The Right of Choice

Они совершенно разные.

Одна — слишком веселая, излучает тепло и любит детей. Вторая — ее полная противоположность: замкнутая, с обломанными ногтями, выбивающимися из образа надменной аристократки, роскошными черными волосами до плеч, в ее жизни всегда либо дождливая осень, либо необычно слякотная зима. С одной он живет, с другой спит.

И если с первой он ходит на квиддичные матчи по выходным, семейные обеды, то ко второй он идет после всего этого милого веселья.

У них обоих есть старшие братья, любящие родители. Первая всегда желала выйти замуж и создать крепкую семью, вторая живет одним днем и ненавидит всех женихов, которых ей подсовывают.

Но Джинни любит его безгранично и с самого детства, а «другая», кажется, еще не научилась называть его по имени и признает то, что она является лишь второй в его жизни.

Первой все это, естественно, замечает наблюдательная Гермиона.

— Ты постоянно поглядываешь на часы, — новоиспеченная миссис Уизли проницательно смотрит на своего лучшего друга.

— Работа, Гермиона, работа занимает все мои мысли… — Поттер никогда не думал, что научится увиливать и уходить от вопросов.

— Воскресенье, Гарри, — Уизли не желает отступать, — рано или поздно, но тебе придется выбрать.

— Гермиона, у меня и так все хорошо.

— Иди, я прикрою тебя перед Джинни, — девушка тяжело выдыхает и возвращается в дом, а Поттер думает, что безмерно ей благодарен.

Когда он перестал спешить домой? Когда начал понимать, что его больше тянет в квартиру совершенно другой женщины?

Паркинсон сидит в кресле напротив камина и смотрит в никуда.

— Пришел? — она хищно усмехается, глядя на него своими каре-зелеными глазами. Глазами, способными затянуть любого мужчину, но вот на Поттера они не действуют.

— Как видишь, — Гарри снимает тяжелую дорожную мантию и идет на кухню.

Там как всегда пустой холодильник, не считая банки шоколадной пасты и сливок для кофе.

Паркинсон следует за ним, а потом начинает внимательно наблюдать, прислонившись к дверному косяку.

Гарри делает себе растворимый кофе, его голова готова расколоться на части — настолько утомительны стали семейные обеды.

— Что, семейство Уизли раздражает все больше?

Поттер решает не опровергать то, что итак всем ясно, он только кивает, допивая свой кофе.

— Я выхожу замуж, Поттер.

И Гарри сначала не понимает о чем речь, но когда до него доходит, он резко оборачивается и кидает ей в лицо тихое «отлично».

— Так и знала, что ты этого хотел, — фыркает Панси и пожимает плечами, — а теперь, может, займемся чем-нибудь другим? — она начинает расстегивать пуговицы на его рубашке, и Гарри приходится забыть обо всем.

И они продолжают. Она, как и обещала, выходит замуж, потом следует тяжелый развод и дележ имущества. Она сама уличила своего мужа в супружеской измене, тот даже не отрицал. Об этом говорили все. Даже Джинни однажды обмолвилась и выказала свое презрение, в тот раз Гарри решил промолчать.

Два года — именно столько продолжалась эта бессмысленная игра. Поттер шел на это, потому что только она заставляла его забывать, с ней он не чувствовал абсолютно ничего. Это его более чем устраивало.

Даже когда его жена родила ему сына, он не остановился. Это не было помешательством или любовью. В конце концов, они взрослые люди и давно уже «переболели».

— Гарри, тебе не надоело? — взгляд Гермионы буквально прожигает.

— О чем ты? — непонимающе спрашивает Поттер, украдкой глядя на часы в гостиной дома Уизли. На обычные часы, стрелка на которых неумолимо движется к девяти. Они договорились на девять.

— Не делай вид, что тебе неизвестно. Гарри, тебе вообще не стыдно?

— Давай выйдем, — произносит он, понимая, что разговора не избежать.

— Чем она тебе так нравится? Почему ты врешь всем вокруг ради каких-то встреч? — оказавшись на улице, Гермиона просто набрасывается с вопросами на своего друга.

Поттер не знает, куда деть свои руки и поспешно кладет их в карманы.

— Ты не понимаешь, — глухо произносит он и смотрит куда-то за ее спину.

— Так объясни мне! — Уизли не кричит, она просто смотрит на него, прищурившись. Идти некуда.

— Она не такая как Джинни или кто-то другой, — Гарри переводит глаза на подругу, — я… не могу. Прости, Гермиона, это моя вина, но я не могу с Джинни. Она слишком идеальная для меня. Слишком заботливая и милая.

— Тебе с ней неинтересно, — кивает миссис Уизли, — а с Паркинсон…?

— А Паркинсон меня не любит, это все упрощает. Просто секс, ничего больше, — он пожимает плечами, — знаешь, Герм, если бы я встретил ее раньше, не было бы никакого бессмысленного брака. Джинн заслуживает кого-то лучше меня.