Я имел в виду, он из злой семьи.
Гермиона Грейнджер встала, подошла к нему и зашептала что-то похожее на «псст псст псст Сириус». Захария подумал, что сейчас не самое подходящее время срочно обсуждать созвездия, но это было как раз в духе Гермионы.
— Это другое, — огрызнулся Гарри. И холодно посмотрел на Захарию: — Послушай, Малфой мерзавец, понятно?
Захария задумался.
— И что, это одно и то же?
— Послушай, Малфой злой потому, что я так сказал! Боже, Захария, я тут пытаюсь собрание провести! Нам нужно бороться со злом!
— Я просто подумал, что сперва неплохо бы определить, кто именно зло, — Захария пожал плечами. — Ну ладно.
Гарри быстро выходил из себя, если его начать расспрашивать. Вообще он был ничего, но Захария заметил, что те, кто ставил под сомнения его моральные установки, вызывали у Гарри мигрень или что-то вроде того. Он старался делать это как можно чаще, потому что Гарри забавно морщился, а еще это прерывало мрачные речи. Если честно, Захария находил мрачные описания скучноватыми.
Гарри пристально смотрел на свою палочку, похоже, погруженный в темные мысли.
— Он тебе не напоминает Эрни? — тихо спросил Захария у Сьюзен.
— Если Темный Лорд и правда хочет тебя убить, то это уже не паранойя.
— Хм. То есть Гарри — это Эрни в мире, где Эрни всегда прав, — Захария покачал головой. — Обожаю этот мир. В нем так мало смысла.
— Мне кажется, в мире должен быть смысл, Захария.
— Ха, — сказал Захария. — Как ты много пропустила.
— Может, вы помолчите? — Гарри нахмурился. — Хватит болтать. Это серьезно, вообще-то.
Захария пожал плечами.
День закончился на такой же веселой ноте, когда Захария зашел в спальню, а на него тут же набросились и повалили на кровать.
— Сдавайся, порождение тьмы!
Захария выплюнул из рта уголок одеяла:
— Это я, Эрни. Джастин, не пытайся меня облапать.
Люди его убивали.
На следующее утро Захария безмятежно подошел к слизеринскому столу. Проходящих мимо гриффиндорцев, как правило, закидывали яйцами, читающим рейвенкловцам ставили подножки, а вот хаффлпаффец мог проскользнуть незамеченным. Были свои плюсы в том, чтобы не заслуживать даже презрения.
— Тссс, — протянул кто-то, — я подслушиваю.
Захария был уверен, что это сказал Драко Малфой, потому что больше никому в Слизерине не разрешалось так тянуть слова, — пусть профессору Снейпу об этом пока никто не сообщил.
Страница 2 из 10
