Как все начиналось

Эйгор призадумался.

— Нет.

— Ну, пожалуйста! — Бринден отбросил со лба пушистую белую челку и уставился на брата огромными жалобными глазами. — Ну, давай выйдем! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Обычно это срабатывало на всех. Отец добродушно отмахивался огромной ручищей, Дейрон, леди Мария и леди-мать тяжело вздыхали, качали головами, но сдавались, нянька умилялась, а придворные дамы гладили его по голове, говорили, что он милый ребенок, и давали что-нибудь вкусное.

— Отстань, — Эйгор передвинул группу солдатиков на столе. — Не смотри на меня так. И вообще, я старший, и ты должен меня слушаться. Сказано — здесь сидим, значит, сидим здесь. Леди Мария сказала, что поесть нам принесут.

Бринден чуть не взвыл с досады. Ну да, конечно, на всех, кроме ледышки-брата.

Но они все равно пойдут смотреть на новую сестру! Хочет Эйгор того или нет.

— Я сейчас дам тебе в глаз, — свистящим шепотом пообещал Эйгор, нагнав его в коридоре. — Так дам, что он через всю твою воронью башку пролетит и на другой стороне выскочит. И будет у тебя глаз на затылке.

Бринден хихикнул и еле увернулся от шлепка. Всего-то и нужно было, что кинуть деревянный замок в Эйгоровых солдатиков, а потом выскочить за дверь и дать деру до покоев, где, как он слышал, стояла колыбель с новой сестрой. Нужно было только, чтобы Эйгор не догнал его раньше, но Бринден с этим справился — он очень быстро бегал для своего возраста, все во дворце так говорили.

— Не дашь. Иначе я закричу, и сюда прибежит стража.

— Маленькая наглая ворона, — проворчал Эйгор. Злился он, похоже, уже не так сильно, как несколько мгновений назад. — Больше я на твои фокусы не поведусь, так и знай. И шевели крыльями, или что там у тебя, пока нас и впрямь не заметили.

Друг за дружкой они прокрались в комнату — небольшую, но теплую и нарядно обставленную. В центре стояла колыбель из светлого дерева с белым пологом; Эйгор, обогнав Бриндена, заглянул в нее и разочарованно поморщился. Бринден подтащил небольшую скамейку, чтобы получше все разглядеть, залез на нее, глянул вниз — и тут же понял, почему недоволен брат.

В колыбели лежал кто-то круглый и розовый, с белесым пушком на голове. Кто-то был завернут в тонкие белые пеленки и… и ни капельки не походил ни на одну из сестер, да и вообще на человека. Скорее на…

— На поросенка похожа, — сообщил Эйгор. — Разве что нос человеческий.

— Угум, — согласился Бринден. Он постучал было по колыбели, чтобы Кто-то пошевелился, но Эйгор показал ему кулак и кивнул на дверь в смежную комнату — там, судя по негромкому сопению, спала кормилица. — Слушай, а почему она так лежит?

— Она дрыхнет, дубина чардревная, — Эйгор подпер кулаком щеку. — Твоя сестра вроде мельче была, нет?

Бринден пожал плечами: Гвенис родилась, когда ему было три<sup>1</sup>, и он не помнил, какой она тогда была. Луну назад ей стукнуло два года, и она была самым бесполезным существом в замке — только и могла, что лепетать, кормить деревянного дракона вареньем и тоненько пищать, когда Мия и Дени таскали ее за собой как куклу.

Впрочем, эта новая сестра была еще бесполезнее. И из-за этой-то мелочи столько шума?

Бринден снова на нее посмотрел. Живот у мелочи был круглый, как у кролика; не сдержавшись, Бринден потыкал в него пальцем… и чуть не сверзился со скамейки.

Потому, что Мелочь открыла глаза — они почему-то были разного цвета, один синий, другой зеленый — потом открыла рот и заверещала. Очень громко.

Прямо как настоящий поросенок. Нет, даже громче — как летучая мышь, которую Бейлор как-то раз поймал в подвале. Или как леди Фалена, когда нашла муравьев в своей тарелке — Бринден не помнил, кто именно их ей подсыпал.

— Ты, придурок! — Эйгор схватил его за руку и потащил к дверям. — Ты что натворил? Бежим, пока нам не влетело!

Обратно до комнаты они не бежали, а летели, как настоящие драконы; визг Мелочи еще долго несся им в спину. Даже когда Бринден запер дверь и задвинул засов, они слышали, как она голосит — да что там, ее, наверное, весь замок слышал.

— Ух, и здорова орать, — выдохнул Эйгор, падая на ковер. — От ее воплей же все крысы в городе передохнут!

— Ага-а, — Бринден упал рядом. — Слушай, а давай попросим отца или Дейрона куда-нибудь ее деть? Зачем она нам, крикучая такая?

— Это точно, незачем. Иначе мы тут все оглохнем, — Эйгор покосился на стол, потом на Бриндена и нахмурился. Бринден попытался было отползти в другой угол, но был перехвачен за шиворот. — А сейчас я буду учить про Пламенное поле, и ты тоже. Мейкар хвастается, что знает все про Завоевание — ты что, хочешь быть глупее него?

Бринден задумался. Нет, глупее задаваки-Мейкара он быть не хотел.

— Вот видишь, — Эйгор подтолкнул его к разбросанным солдатикам. — Ставь все по местам и смотри, не перепутай знамена.