Веселая история о том, как Пирамидоголовый трахнул в школьном туалете Слендермена, и о том, что произошло дальше.
Добавить в моё избранное
140 мин, 53 сек 21123
— Я…
— Зачем, Алесса?
Пирамид находился за столом — связанный по рукам и ногам. Девочка сидела напротив — во мраке.
— Ты зашел слишком далеко, Пирамид, — девочка щелкнула пальцами и морок, храпящий на стуле, бесследно растворился в воздухе. — Хватит бессмысленных смертей. И кормить твоего кота тоже! Ты подумал о Петровиче? О том, что велосипедные шины ему в пищу не годятся?
— Какого хрена, Алесса? Разве не я здесь решаю, кому умереть? Я — Палач! — возмутился Пирамид.
— Но не Судия, — заметила девочка. — Понимаешь? Ты лишь исполняешь приговор. Здесь решаю я. Это МОЙ мир, созданный МОЕЙ больной фантазией. Тебя насиловал школьный уборщик? Тебя сжигали, как ведьму, на костре? Ты не имеешь права, Пирамид! Ты — МОЯ ФАНТАЗИЯ, не более! — девочка сорвалась на крик. — А что делаешь ты?
— Если это все из-за кредита, взятого на твое имя, то я заплачу, — хмуро пробормотал Пирамид. — Только развяжи, а?
— Зачем ты убил Черного Человека? Почему твой кот заставил застрелиться несчастного обладателя трусов в горошек? Нахрена было передвигать дубовый шкаф так, чтобы он рухнул на Марка?! — продолжала Алесса. — Я создала тебя не для этого, Пирамид. Не для бессмысленных смертей.
— Мне плохо, — прошептал Пирамид. — Ты ведь знаешь. И я… выплескиваю эмоции.
— Выплескиваешь ты в Марка по утрам! Кстати, теперь уж не выйдет, ты у нас не особый сторонник некрофилии… — Алесса щелкнула пальцами, и трупы исчезли. Кот обиженно мяукнул.
— Алесса, оставь животному покушать! — возмутился Пирамидоголовый. — Он…
— Он сейчас отправится следом за трупами этих троих — прямиком к Петровичу, — холодно пообещала Алесса и кот, почуяв неладное, драпанул с кухни в подземные тоннели Тихого Холма. — Пирамид, с этим надо что-то делать. Кто знает — быть может, завтра ты попробуешь убить и меня?
— Я…
— Послушай… — девочка встала и приблизилась вплотную к Безликому. — Ты многие годы служил мне верой и правдой. Но после ухода Слендера из твоей жизни…
— Молчи!
— Ты до сих пор любишь его, да? Именно поэтому тебе плохо? — вкрадчиво поинтересовалась девочка.
— Нет, блять, у меня несварение желудка, — огрызнулся Пирамид. — Алесса, ты все сама знаешь. Чего ты хочешь? Он ушел, пойми. Все. ЕГО БОЛЬШЕ НЕТ.
— Кого нет?…
Слендер не был на этой кухне уже очень давно. Казалось — годы прошли с того момента, как он бежал, оставив вместо себя Марка. На деле — лишь дни. А тут ничего не изменилось. Грязный пол, обшарпанные стены, заляпанные кровью, серый потолок, запах жареных котов — и Пирамид с Алессой за столом. Привычная картина. Правда, Пирамид почему-то связан, но это даже и к лучшему — не накинется сразу со стулом в зубах и паяльник в зад не всунет.
— Кого нет?… — подал голос Слендер, не в силах молчать более. В руке он сжимал пирамидку, отданную Роном — тот не пошел с ним на кухню, сказав, что выполнил свое предназначение и заслужил покой, и после чего скинулся с десятого этажа местной психбольницы.
— Сленди?
Алесса развернула Пирамида в сторону тощего. Слендер изобразил жалкое подобие улыбки на отсутствующем лице. В этом плане он всегда завидовал своему брату. У Оффа улыбка выходила прекрасная и почти никогда не слезала с его лица.
— Привет, — кивнул тощий. — Как дела?
— Почему ты еще здесь, Сленди? — тихо спросил Пирамид. — Ты же ушел? К жене и детям в лес… нет?
— У меня нет ничего из перечисленного тобой, — вздохнул Слендер. — Лес — и тот сожгли. Наверное.
Наступило тягостное молчание. Пирамид не понимал, радоваться ему или нет, Слендер же думал о том, что сказал ему Рон, пока они шли сюда.
«Вся эта телепатия, левитация — полная ерунда. У этой пирамидки есть куда более важная особенность. Думаю, ты сам поймешь… когда придет время».
— Алесса, развяжи меня, — наконец, нарушил тишину Пирамид. — И оставь нас наедине.
Путы мгновенно упали к ногам Пирамида. Он встал. Затем встал и сам Пирамид. Девочка же, украдкой улыбнувшись Слендеру, исчезла во тьме. Теперь на кухне Безликие остались вдвоем.
— Слендер…
Тощий испытывал двойственные чувства. С одной стороны, ему хотелось сбежать. С другой — он понимал, что та ниша, что появилась в его сердце, вновь начала заполняться. Ему уже было не так одиноко, как раньше. Ему хотелось находиться здесь — рядом с Ним. Быть может, это и была «важная особенность» пирамидки? Усмирила Пирамида… даже — их с Пирамидом? Подкинула почвы для выращивания свежих помидорок? И все теперь будет по-другому?
— Пирамид, это правда? Ты… любишь меня? Я нужен тебе не просто для траха? — спросил тощий. Пирамид придвинулся ближе и улыбнулся. Да. Где-то под пирамидой наверняка была скрыта улыбка.
— Сленди… как же я скучал. Помнишь стул, любовь моя? А паяльник? А… утюг?
— Зачем, Алесса?
Пирамид находился за столом — связанный по рукам и ногам. Девочка сидела напротив — во мраке.
— Ты зашел слишком далеко, Пирамид, — девочка щелкнула пальцами и морок, храпящий на стуле, бесследно растворился в воздухе. — Хватит бессмысленных смертей. И кормить твоего кота тоже! Ты подумал о Петровиче? О том, что велосипедные шины ему в пищу не годятся?
— Какого хрена, Алесса? Разве не я здесь решаю, кому умереть? Я — Палач! — возмутился Пирамид.
— Но не Судия, — заметила девочка. — Понимаешь? Ты лишь исполняешь приговор. Здесь решаю я. Это МОЙ мир, созданный МОЕЙ больной фантазией. Тебя насиловал школьный уборщик? Тебя сжигали, как ведьму, на костре? Ты не имеешь права, Пирамид! Ты — МОЯ ФАНТАЗИЯ, не более! — девочка сорвалась на крик. — А что делаешь ты?
— Если это все из-за кредита, взятого на твое имя, то я заплачу, — хмуро пробормотал Пирамид. — Только развяжи, а?
— Зачем ты убил Черного Человека? Почему твой кот заставил застрелиться несчастного обладателя трусов в горошек? Нахрена было передвигать дубовый шкаф так, чтобы он рухнул на Марка?! — продолжала Алесса. — Я создала тебя не для этого, Пирамид. Не для бессмысленных смертей.
— Мне плохо, — прошептал Пирамид. — Ты ведь знаешь. И я… выплескиваю эмоции.
— Выплескиваешь ты в Марка по утрам! Кстати, теперь уж не выйдет, ты у нас не особый сторонник некрофилии… — Алесса щелкнула пальцами, и трупы исчезли. Кот обиженно мяукнул.
— Алесса, оставь животному покушать! — возмутился Пирамидоголовый. — Он…
— Он сейчас отправится следом за трупами этих троих — прямиком к Петровичу, — холодно пообещала Алесса и кот, почуяв неладное, драпанул с кухни в подземные тоннели Тихого Холма. — Пирамид, с этим надо что-то делать. Кто знает — быть может, завтра ты попробуешь убить и меня?
— Я…
— Послушай… — девочка встала и приблизилась вплотную к Безликому. — Ты многие годы служил мне верой и правдой. Но после ухода Слендера из твоей жизни…
— Молчи!
— Ты до сих пор любишь его, да? Именно поэтому тебе плохо? — вкрадчиво поинтересовалась девочка.
— Нет, блять, у меня несварение желудка, — огрызнулся Пирамид. — Алесса, ты все сама знаешь. Чего ты хочешь? Он ушел, пойми. Все. ЕГО БОЛЬШЕ НЕТ.
— Кого нет?…
Слендер не был на этой кухне уже очень давно. Казалось — годы прошли с того момента, как он бежал, оставив вместо себя Марка. На деле — лишь дни. А тут ничего не изменилось. Грязный пол, обшарпанные стены, заляпанные кровью, серый потолок, запах жареных котов — и Пирамид с Алессой за столом. Привычная картина. Правда, Пирамид почему-то связан, но это даже и к лучшему — не накинется сразу со стулом в зубах и паяльник в зад не всунет.
— Кого нет?… — подал голос Слендер, не в силах молчать более. В руке он сжимал пирамидку, отданную Роном — тот не пошел с ним на кухню, сказав, что выполнил свое предназначение и заслужил покой, и после чего скинулся с десятого этажа местной психбольницы.
— Сленди?
Алесса развернула Пирамида в сторону тощего. Слендер изобразил жалкое подобие улыбки на отсутствующем лице. В этом плане он всегда завидовал своему брату. У Оффа улыбка выходила прекрасная и почти никогда не слезала с его лица.
— Привет, — кивнул тощий. — Как дела?
— Почему ты еще здесь, Сленди? — тихо спросил Пирамид. — Ты же ушел? К жене и детям в лес… нет?
— У меня нет ничего из перечисленного тобой, — вздохнул Слендер. — Лес — и тот сожгли. Наверное.
Наступило тягостное молчание. Пирамид не понимал, радоваться ему или нет, Слендер же думал о том, что сказал ему Рон, пока они шли сюда.
«Вся эта телепатия, левитация — полная ерунда. У этой пирамидки есть куда более важная особенность. Думаю, ты сам поймешь… когда придет время».
— Алесса, развяжи меня, — наконец, нарушил тишину Пирамид. — И оставь нас наедине.
Путы мгновенно упали к ногам Пирамида. Он встал. Затем встал и сам Пирамид. Девочка же, украдкой улыбнувшись Слендеру, исчезла во тьме. Теперь на кухне Безликие остались вдвоем.
— Слендер…
Тощий испытывал двойственные чувства. С одной стороны, ему хотелось сбежать. С другой — он понимал, что та ниша, что появилась в его сердце, вновь начала заполняться. Ему уже было не так одиноко, как раньше. Ему хотелось находиться здесь — рядом с Ним. Быть может, это и была «важная особенность» пирамидки? Усмирила Пирамида… даже — их с Пирамидом? Подкинула почвы для выращивания свежих помидорок? И все теперь будет по-другому?
— Пирамид, это правда? Ты… любишь меня? Я нужен тебе не просто для траха? — спросил тощий. Пирамид придвинулся ближе и улыбнулся. Да. Где-то под пирамидой наверняка была скрыта улыбка.
— Сленди… как же я скучал. Помнишь стул, любовь моя? А паяльник? А… утюг?
Страница 30 из 40
